Руса. Архипелаг надежды - Игорь Леонидович Гринчевский

В последнее время Тигран-старший отличался перепадами настроения. Он то ворчал на всех, то шутил и заигрывал с молодыми девушками, то начинал вспоминать былое. А вспомнить ему есть что, жизнь дедушка прожил интересную. Кстати, об этом!

— Дедушка, у меня к тебе просьба имеется. Расскажи им всё, что вспомнишь из своего опыта управления производством. Ты же у нас и железо делал, и сталь варил, и чугун. И многое — прямо с нуля.

— Зачем? — остро глянул он на меня.

— А ты считал, сколько ремесленных потоков мы решили открыть? — вопросом на вопрос ответил я. Этим словосочетанием я заменил слово «мануфактура», чтобы не вызывать чрезмерного удивления обилием латинизмов. Вроде, термин приживается. — Правильно, много. Эти потоки удобны тем, что каждый работник делает всего одну операцию, иногда — две. Таких работников учить проще, чем мастеров, даже рабы годятся, поэтому недостаток работников мы скоро преодолеем…

— Город разрастётся! — снова вернулся к ворчанию мой старик. — Ещё один Вавилон получится. Как жить? Впрочем, мне волноваться не о чём, я помру скоро! А вот тебе…

— Не будем мы мегаполис делать! — улыбнулся я. — Что? Это термин такой. Полис — город, мега — большой, великий. Мы другие полисы развивать будем. Ту же Новую Надежду. И оставшиеся три Порога. И крепости вдоль притоков Нила.

— Ладно, я понял… Так что там с потоками?

— Электричество мы тоже быстро нарастим. Да и станки с инструментами — тоже не проблема, мы для их производства уже создаём отдельные ремесленные потоки.

— Что ты ходишь вокруг да около! — возмутился дед. — Зачем говорить о том, с чем всё в порядке? Расскажи, в чём проблема!

— Управленцев у нас не хватает, уважаемый Тигран! — чётко ответила девушка. — Вот мы и просим вас поделиться таким опытом. И ответить на все наши вопросы.

— А потом эти воспоминания обработают и напишут учебник! — звонко дополнил юноша. — Управление — ведь тоже наука, её можно изучить. Как письмо, счёт, химия или география с историей.

— Учебник, говорите… — задумчиво протянул патриарх нашего рода. — Так у Русы бы и спрашивали. Мой внучек чего только не создавал! И химию, и фарфор, и газовую сварку, и переработку нефти, и бумагу с косметикой — всё под его началом начинали делать!

— Не волнуйся, расспросят! — улыбнулся я. — И меня, и Оружейника, и Розочку насчёт косметики… И даже брата моего с Азнауром-сталеваром. Но начнут — с тебя. Ладно? А то нам и правда, много потоков открывать нужно. Снарядоделательный, пушечный, винтовочный, пистолетный, патронный, капсюльный, спичечный, керосинных и ацетиленовых ламп, электроламп и часов, аккумуляторов и электрических повозок… Да даже пузырьки и бутылки под лекарство делать — тоже свой поток нужен.

— А это-то зачем? — удивился дедушка.

— Микаэль с Ангелом настояли, — со вздохом признался я. — Зеленка, йод, перекись водорода, медицинский спирт, глюкоза для капельниц — всё это пользуется огромным спросом. И приносит почти пятьсот процентов прибыли. Даже сейчас. Наш главный финансист оттакого денежного ручейка отказаться не смог.

Как и от серийного производства шприцев, капельниц и скальпелей… Чёрт, да он даже радиопередатчики пытался заставить серийно выпускать. И воздушные шары-монгольфьеры. С трудом удалось от него хоть в этом отбиться. Но число запланированных ремесленных потоков всё росло и множилось.

— Ладно, я вас оставлю, дела у меня! — пробормотал я и откланялся.

* * *

— А хорошо всё же на новых кораблях плавать! — блаженно протянул Гоплит. — На вёслах надрываться почти не надо, некоторые сами просятся, чтобы размяться.

Он был прав, «на вёсла» сажали только пятую часть команды, да и то, надрываться, ворочая привод генераторов, им не приходилось. К тому же отпала необходимость доставать веслом до воды, поэтому генераторную палубу расположили над орудийной. Это положительно сказалось на остойчивости корабля, а морякам легче дышалось. В хорошую погоду просто открывали широкие люки в верхней палубе, и вентиляция осуществлялась сквозь решётку. Так что можно было свернуть подвесные койки и установить дополнительные складные генераторы. В результате получалось два ряда по восемь генераторов, по шесть человек на каждом. Как говорили умники из Нового Хураздана, это давало мощность двенадцать киловаттам.

А по-простому, по-моряцки, это обеспечивало без разряжения аккумуляторных батарей средний ход, где-то семь-восемь узлов[6].

— Говорят, Руса новые корабли называет моторной шхуной! — хмыкнул Боцман. — Привыкай!

— Ха! Двигательной! — скривился Йохан Длинный. — Какая же она двигательная, если нам всё равно приходится напрягаться, ворочая «вёсла»? Или ты думаешь, что от того, что к рукояти весла приделали лопасть, а генератор, мне легче стало?

— Прекратили болтовню! — загремел голос Волка. — Все на вёсла!

* * *

[6] Напоминаю, в АИ этой истории есть понятие навигационной стадии, равной одному кабельтову, и навигационной мили, равной десяти кабельтовым. Поскольку и в реальной истории, и в альтернативной морская миля равна одной угловой минуте меридиана, то и их значения совпадают ~ 1 852 м. Узелсоответствует одной морской или навигационной миле в час.

* * *

Абордажников эта команда не касалась, так что «старички» поднялись на верхнюю палубу, разузнать что случилось.

— Две пентеконтеры карфагенян пытаются под ветер на вёслах уйти! — объяснил им Мгели. — Под парусом нам их не догнать, скорость не та, да и галсами идти придётся. А вот с двигателем да на полном ходу — у них нет шансов.

«Это да!» — мысленно ухмыльнулся Гоплит. «Чего у винтов не отнять, скорость они дают большую. Правда, и мощности требуют много».

— Аккумуляторы не разрядим? — тихо поинтересовался Длинный.

— Раз-р-ря-дим! Ак-ку-му-ля-тор-р! — тут же откуда-то сверху подал свой голос Пират.

— Раскаркался, как ворон! — недовольно скривился Савлак. — Догоним и на абордаж возьмём. Нам добыча нужна, пусть и такая. А потом подзарядимся.

С тех пор, как его флотилия стала курсировать к югу и западу от Сицилии, гаулы в этой части моря ходить перестали, слишком уж легко догоняли их новые корабли. А «толстушки», которые имели, что противопоставить в морском бою, пока что уклонялись от боя. Но без торговли жить нельзя, вот купцы Нового города и начали использовать для перевозок товара гребные корабли — пентеконтеры, биремы и даже «мышиные ладьи».

— А если они нас в ловушку заведут? — тихо спросил Йохан. —