Кино от первого лица. Режиссеры о великих фильмах - Владимир Сергеевич Малышев

Как правило, работа с фондами велась по двум направлениям. Первое – ознакомительные просмотры. Их целью было уяснить, как та или иная тема была отражена в более раннем отечественном или зарубежном творческом опыте. Архивный киноматериал, как игровой, так и документальный, просматривался с целью его осмысления и использования в качестве «отправной точки» для изобразительной стилистики фильма, отображения особенностей эпохи, создания костюмов, декораций, нюансов актерской игры и т. д. Как можно судить по сведениям из того же бюллетеня «Кино и время»[16], только в 1962–1963 гг. Госфильмофонд оказал такого рода содействие съемочным группам фильмов «Война и мир», «Каин XVIII», «Течет Волга», «Друг мой, Колька», «Бей, барабан!», «Среди добрых людей» и ряду других.

Второе направление представляется еще более важным, так как в данном случае благодаря Госфильмофонду создатели будущей картины получали возможность включить в свой фильм фрагменты фильмовых материалов, оригиналы которых хранились в Белых Столбах. Об этом следует поговорить немного подробнее.

Самое начало 60-х гг. было ознаменовано появлением целого ряда ярких документальных лент на архивном материале, причем самую большую известность и поистине мировой резонанс получили фильмы антифашистской тематики. С одной стороны, это было связано с противодействием неофашизму, с другой – введением в общедоступный культурный обиход документальных киноматериалов, отснятых в гитлеровской Германии и на фронтах Второй мировой войны. В Англии появляется «Жизнь Адольфа Гитлера» (1961 г.) П. Роты, в Швеции – «Кровавое время» (1960 г.) Э. Лейзера, в Италии – «К оружию, мы – фашисты!» (1962 г.) Л. Дель Фра. Еще раньше документальные фильмы, критически переосмысляющие нацистскую хронику, создаются в самой Германии, точнее в ГДР, супругами-режиссерами Андре и Аннели Торндайк («Отпуск на Зильте», 1957 г.; «Тевтонский меч», 1958 г.). В СССР фильмом, достойно продолжившим эту тематическую и художественную традицию, стал «Обыкновенный фашизм» М. Ромма (1965 г.). В процессе работы над фильмом создателями «Обыкновенного фашизма» было просмотрено 60 тысяч метров пленки. Метраж готовой картины составил 3 тысячи метров. Но, не просмотрев все это, едва ли можно было найти оптимальные образные решения.

С начала 60-х гг. Госфильмофонд начинает на регулярной основе выдавать фильмы для учебных просмотров во ВГИК и организовывать в своих кинозалах учебные просмотры для студенческих групп.

Использование кинофонда для учебных целей одним ВГИКом не ограничилось. Аналогичное право получили Высшие курсы сценаристов и режиссеров.

Более действенным (хотя с организационной точки достаточно сложным) способом контакта с массовым зрителем стала демонстрация кинолент Госфильмофонда в специализированных кинозалах (преимущественно в ведомственных клубах и домах культуры) с предварительной лекцией по истории отечественного или зарубежного кино, проводимой, как правило, научным сотрудником Госфильмофонда. Так, в 1958–1959 гг. циклы подобных лекций были прочитаны во Дворце культуры ЗИЛа, в Центральном доме актера, Центральном доме журналиста (Москва), Ленинградском доме писателя имени Маяковского. «В 1958–1959 годах к этим организациям прибавились лекторий Московского университета, Ленинградский дом ученых имени А.М. Горького, Дом культуры Кировского завода… Всего за два года прочитано свыше четырехсот лекций»[17]. В рамках возобновленного Московского Международного кинофестиваля в 1959 и 1961 гг. была представлена программа советских картин под рубрикой «Фильмы, которые мы не видели», куда вошли «Звенигора» А. Довженко, «Встречный» Ф. Эрмлера и С. Юткевича, «Песня о счастье» М. Донского и В. Легошина, «Привидение, которое не возвращается» А. Роома и около 10 других малоизвестных новому поколению зрителей картин.

