Руса. Архипелаг надежды - Игорь Леонидович Гринчевский

— А спину ему вареньем не помазать⁈ — возмутился я. — Или он не понимает, что своего войска у Ашота нет, а Патруль содержится из казны Наместничества. Что, реально не понимает⁈

— Мне кажется, он уверен, что ты поможешь «по-родственному»! — хихикнул Микаэль.

— Ладно, с этим чудиком мне уже всё понятно. А суть вашей идея в чём?

— Ашот готов жениться на Эсфирь. А что? Она хоть и вдова, но моложе его и хороша собой. Предложит ей всё, что она просит, и завоюет Даамат уже для них обоих.

— И-и-и? — переспросил я, поняв, что продолжения не будет. — Что вы смотрите? Идея, что Ашот себе завоюет Даамат, нами уже давно обсуждалась, и вы знаете, что я совсем не против. Но! Насколько я помню, останавливали нас две вещи. Во-первых, численности Патруля не хватало. А во-вторых, у нас не было денег на эту войну. Так?

— Так и было, Руса! — подтвердил Следак. — Но именно, что «было». Помнишь, твой брат приезжал, и обсуждали, чтобы хуразданской родни и Армянского Царства готовить воинов по стандартам Патруля. Так вот, сейчас в Новый Хураздан плывёт почти полторы тысячи воинов. И деньги на эту войну даёт армянский царь, брат нашего принца Ашота.

— Хорошо, что вы мне об этом всё же сказали до того, как началась война! — сухо прокомментировал я.

— Извини, дорогой, но мы сами только вчера узнали.

— А сразу сообщить было нельзя⁈ — всё ещё сердито поинтересовался я.

— Так ты в лаборатории снова заперся…

Было дело. Генератор автоколебаний только на схеме выглядит просто. Но спаять его и заставить действовать у меня почему-то не получалось.

— Вот мы и решили, что утро вечера мудренее. И стали думать, как на этом заработать.

— А что тут думать? — удивился я. — Оружие, доспех, боеприпасы, медикаменты, питание для людей и корм для скота, сам скот, полевые кухни… Всё это мы поставим. И не в кредит.

— Это всего полторы-две сотни тысяч драхм выручки! — отмахнулся Микаэль. — А прибыли — так вообще тысяч восемьдесят. Нет, суммы приятные, но нам нужно иметь хотя бы полтора миллиона. Раз три новых корабля не справляются, построим дюжину!

Я встал и прошёлся по комнате. Как-то неожиданно поиск очередных миллионов стал для нас повседневностью. Разум говорил, что так и должно быть, но все чувства протестовали.

— И что вы надумали?

— Сейчас царство Даамат — почти фикция. Но ещё живы люди, которые застали его богатым и известным. Там хватало искусных ремесленников, рудников, мастеров по получению и обработке стали, железа и бронзы… — начал Ашот.

— Их и сейчас много, но царство распалось и люди обеднели, подхватил Микаэль. — Заказов почти нет, поэтому рудник почти простаивают, а искусные мастера одиннадцать месяцев в году трудятся на полях и огородах. Да и оставшийся месяц они рубят лес, пережигают его на уголь… Понимаешь? Там есть, кому работать, но они почти не дают продукции. И мы предлагаем…

А предлагали они простую вещь. Наш Ашот женится на Эсфирь и начинает отвоёвывать Даамат. Я формально соблюдаю нейтралитет, чтобы не поссориться ни с дядей моей женщины, ни с учеником, громко и напоказ призывая их примириться. В таких условиях Давид долго сопротивляться не сможет, а остальные претенденты, скорее всего, не захотят.

— В одной только старой столице и окрестных городках можно набрать тысячи две-три мастеров для новых мануфактур, — делился планами Микаэль. — Плюс подмастерья, ученики и рабы… Прикинь, сколько мануфактур можно открыть!

— А деньги под это будем занимать не мы, а Эсфирь с моим тёзкой, — дополнил Ашот-Следак. И платить нам — за станки, сырьё, инструменты.

— Как-то слишком красиво, — скривился я. — Если бы Эсфирь могла так легко получить миллион в кредит, давно наняла бы наёмников и отвоевала бы царство. Что, скажете, не так дела обстоят?

— Всё так! — улыбнулся настоятель. — Только фактически этот кредит мы сами и дадим. Через своих прикормленных трапезитов.

Я снова почувствовал, что ничего не понимаю.

— Ты, наверное, забыл, что у нас полные закрома начеканенных монет. Тетрадрахмы из «небесного металла» и оболы из мельхиора. Просто выпускать их на рынок нужно осторожно, не больше расчётного количества! — с улыбкой напомнил мне Микаэль. — Но эти расчёты изменяются со временем. Нищая страна готова принять денег совсем чуть-чуть, состоятельная — побольше, а богатая — очень много! Мы сделаем мастеров Даамата состоятельными, но создадим картинку, будто страна стала неимоверно богатой.

Мне оставалось только ухмыльнуться. Рабовладельцем я уже стал, каперские патенты выдавал… А теперь мне предлагают заняться «отмывкой» денег. Да уж, карьера та ещё!

— Ладно, в общем и на словах всё выглядит хорошо. Давайте теперь займёмся планированием. И учтите, дюжина новых кораблей нам понадобится в любом случае, так что и про их строительство не забудьте.

* * *

— Нам бы сюда не три корабля, а хотя бы дюжину! — Волк пробормотал это под нос, только для себя. Потом уже в голос спросил: — Интересно, когда они успели столько «толстушек» построить? Как думаешь, Длинный?

Но на этот раз попугай опередил своего хозяина с ответом:

— Др-рянь кор-раб-ли!

— Я думаю, командир, это не настоящие лавраки! — согласился с Пиратом Йохан. — Переделанные. Пунийцы взяли старые гаулы, добавили бимсов, сделали корпуса более прочными, прорезали порты и добавили пушечную палубу. Выглядит такой кораблик, как настоящая лаврака, но в океан на нём идти рискованно. В непогоду эта поделка легко потонет.

— Зато их можно много по-быстрому наделать! — пробурчал Гоплит.

— Зато теперь мы знаем, почему гаулы в этой части моря почти исчезли в последнее время! — философски заметил Мгели.

— Идём на прорыв, командир? — поинтересовался кормчий?

— Нет уж, разворачиваемся! — недовольно поморщился Савлак. — Их тут дюжины три примерно, а выход из пролива — самое узкое место. Слишком плотный строй получается.

— И что? — не понял Гоплит.

— А то, что на подходе мы по ним только из носовой пушки стрелять сможем, а по нам — два их корабля, причём всей мощью бортового залпа. И на отходе то же самое. А расстояние небольшое, шансов, что они промажут, почти нет.

«А потом это повторится ещё раз!» — сообразил Длинный,