Во благо рода - Андрей Коткин

том уж точно никому не разболтаешь). Вот они своим главой реально возгордились. Отец даже порывался остаться тут, со мной, на постоянку, отложив наше возвращение домой аж до следующей осени. Ну, сокровенные же знания! Еле-еле внял голосу разума, что обучение обучением, но и кушать нам тут зимой тоже будет нужно. А по алтайским свеженаметенным сугробам, утопая в снегах по грудь, если не еще глубже, за таежной дичью не больно-то и побегаешь. Плюс еще местные монстры, тоже голодные по зимнему времени…. Короче, решили на ровном месте сложности не городить и положиться на древние, отработанные методики обучения.

Потому, в самый свой последний день, перед выходом в обратный путь, я в последний раз прикоснулся к руке статуи, уже привычно переместившись в прекрасный иллюзорный мир далекого прошлого.

— Значит, все же уходишь? — Констатировала древняя чародейка итоги моего сбивчивого, извиняющегося сообщения. — Что ж, двадцать четыре блока с необходимыми для первого курса начальными знаниями я, как и обещала, загрузила тебе в сознание. Плюс ответы на некоторые из задаваемых тобой вопросов, на которые не хватало времени во время учебы, тоже. Распаковываться они начнут по твоему четко сформулированному мысленному запросу. Степень учебной нагрузки будешь регулировать сам, главное, чтобы к следующему твоему появлению у меня вся загруженная в твои мозги программа оказалась полностью изучена и отработана.

— До свидания, спасибо тебе, Айсу-ун, за все, — неловко попрощался я, поняв, что больше никаких напутствий в мой адрес не последует.

— До свидания, — эхом отозвалась моя прекрасная учительница и уже вслед, в момент моего возвращения в реальный мир до меня донеслось: возвращайся, Саша, я буду ждать.

Кто там говорил, что обратный путь кажется намного легче и короче, чем путь туда? Лично я первые дни и недели нашего путешествия в обратном направлении продвигался, что называется, нога за ногу. Очень не хотелось покидать этот пусть иллюзорный, но такой прекрасный мирок. Ну, и, разумеется, не хотелось покидать Айсу-ун. И вы только не подумайте, что я не понимал, что будущего у моей влюбленности не просматривается абсолютно. Все я понимал. Но словно огромный камень на душе ежесекундно тянул вниз.

Неизвестно, долго ли я так хандрил бы или нет. Все резко поменялось в момент достижения нами окрестностей Отстойника. Ну, или Ратиборска, если называть это население на отшибе официально.

Часть 2

Глава 5

Итак, в самых разных, зачастую противоположных состояниях души, добрели мы до поселения, которое сами же его обитатели именовали Отстойником, и даже на пароме через местную речку переправились. Кое-кто, в том числе и я сам предвкушали уже хоть и недолгий, все же осень, а вместе с ней и начало занятий в гимназии были далеко не за горами, отдых. Как вдруг шутивший и весело улыбавшийся вместе со всеми Буривой вскричал внезапно:

— Атака! Слева!

Признаться, в первые секунды после услышанного сигнала я даже решил, что он все еще шутит. Ну, мы же уже почти самого частокола Ратиборска достигли, чтобы кому-то тут атаковать нас, на виду у местных бойцов, нужно быть форменным безумцем.…Или нежитью.

Едва перевел свой взгляд в указанном направлении,…не то, чтобы сердце в пятки упало, но определенно застучало оно вдвое чаще. Костяная гончая, мощный костяной конструкт размером с хорошего такого быка, даже при солнечном свете вполне отчетливо полыхающая зелеными отсветами, прокатывающимися волнами по широко распахнутой пасти, даже и полноценного мастера боевой магии вполне себе поволноваться заставит. Тем более, если она уже преодолела половину расстояния от ближайших зарослей до его нежной тушки.

И все же Буривой не зря столько лет ходил во главе археологической экспедиции по местам, куда иные из аристократов даже во главе полноценной дружины не очень-то и отваживались соваться.

— Зажмурьтесь! Свет! — Предупреждающе заголосил он, и уже в следующую секунду по моим глазам с грохотом резанула мощнейшая вспышка. Угу, каюсь, предупреждение то я услышал, но вот с выполнением поданной команды немного промедлил.

Когда я все-таки проморгался и смог взглянуть на поле боя своими глазами, бой там по-прежнему был в самом разгаре. Точнее, несмотря на то, что первая из увиденных мной костяных гончих уже послушно валялась в виде россыпи рассеянных по траве костей, нас атаковали сразу уже целых три точно таких же страхилатины. Почти три. Одна из них, тоже, очевидно, попавшая под вспышку высокоуровневого заклинания магии света, к которому все порождения некромантии имеют заметную уязвимость, плелась в хвосте у своих целых товарок, довольно бодро, но не очень быстро ковыляя на трех еще сохранившихся у нее лапах.

Впрочем, все эти, описанные мной подробности, на самом деле, я полноценно осознал уже постфактум, а пока лихорадочно шарил по плечу в попытке нащупать ремень висевшего там метателя. И таки нащупал и тем же самым движением сбросил, нацеливая уже заряженное оружие в сторону приблизившейся едва ли не вплотную гончей. И снова заклинание пространства, записанное на заряженный в метатель дорогостоящий артефакт, оказалось вполне эффективным. В этот раз, правда, исчезла не голова мертвого монстра, а кости его грудной клетки, так что передние лапы, лишившиеся поддержки просто отпали от основной массы костяка, но, самое главное, один из крайне плохо уничтожимых монстров был обездвижен.

А вот следующая буквально за своей товаркой еще одна костяная гончая смогла приблизиться к нашему отряду почти совершенно без повреждений. И, похоже, в качестве своей первоочередной цели выбрала моего отца. Или, точнее, это он сам ее выбрал, выскочив из той кучки, в которую мы все сбились, на несколько шагов вперед.

— О-У-У-У!!! — Издал мой родитель крик, который, казалось, не могло произнести человеческое горло. Аж поджилки от этого крика затряслись. И не у меня одного. Одна из наших лошадей вообще, вырвав повод, с громким паническим ржанием умчалась куда-то прочь, остальные четыре лошади, хоть их и удержали их сопровождающие, вставали на дыбы и ржали не менее громко. Но, самое главное, этот крик оказал воздействие и на атакующую гончую! Немертвое костяное чудовище внезапно припало к земле, замотало огромной, шипастой башкой и вдруг, по широкой дуге, припустило примерно в те же края, куда усвистала за пару мгновений перед этим наша лошадь.…И пусть после этого хоть кто-нибудь попробует мне сказать, что магия звука мало применима в боевых условиях!

Последнюю костяную гончую — трехлапого инвалида мы добивали совместно всем отрядом. Прозвучавший вразнобой залп из перезаряженных ружей расколол несколько костей немертвого чудища, окончательно сбавив его скорость до