Во благо рода - Андрей Коткин

— Двенадцать через шесть дней исполнится, — ответил я недоумевающе.

— Двенадцать? Выглядишь ты несколько постарше. Что ж, тем лучше. Вы же, по твоим собственным словам, в наш пространственный пузырь за знаниями залезли? Согласно заветам Зороаштры, великого учителя всех магов Шумера и Междуречья, все мальчики с десяти и до шестнадцатилетнего возраста, проявляющие способности к какому-либо из видов магии, имеют право пройти обучение у одного или нескольких имеющихся в наличии наставников. — Внезапно голос Айсу-ун приобрел звенящую торжественность: — потому я спрашиваю тебя, неофит, согласен ли ты обучиться у меня, Гуэн Бей Айсу-ун, старшего магистра в шести из ста двадцати восьми видов магических искусств, имеющимся в моем распоряжении знаниям?

— С-согласен, конечно, — голос мой непроизвольно дрожал от охватившего меня вдруг волнения, — только долго у меня обучаться в этом году здесь не получится. Через два месяца в том месте, где находится пространственное убежище начнутся дожди, потом все снегом занесет, а припасов у нас с собой всего-ничего. Да и из этих двух месяцев еще не менее месяца нам потребуется на обратную дорогу. Выходит, что недели три — четыре у меня только и остается на учебу, не больше.

— Недели три — четыре? Это сложнее. Впрочем, не вижу в данной ситуации ничего такого уж невозможного. Не ты первый, кто может выделять на обучение лишь небольшой отрезок времени. На этот случай уже давно придуман способ загрузки в сознание ученика ментальных закладок, состоящих из отдельных блоков изучаемых знаний. В течение этого времени загружу тебе постепенно весь пласт начальных навыков, а ты, в свободное время будешь их отрабатывать. В следующем году проверим, что и как у нас получилось и перейдем к более сложным темам.

— Ментальные закладки? Прости меня, но от такого способа я, наверное, откажусь, — как живое, всплыло передо мной лицо моей бывшей одноклассницы, Беляны Углановой, туповато-безэмоциональной прислужницы нашей менталистки-баронессы. Аж передернуло от нахлынувших воспоминаний.

— Тебе нечего бояться, неофит. Прежде, чем мы начнем твое обучение, по обычаю принесем друг другу магические клятвы. Я — о не нанесении тебе никакого вреда, ты — что будешь неукоснительно соблюдать кодекс поведения магов Ассирийской империи. И, разумеется, прежде чем требовать от тебя эту клятву, кодекс магов я тебе предоставлю тоже.

Не буду больше рассказывать о препирательствах и достигнутых между мной и древней чародейкой дополнительных договоренностях, скажу только, что все же договор на обучение был заключен. И таки воистину, как там Буривой не так давно высказался?…Плакать хочется, сколько всяких знаний люди утратили на протяжении столетий! Вот и абсолютно безопасный и сжатый во времени способ обучения в огромном, размером с ассирийское поместье, иллюзорном пузыре утратили тоже. Кстати, когда я упомянул ассирийское поместье, это именно так и нужно было понимать, буквально. Между прочим, красота неописуемая: и само главное здание, и пруд с разноцветными огромными рыбинами перед ним. И вся эта иллюзорная, но вполне мною ощущаемая территория буквально утопала в цветущей растительности. Но самое для меня главное заключалось в том, что срок весь моих ежедневных учебных занятий протяженностью аж в десяток субъективных часов в реальности занимал от силы минуту-другую. Отец, понаблюдавший за процессом моей учебы со стороны, сказал, что я буквально ненадолго прикоснулся только к руке статуи, замер, и вскоре уже вновь вернулся в сознание, бодрый, хотя и с почти полностью опустошенным магическим резервом.

И нет, до изучения новых для меня заклинаний мы, с моей наставницей, пока так и не дошли.

Все последующие недели до самого моего отъезда мы отрабатывали кое-что другое: способность подвешивать уже вполне себе законченные заклинания в своей ауре с целью последующего их мгновенного высвобождения и использования в случае необходимости. Просто таки изумительная по представляющимся возможностям методика! Мало того, что позволяет заранее запитать подвешенные к ауре заклинания и после спокойно себе вновь пополнить растраченную на заклинание ману, тем самым как бы чисто арифметически увеличивая свой реальный резерв, так еще и собирать сложные заклинания в ауре, а не просто в пространстве перед собой, гораздо проще и надежней. Ну… проще по уверению моей наставницы. Сам я, разумеется, сравнить эти два способа еще не в состоянии. Что до ассирийских Божественных Дланей, что даже до всего лишь современных заклинаний какого-нибудь третьего или четвертого уровня мне еще очень далеко.

Кстати, выяснил у своей наставницы и зачем на стенах учебного зала были процарапаны те обращения к богам. Никакой излишней религиозности! А просто, записанные на стенах воззвания к богам, протяженностью и ударением своих слов, как четки у некоторых азиатских магов-дервишей, служили этакими вспомогательными ориентирами для размещения в ауре отдельных, самых сложных и объемных заклинаний. Надеюсь, я и сам когда-нибудь смогу этими схемами воспользоваться.

А успехи? Ну… как сказать…. Спустя десять дней занятий я впервые смог, в принципе, просто ощутить у себя эту самую ауру, а еще спустя семь или восемь дней привязал к ней свое самое первое заклинание — Светлячок. Все две опорные точки прикрепления. Для сравнения, Айсу-ун поведала мне, что Длань Иннаны, высшее ассирийское заклинание школы жизни, позволяющее при однократном применении омолаживать пожилого человека лет на десятилетия и даже, в исполнении самых сильных магов жизни, возвратить к жизни недавно умершего, крепится к ауре мага аж на двести сорок восемь точек, а ужасная, выжигающая все чуть ли не на десяток верст вокруг Длань Ассура и вовсе на пятьсот двенадцать.

Впрочем, до применения Дланей мне, как говорится, как до Луны, и путь этот простым увеличением учебной нагрузки сократить у меня не получится. И без того, на растяжение одной единственной минутки в десять учебных часов у меня разом уходит чуть ли не вся моя мана. Ага, именно так, по этой забытой современными магами методике продолжительность и сложность обучения неофита напрямую зависит от объема его магического резерва. И таки я еще могу похвастаться: по уверениям моей наставницы, резерв, имеющийся у меня, для двенадцатилетнего оболтуса очень и очень неплох. Есть надежда в будущем дорасти до высоких степеней. Ну, если не возгоржусь вдруг на ровном месте, конечно, и не прекращу тренировки.

И, кстати, о «возгоржусь». О представившемся мне шансе изучить премудрости древней магии, я рассказал отцу и Буривою (остальным, младшим членам нашего клана, лишнюю для них информацию стратегического характера решено было не разглашать, клятвы клятвами, но чего не знаешь, о