Однажды 30 лет спустя - Лия Султан

один из партнеров отвлекается на паразитическую мысль о том, что он теряет что-то в себе или извне, и отстраняется, энергетическое тело, созданное совместно, сдувается словно воздушный шар. Связь нарушается, что ощущается другим партнером как внезапное падение энергии. Тела оказываются в двух отдельных пространствах, больше не связанных друг с другом. Поддержание умения быть всем для себя и в то же время всем для другого очень трудозатратно. Становясь всем для другого, мы способны забыть о себе и думать только об энергии партнера, не принимая во внимание свою собственную. Будучи всем для себя, наоборот, мы рискуем забыть о другом. Мы концентрируемся на себе, находясь в собственном энергетическом пространстве и не заботясь о партнере, мы больше не с ним.

Наступил момент подобрать важные слова, чтобы сохранить эту связь. Искренне выражать, что мы чувствуем, рассказывать о том, что творится у нас внутри, и описывать возникшие образы или ощущения, объяснять, как мы воспринимаем партнера, подтверждать, какое наслаждение испытываем от его тела — все это помогает оставаться в контакте и сохранять созидательный потенциал обоих”.

Задумавшись над тем, что хотел сказать автор, понимаю внезапно, что Игорь шептал мне много нежностей на ушко, говорил, какая я красивая, как ему со мной хорошо, спрашивал, нравится ли мне, не больно ли.

А что я отвечала? Только “да, все хорошо”. Даже с ним я оставалась зажатой, потому что я не умею любить, не умею говорить о своих желаниях и чувствах. Неудивительно, что после секса он долго курит на балконе. Думает, наверное, что же со мной делать. Только сейчас осознание моей холодности и отстраненности меня встряхнуло и я дальше погрузилась в чтение.

В воскресенье, за два дня до тридцать первого, Игорь приезжает с утра с живой елкой в руках. Накануне Диана осталась у меня и услышав наши голоса, сонная и босая вышла в прихожую.

— А-а-а! Ба! Какая елка! Какая елка! — запрыгала внучка. — Деда принес нам елку!

— Смотри, какой деда молодец, — поддакиваю я, пока Игорь ставит ель у стены и разувается.

— Деда, ты молодец, — Диана летит к нему, а он ее подхватывает и обнимает.

— Нравится? — спрашивает ее Игорь

— Очень! — глаза малышки горят.

— И мне очень, — любуюсь ими, не могу оторваться. — Давайте ее украсим?

И всё. Утро становится суматошным, потому что мы ищем, куда поставить елку, потом Игорь мучается с ее установкой и ругается себе под нос, я достаю из шкафа на лоджии коробку с игрушками и гирляндой. А потом мы вместе ее украшаем, дурачимся и смеемся, будто мы настоящая семья, настоящие дедушка и бабушка, у которых ночевала внучка, а утром деда всех удивил елкой. Все то, чего у нас никогда не было, мы странным образом проживаем теперь.

Глава 38

— Игорь, а приходите к нам в гости завтра, — приглашает Ника, стоя на пороге моей квартиры одетая и обутая. Ее муж Тимур в это время застегивает пуховик на Диане.

— Да, приезжайте обязательно, — поддакивает мой зять.

— Ура, деда с бабой приедут!

Игорь обнимает меня за талию, притягивает к себе и целует в висок.

— Спасибо, но я завтра вашу маму украду до вечера, — говорит он.

— А куда? — удивляется дочь.

— С друзьями познакомить.

— О-о-о, — тянет Вероника. — Как знакомо. Тим тоже возил меня с друзьями знакомить. Ну мам, удачи! Сегодня тридцать первое декабря. Дети посидели с нами пару часов и в шесть собрались к родителям Тимура. Прощались мы, как всегда долго и шумно, и я то и дело ловила себя на мысли, что это сон или параллельная реальность. И в этой другой Вселенной, мы с Игорем будто сто лет уже вместе, и Ника — наша общая дочь, которую мы провожаем. Никак не могу отделаться от этих мыслей и переносов желаемого в действительность. Радует главное — Вероника приняла Игоря и даже симпатизирует ему.

Целую дочь и внучку на прощание, а потом Диана сама тянет руки к Игорю. Он садится на одно колено и обнимает ее.

— Пока, деда. Приходи к нам в гости.

— Обязательно.

— Еще раз спасибо большое за подарок, да Диана? — говорит Вероника.

— Да, деда, спасибо большое! Я точно такой хотела! — указывает взглядом на большую коробку в руках своего отца. Это кукольный дом для Барби с мебелью, текстилем и посудой. Мы все чуть не оглохли, когда Игорь вручил ей его от Деда Мороза.

Сердце заходится, эмоции переполняют и затапливают теплом, когда я вижу, как Диана общается с Игорем. Вот он уже и прочный дед, которого малышка Ди так хотела мне найти.

Через пару минут мы остаемся с Игорем одни. В зале накрыт стол, фоном работает телевизор, разноцветные огни мерцают на елке, благодаря которой в квартире пахнет, как в хвойном лесу.

Игорь идет курить на лоджию, а я закрываюсь на кухне и звоню матери. Я делаю это только три раза в год: на Новый год, 8 марта и в день ее рождения. Всё. Она уже давно забыла день моего рождения, а до внучки и правнучки ей вообще нет никакого дела. Если бы не тётя, я бы никогда с ней не связалась. Однажды, когда Нике было два года, мама написала ей в Уральск и указала номер телефона. Тетя позвонила, поговорила с ней, а потом передала трубку мне. Первое, что она сказала: “А, родила все-таки”.

Мама по-прежнему живет в Оренбурге с младшим сыном и его женой. Мой отчим несколько лет назад умер, а до этого пять лет лежал после инсульта. Вот такая судьба.

— Алло, — слышу скрипучий голос матери. — Лизка, ты что ли?

— Я, мама. С Новым годом тебя. Здоровья и счастья.

— Да где же оно — здоровье? Нихрена не осталось здоровья-то, — ворчит она, а я поджимаю губы и смотрю в окно. В этих словах и отношении — вся моя мать.

— Хорошо. Тогда пусть все будет хорошо.

— Хорошо по молодости было, а сейчас так, доживаю свой век.

— Тебе всего семьдесят.

— А кому я нужна в семьдесят? Тебе что ли? Так ты никогда не приезжаешь, звонишь раз в год. А дочь твоя меня вообще за бабушку не считает.

— Ну может, потому что ты не хотела, чтобы она родилась и гоняла меня по огороду полотенцем, когда она уже было во мне? — совершенно спокойно говорю ей, зная, что сейчас она начнет злиться.

— И все-таки прав был Петька, неблагодарная ты девка. Сноха мне больше дочь, чем ты. Ухаживает за мной, кушать готовит.

— О-о-о,