В начале марта 1957 г. Министерство культуры СССР вышло в ЦК КПСС со следующим предложением: «Участие советской киноорганизации в Международной Федерации фильмотек позволит работникам советской кинематографии лучше и полнее изучать состояние и достижения кинематографии зарубежных стран, а также даст возможность пропагандировать в других странах произведения советского киноискусства, продвигать советские фильмы по некоммерческой сети… в тех странах, где по цензурным или иным причинам наши фильмы не могут демонстрироваться на коммерческих экранах», – говорилось в документе[18]. Рассмотрев это ходатайство, Секретариат ЦК КПСС принял 30 марта 1957 г. постановление «Об участии советской кинематографии в деятельности Международной Федерации фильмотек», санкционировавшее вступление Госфильмофонда в ФИАФ и выделение 120 000 швейцарских франков в качестве ежегодного членского взноса[19] начиная с 1957 г.

С середины 50-х гг. Госфильмофонд реально обретает право на международные контакты. Возможность побывать в Белых Столбах получают иностранные деятели кинематографии, ученые-киноведы. Так, в 1959 г., во время Московского кинофестиваля, сюда приезжают крупнейшие историки кино Жорж Садуль (Франция) и Ежи Теплиц (Польша). Садуль, остававшийся в Москве по приглашению Союза кинематографистов более месяца, просмотрел за это время более 50 советских картин из коллекции Госфильмофонда, что оказалось для него весьма полезным для работы над «Всемирной историей кино». Примерно тогда же Белые Столбы посетили профессор Лодзинской киношколы В. Евсевицкий, директор Британского национального киноинститута Д. Куинн, американский историк кино Д. Лейда и ряд других деятелей из зарубежных стран. Вступление в ФИАФ, повлекшее за собой интенсивный обмен информацией, фильмами и делегациями, ввело Госфильмофонд в пространство международного культурного сообщества. Оставаясь советским «режимным» объектом (более закрытым для иностранцев, чем советские киностудии или тем более Союз кинематографистов СССР), Госфильмофонд при этом, как ни парадоксально, получил наибольшие возможности для международной деятельности и наивысший международный рейтинг среди советских киноорганизаций. Степени международного престижа фильмохранилища в Белых Столбах могли позавидовать и «Мосфильм», и Московский кинофестиваль.

Подборка архивных материалов режиссера Сергея Эйзенштейна

Подборка архивных материалов актрисы Веры Холодной

В хранилище Госфильмофонда России. Температура в хранилище не должна превышать +10 °C. При соблюдении всех условий пленка может храниться 300 и более лет

Температура воздуха здесь поддерживается на уровне +2 °C

В хранилище Госфильмофонда России. Здесь хранятся пленки советских кинофильмов

Выше уже говорилось о том значительном подъеме, который наблюдался в деятельности Госфильмофонда в период «оттепели» (1956–1966 гг.). К сожалению, два последующих десятилетия подобной динамикой не отличались. Даже если этот период именовать эпохой не «застоя», а «стабилизации», то все равно, характеризуя деятельность Госфильмофонда во многих аспектах, придется говорить о спаде активности, а иногда и отходе назад.

Начиная с конца 60-х гг. посещаемость и, соответственно, доходность нашего кино перестала возрастать, зато стабильно стало увеличиваться число «полочных» картин. «Интервенция» Полоки, «Андрей Рублев» Тарковского, «Комиссар» Аскольдова, «Агония» Климова, «История Аси Клячиной» Михалкова-Кончаловского и с десяток других снятых фильмов в прокат не попали. К счастью, они остались в Госфильмофонде и по истечении некоторого времени все-таки были показаны кинозрителю, пусть и в перемонтированном, компромиссном варианте. Заслугой того же Госфильмофонда стало то, что в некоторых случаях удалось сохранить и оригинальный, авторский вариант, – как это получилось, например, со «Скверным анекдотом» или «Андреем Рублевым» («Страсти по Андрею»). Что касается вырезанных фрагментов из отечественных картин, то до «перестройки» они образовали в Госфильмофонде отдельный фонд. Во