Ловелас. Том 5 - Илья Взоров

— Что, Кит, в шоке? Привыкай. Кино — это бизнес, а не лотерея. Красочную лотерею мы показываем зрителям.

Я выдавил улыбку и кивнул. Рот на замок. Но про себя я в эту минуту думал совсем другое: что вот сейчас, в этом зале, мне показали не делёж золочёных болванчиков. Мне показали, как на самом деле работает власть в этом городе — кто кому что назначает и за какие услуги. И что человек, у которого в руках окажется список, кто, что и за что здесь получил, будет держать Голливуд за горло крепче, чем все мои зеркала и микрофоны в «Мокамбо» вместе взятые.

Я отпил вина и постарался запомнить каждое слово.

Глава 20

Едва последняя премия с «Оскаром» была условно распределена между киномагнатами, Говард скинул тогу, с громким, торжествующим криком разбежался и «рыбкой» нырнул в бурлящую воду бассейна. Девчонки испуганно завизжали, когда фонтан брызг накрыл бортики. Хьюз вынырнул прямо возле Ширли, хищно оскалился и с утробным рычанием набросился на нее. Раздалась новая порция визга.

Хьюз бесцеремонно рванул вверх подол её мокрой туники, разворачивая девушку спиной к себе и грубо прижимая лицом к гладкому мраморному краю бассейна. После чего недолго думая, взял ее.

— Говард, нет! Пожалуйста, только не туда! — взвыла Ширли, попытавшись вырваться, но его жилистые пальцы намертво впились в её бедра.

— Тебе понравится. Потерпи

Хьюз даже не подумал остановиться. Наплевав на всякую прелюдию, он с силой вогнал свой член ей в задний проход. Ширли истошно, пронзительно взвизгнула, её ногти скребли по мокрому мрамору, а из глаз брызнули слезы. Говард двигался жестко, ритмично, упиваясь своей безграничной властью. У меня возникло ощущение, что пока шла торговля за Оскары, он успел закинуться своим кодеином. Но где бы он спрятал таблетки в тоге?

Я перевел дух, но тут же почувствовал на себе тяжелые, оценивающие взгляды. Вассерман, Майер и остальные киномагнаты смотрели вовсе не на беснующегося в воде Хьюза. Они смотрели прямо на меня. В их глазах не было похоти — там читался холодный, прагматичный интерес. Как я себя поведу?

— Чего ждешь Миллер? — засмеялся Занук — Девочки стынут! Давай, вперед.

До меня мгновенно дошло: это была инициация. Проверка на вшивость. Настоящий закрытый клуб Голливуда не принимает тех, кто пытается остаться в белых перчатках. Если ты хочешь делить с ними миллионы и решать судьбы киноимперий, ты должен раздеться и стать соучастником их пороков. Здесь и сейчас. На виду у всех.

— Ну что, «Ловелас» покажет нам класс? — усмехнулся Майер, подмигивая. Все-таки смог посчитаться со мной за ту премьеру.

Отступать было нельзя. Я тоже скинул тогу, молча шагнул к краю бассейна и плавно ушел под воду «рыбкой». Освежающая влага немного прочистила мозги. Я вынырнул прямо перед Вивиан. Бедняжка смотрела на меня квадратными глазами. Небось, слышала последнюю фразу, которую Луис сказал весьма громко и думала, что я сейчас с ней буду сношаться по-жесткому.

Мокрая белая туника облепила её тело как вторая кожа, и сквозь полупрозрачную ткань отчетливо просвечивали её потемневшие от холода и страха соски. Несмотря на все происходящее, я возбудился. Девушка была прекрасна!

Она продолжала то и дело испуганно коситься на искаженное болью лицо Ширли, которая продолжала глухо стонать под Хьюзом.

— Кит… нам тоже так надо? — дрожащим голосом спросила Вивиан, переводя на меня полные паники глаза.

— ТАК — не надо. Надо нежно, — тихо ответил я.

Я притянул её к себе за талию и накрыл её губы уверенным, глубоким поцелуем. Мой язык мягко раздвинул её губы, делясь теплом. Ладонями я скользнул под воду, принимаясь ласкать её бедра, поднимаясь выше, к упругим ягодицам. Мои пальцы нашли её трепещущую, уже горячую плоть. Вивиан судорожно вздохнула, её напряженные плечи наконец обмякли, и она прерывисто выдохнула мне в губы, полностью расслабляясь и начиная отвечать на поцелуй.

Я подхватил её под ягодицы и усадил на низкий подводный бортик бассейна. Оказавшись лицом к лицу, Вивиан поначалу робко попыталась прикрыться остатками мокрой туники, стесняясь направленных на нас взглядов старых развратников с «берега». Но я перехватил её руки, заставляя обнять меня за шею, и плавно, в один долгий толчок, вошел в её податливое, сочащееся лоно.

Вивиан сладко закинула голову назад, из её груди вырвался первый искренний, томный стон. Вода вокруг нас приятно баюкала тела, скрадывая движения, но внутри нее было невыносимо жарко. Постепенно она полностью разошлась, поймала мой ритм и начала неистово подаваться всей своей массой навстречу каждому моему движению, намертво обхватив мои бедра своими стройными ногами.

Возбуждение нарастало с бешеной скоростью. Нам обоим сорвало башню — я перестал замечать и Хьюза с его криками, и ухмыляющихся магнатов на скамьях. Существовала только эта бьющая через край страсть. Я ускорился, глубоко и мощно вколачивая себя в нее. Вивиан стонала уже в голос, её пальцы до боли впивались в мои плечи, а дыхание стало частым и всхлипывающим.

В какой-то момент её изнутри прошила мощнейшая волна оргазма. Она закричала, её мышцы судорожно сжали мой член так, что я тут же, не выдержав, тоже кончил. Только и успев вытащить мужское достоинство и разрядившись в бассейн.

И тут случилось странное. Тело Вивиан внезапно обмякло, руки соскользнули с моей шеи, а глаза закатились. Она просто потеряла сознание от переизбытка эмоций и сильнейшего пика удовольствия, соскальзывая с бортика под воду.

Я на секунду нешуточно перепугался. Резко подхватив её под мышки, я вытащил, бережно усадив на сухой мрамор у края бассейна.

— Вивиан! Эй, очнись! — я легонько, но ощутимо похлопал её ладонями по щекам.

Она сделала судорожный глубокий вдох, её ресницы дрогнули, и она открыла глаза, тупо уставившись на потолок, а затем на меня. На её щеки медленно возвращался густой, смущенный румянец. Она тяжело перевела дух, пытаясь унять бешеный стук сердца.

— Боже… Кит… У меня такого никогда еще не было, — прошептала она, стыдливо пряча лицо у меня на груди. — Ты… ты вообще у меня всего второй мужчина в жизни. С моим первым парнем в колледже я… я вообще ничего подобного не чувствовала. Думала, со мной что-то не так, что я фригидна.

Я облегченно выдохнул, обнимая её за плечи и чувствуя, как внутри разливается волна гордости за марку «Ловеласа».

— Ну, детка, зато сейчас