Сердце Северного Ликана - Мария Александровна Ерова

Правда, решающий удар принадлежал этой белокурой бестии, и это не могло не зацепить. И в то же время не могло не унизить. Боги! Он был так слепо увлечён своей игрой, что пропустил удар, за что сейчас расплачивался сполна. Рана не то, что не заживала, она становилась ещё больше, расползаясь по спине, отравленная ядом, блокирующим регенерацию клеток. И такой боли он не испытывал ещё никогда в жизни.

Однако злости к этой девчонке он отчего-то не испытывал. Напротив, он хотел бы взглянуть на неё ещё раз. Не только взглянуть… Её запах. Он вспомнил их первую встречу в лесу, страстную погоню. Страх заставлял её тело пахнуть ещё сильнее, ещё слаще, и это воспоминание немного облегчало боль, вызывая страстное желание обладать новой игрушкой Албера.

Его смущало лишь то, что при второй встрече он не учуял и толики того запаха. Тогда девушка пахла иначе, словно это были два разных человека… Но ведь он своими глазами видел, что это не так! Его замутило. Организм боролся с ядом, как мог, и это было весьма болезненно. Интересно, откуда у этой девчонки в руках оказался такой клинок? Откуда она вообще здесь оказалась? Тошнота всё ближе подбиралась к горлу, и, в конце концов, его вывернуло наизнанку желчью — есть он не мог, только пил, жадно, но это не спасало. Доползти бы до дома — жалкой лачуги, спрятанной в лесу, и отлежаться, чтобы потом…

Он усмехнулся, представив, какое же, должно быть, жалкое зрелище сейчас из себя представляет. Тело не слушалось его, и откуда-то из глубин души появилось давно забытое, почти детское желание — умереть, но страх перед самой смертью отрезвлял его, заставляя слушать собственные мысли, хвататься за них как за последнюю ниточку, связывающую его с этой жизнью. Неужели, это конец? Такой бесславный и глупый. Впрочем, как и вся его жизнь…

Нет, так просто он не сдастся…

Он сделал попытку шевельнуться, и ему это удалось, пусть и с огромным трудом. Эта дрянь распространялась по крови стремительно, пожирая его изнутри, и он не знал, справится ли с ней, но доставить удовольствие Алберу наткнуться на свой труп он не собирался! А потому должен был ползти. Хотя бы до дома…

Почему… почему это случилось? Ведь до замка Нильссон он добрался на своих двух, пусть и не в самом лучшем состоянии. Хотелось взглянуть в глаза Алберу и позубоскалить на его нервах: он всегда так цеплялся за тех малышек, что попадали сюда, на остров, как будто они действительно могли скрасить его тотальное одиночество. Как будто они не были мотыльками, случайно залетевшими на свет, оказавшимся пламенем…

Эти девушки не могли заменить им ту, что стала яблоком раздора между ним и герром проклятого замка. Ни одна, никогда, ни на сколько.

Хотя эта новенькая блондиночка оказалась особенной. И к ней стоило бы присмотреться получше, если бы не…

Он взвыл в очередной раз, не стерпев приступа накатившей боли, и долго лежал, не шевелясь, чувствуя, что силы его на исходе.

Вот бы познакомиться с ней поближе…

Проклятье!

Кашель сотряс его тело, и изо рта, на траву полетели тёмно-красные сгустки крови вперемешку со слизью.

Здесь проклято всё и все… это гиблое место!

А, может, правда — отступиться, дать телу шанс умереть?

Нет, нет, так не должно быть…

Покой может быть так близко. Вечный покой, а не тот, что приходит во время сна или редкие минуты забытья после охоты.

Но он ещё не готов! Не готов! И Албер не заплатил сполна за своё преступление…

Хотя какой смысл теперь сражаться? Возможно там, за невидимой стеной небытия, его ждёт она…

Чушь! Нет никакого «другого света». Есть лишь темнота и мрак, а с его-то «заслугами», смертными грехами, рассчитывать на меньшее, чем чистилище, и вовсе не приходилось.

Ему лучше было остаться здесь, в нелюдимом, неприветливом лесу, где он знал каждый куст и где всякая живая тварь трепетно его боялась.

Он не умрёт!

Не умрёт…

Смех смешался со звуками рвотных порывов. Сильное, но отравленное тело в очередной раз опорожнив свой желудок, дало передышку хозяину, вручив его в милосердные руки спасительной тишины беспамятства.

А над островом уже собирались тяжёлые грозовые тучи, и первые отблески молний начинали свой завораживающий танец на небе, отражаясь в воде неспокойного моря.

И ветер, купаясь в листве деревьев, громко сообщал всему живому о надвигающемся ненастье.

Дождя было не избежать.

Глава 49. Превращение

Вернувшись в замок, герр Нильссон не сдержал рвущихся наружу эмоций, и со всего размаха ударил в стену кулаком, разбив костяшки до крови. Всюду царил тот же хаос с перевёрнутой и расколошмаченной мебелью, он не успел прибрать тут, да и не особо стремился. Да и к чему? Кому нужен этот порядок? Единственная искорка жизни, на короткий миг вдохнувшая призрачную иллюзию того, что может быть совсем по-другому, угасала там, наверху, утонувшая в собственных кошмарах, навязанных ей проклятым местом.

Однако, он напомнил себе, что Мари пока была жива, а полнолуние — его злейший враг, приближалось неимоверно быстро, и уже сегодняшняя ночь принесёт ему боль и страдания, которые придут к нему после беспамятства в звериной шкуре. А потому следовало оградить девушку от себя самого — да, тот проходимец мог воспользоваться этим досадным обстоятельством, но выглядел он достаточно неважно. Должно быть рана лишала его сил, и, возможно, сегодня ночью он не рискнёт сунуться в замок. Вся надежда была лишь на это.

Взяв себя в руки и направив поток мысли в нужное русло, Албер решительно поднялся наверх. Мари спала всё в той же позе, в которой он её оставил, и казалась мертвенно-бледной. Однако дыхание её было частым, а глазные яблоки под плотно прикрытыми веками вздрагивали, выдавая нервозность. Одному богу было известно, что она видела там, в своих снах, и видела ли вообще. Однако стоило поторопиться.

Мысленно попрощавшись с девушкой до следующего утра, он прикрыл дверь и запер её на ключ. Затем спустился вниз и, отыскав в связке ключей ключ от подвала, направился к ржавой решётке, отделявшей его от прочего пространства.

Взяв в руки факел, герр Нильссон спустился по ступеням вниз, почти с ностальгическим чувством поглядывая на старые, покрытые плотным слоем паутины и плесени стены. Сколько