Однажды 30 лет спустя - Лия Султан

— У вас очень красивая квартира.

— Спасибо большое. Мне очень приятно, — произносит она, забирая из моих рук пустую салатницу и ставя в раковину. — Вы не стесняйтесь, Лиза. Мы — свои. Игорь для Даниала, как брат.

— А вы знаете, я видела вашего мужа много лет назад, когда он служил. Я тогда приезжала к Игорю в часть.

— Да? — широко улыбается она. — И каким он был тогда? Мы с ним познакомились в девяносто седьмом.

— Плохо помню, но они оба были очень худые и высокие. А еще волосы короткие, под машинку.

— У нас есть их армейская фотка, да мам? — в комнату заходит Камелия, а за ней хвостиком дочка.

— Точно есть! Доча, помнишь тот синий, квадратный альбом? Он в книжному шкафу в кабинете. Принеси пожалуйста.

— Да не вопрос.

— Сейчас покажем вам молодого Игоря, — говорит Джамиля. Они и правда тогда худые были. Помню, когда Камелия родилась Игорь подарил нам коляску. Новую, импортную. И это при том, что они тогда только начали работать. Он очень хороший, правда, — она неожиданно берет меня за руку и смотрит в глаза. — Я знаю совсем немного о вас, но я вижу, как вы смотрите друг на друга. Игорь никогда так не светился, как сейчас.

— Спасибо вам. Честно говорят, у нас все слишком быстро закрутилось, что даже страшно.

— У нас с Даниалом тоже все быстро закрутилось. Что в первый раз, что во второй.

— Во второй? — удивленно дернула бровями. Игорь ничего такого мне не говорил.

— Да, — тихо и грустно посмеялась Джамиля. — Мы с Даниалом разводились и недавно опять сошлись. Мы только недавно расписались во второй раз. И Игорь опять был нашим свидетелем.

Второй шанс. Значит, и у них он тоже был.

— Ladies, я принесла альбом. Сейчас будем смотреть фоточки, — на кухне снова появляется веселая дочь Ибрагимовых.

Мы садимся за стол. Джамиля рядом со мной, Камелия напротив. Дети убегают в гостиную, откуда уже слышны голоса мужчин. Синий альбом так и называется: “Нулевые”. Вижу тот самый обещанный снимок Игоря с другом, у меня есть похожий, только там мой солдатик один. Улыбаюсь, а сердце так и ноет. Если бы я тогда поступила по-другому, мы бы не расстались. Жаль, в тот самый момент со мной рядом не было человека, который бы поставил мои мозги на место.

— А это я маленькая. Очень любила кататься на шее дяди Игоря или папы, — объясняет Камелия, указывая на одну из фотографий.

— Такая милая, — говорю ей, заставляя шире улыбнуться, и переворачиваю страницу. А этот мальчик? Коля, да?

На фото Игорь, уже как настоящий богатырь, держит на руках двух мальчиков примерно одного возраста. Один — светленький и похожий на него, другой — темноволосый. Догадываюсь, что это и есть погибший сын Джамили.

— Да, это Коля, — Джамиля вытаскивает карточку из ячейки. — А это Закир, наш сын. Она проводит пальцами по лицу мальчика, которому здесь, наверное, лет пять. Очень красивый. И вновь так больно становится, только уже не за себя, а за мать, потерявшее дитя. В этот момент я думаю о том, что каждый человек проходит испытания, кто-то раньше, кто — то позже. Судьбы могу быть похожими, но никогда не будут одинаковыми, ведь у каждого из нас своя неповторимая линия жизни.

Глава 40

Игорь

Прошли праздники, закончилась рабочая неделя. Утром выходного дня мы лежим в кровати и никуда не торопимся, потому что сегодня не Лизина смена в салоне. Это радует.

Мы переплетаем пальцы, играем с ними и целуемся, потому что у нас опять получилось, и я видел в ее глазах удивительный, довольный блеск от того, что она снова испытала оргазм. Это случается не каждый раз, но уже чаще, чем раньше. А этой ночью она впервые попробовала новую позу “наездницы”. Устала, маленькая, но кайфанула. Мой ледокол движется медленно, но верно.

— Лиз, а ты не хочешь открыть свой салон? Хочешь подарю тебе его? — спрашиваю без какого-либо злого умысла.

— Нет, не хочу, — категорично отвечает она. — Я не бизнесвумен, у меня нет жилки, и я никогда к этому не стремилась. Но я считаю себя хорошим мастером, у меня есть постоянные клиенты, которых я давно стригу. А почему ты спросил? Тебе не нравится моя профессия?

— Нет, не в этом дело. Но ты же понимаешь, что если мы будем вместе, то я бы не хотел, чтобы ты работала в выходные, а сейчас ты бываешь занята по субботам и воскресеньям. У меня же это единственные свободные дни. И кстати, тебе вообще можно будет не работать. Я дам тебе все, что ты захочешь.

— То есть тебе действительно не нравится моя работа? — нахмурившись, Лиза отстраняется. — Да, у меня нет высшего образования и я не делаю миллионы. Я не налоговый консультант и не знаменитая ведущая. Но я честно зарабатываю на жизнь своим ремеслом много лет.

— Ты меня не поняла и завелась, — парирую я.

— Я поняла, что ты не хочешь, чтобы девушка, женщина, или кто я там тебе, владельца крупной строительной компании работала простым парикмахером и поэтому предложил купить мне салон, — возмущается она. — Я понимаю, что у тебя денег куры не клюют, но давай я не буду лезть в твою работу, а ты — в мою. Каждый занимается тем, что умеет. Я умею мыть голову, стричь и делать укладку. Это всё, что я умею, уж извини. Или… ты меня стыдишься?

— Ты с ума сошла? — рявкаю, понимая, что в этот раз мы друг друга не слышим. — Вот сейчас это совершенно дурацкие обвинения.

— Дурацкие обвинения на дурацкое предложение купить мне бизнес, чтобы сделать из обычного парикмахера владелицу салона. Ты просто хочешь, чтобы я соответствовала твоему статусу.

— Какая муха тебя укусила, Лиза?

Она слезла с кровати, потянула на себя одеяло и обернулась им.

— Что я там не видел? — разозлился я. — И почему ты так завелась? Я всего лишь предложил.

Но она ничего не отвечает, отворачивается, поднимает с пола майку и быстро надевает сначала ее, а потом штаны. Я смотрю ей вслед, а через несколько секунд слышу, как хлопает дверь в ванную. Вот вам и доброе утро.

Разозлившись, я тоже встаю, натягиваю штаны, носки и свитер, беру с тумбочки телефон и сигареты с зажигалкой, после чего выхожу на лоджию. Курю и херею от нашей первой ссоры на пустом месте. Мне так кажется. Затянувшись и выпустив кольцо дыма, вспоминаю ее слова про