Дом Эльмиры - Вадим Гончаров

– Я особо и не рассчитывал, если честно. Мне вообще эти технические трюки всегда казались скорее киношными придумками, в реальной жизни все гораздо сложнее. А среди неудаленного ничего не нашлось?

– Нет. Ничего интересного… – Виктору показалось, что Сильван ответил слишком быстро, но он не был уверен. Мужчина держался спокойно, только его глаза, как будто, слишком внимательно вглядываются в Виктора, словно пытаясь прочесть его мысли.

– Думаю, мы могли бы сфотографировать все ее документы и записи, если вы считаете важным их изучить.

– Блестящая идея, Виктор! Как я сам не догадался… Нам может помочь любая информация. Я обращусь к моему детективу, чтобы он изучил все, что мы найдем, – пусть составит отчет, он это сделает лучше, чем любой из нас.

– А вы не опасаетесь, что информация… вдруг у Эльмиры были какие-то дела, которые не стоит ворошить? – Виктор вспомнил ночной разговор – Эльмира очень прозрачно намекнула на то, что ее способ зарабатывать деньги не всегда находился в рамках закона.

– О, не беспокойтесь, это проверенный человек. К тому же, живет в другой части земли – он индиец.

– Детектив-индиец? – Это выбивалось из классических представлений.

Сильван захохотал:

– А вы думаете, что детективы должны носить котелок и иметь набриолиненные усы? Виктор, уверяю, это первоклассный специалист, въедливый как бульдог. Впрочем, спешу вас порадовать – он носит деловой костюм и даже пользуется компьютером.

– Ладно, ладно, виноват. Мыслю стереотипно. Хорошо, тогда сейчас отправлю пару сообщений, и займемся фотографированием.

Виктор написал своему знакомому медику, тот ответил почти сразу. Договорились, что Виктор привезет ему таблетку, но удручало одно: анализ занимает несколько дней. Знакомый пообещал постараться максимально ускорить процесс, но раньше, чем через день, результата гарантированно не стоило ожидать.

Виктор просмотрел сообщения, которые накопились за все эти дни без связи. Ничего особенного: писал Даниэль Келлер – все-таки один из клиентов Виктора обратился за срочной консультацией. Виктор прочитал его краткий отчет как послание из прежней жизни, поблагодарил коллегу и закрыл диалог. Еще было сообщение от Фила: «Дружище, ну как ты там? Освоился, все в порядке? Если ты не против, я бы заглянул к тебе.»

Виктор вздохнул, вспоминая, что говорила Эльмира на сеансах про своего сына. Непросто будет разговаривать с Филипом, зная все это, и не имея возможности поделиться. Ну да ладно, привычно… Он ответил Филу, что тот может приехать в любое время и закрыл диалог.

Завершив свои переписки, он посмотрел на Сильвана: тот делал вид, что рассматривает картину на стене, а на самом деле просто терпеливо ждал.

– Все, я готов. Можем идти, до вечера еще есть время, должны успеть, – сказал Виктор.

Сильван кивнул, положил в карман свой смартфон, и они вышли из дома.

Работа по фотографированию документов и записей Эльмиры не заняла много времени – Виктор подавал очередной документ, разворачивая его на бюро, Сильван делал пару снимков – его смартфон снимал с поразительной четкостью, можно было быть уверенными, что все данные будут прекрасно видны.

– Эти бумаги… Виктор, в целом, я знаю, что в них. Это отчеты ее биржевого агента. Эльмира была прекрасным игроком на бирже, кроме того… вы правы, у нее были свои маленькие секреты, которые она не хотела бы предавать огласке. И не стану скрывать – я тоже в этом замешан, причем, как бы помягче выразиться, по уши. Поэтому можете не волноваться, ничто из этого не уйдет за пределы нашего влияния.

– Вы замешаны?

– Ну да. А вы думаете, откуда у Эльмиры деньги? Чтобы торговать акциями, нужно сначала их купить. А она играла на довольно крупные суммы. Впрочем, для меня это было беспроигрышной инвестицией: она бралась, как бы вам сказать… за принципиально беспроигрышные сделки.

– Инсайдерская информация? – Виктор посмотрел внимательно на Сильвана.

«Что-то здесь не так. Он мне солгал про такси, но зачем-то рассказывает о своих темных делишках. Либо он снова затеял какую-то игру, либо… он считает меня своим партнером. Или просто думает, что у меня руки коротки. В любом случае – это очень странно».

– Именно. Но я вам этого не говорил.

Они закончили работу, сложили бумаги в точности, как они лежали до этого. Сильван пообещал сразу же рассказать Виктору, когда появятся результаты, и пошел к себе.

Виктор остался один. Он никак не мог отогнать от себя мысли о такси: зачем Сильван его обманул? Казалось бы, все просто: если кто-то приехал на такси, то это – не Сильван, тогда он отводит от себя подозрения. Но, во-первых, подозрений у Виктора особых и не было. Во-вторых, он мог вовсе ничего не говорить, Виктор же не полицейский, чем он угрожает? И, наконец, Сильван пошел на риск – история с отсутствием такси так легко выплыла на поверхность, и он не мог этого не понимать: был вечер, никто еще не спал, его свидетельство очень легко проверить. Зачем рисковать так глупо? Это как-то совсем не вписывается в характер Сильвана.

А вот с Лидией все непросто. Она почти в точности подтвердила все, что рассказала Эльмира, достаточно только допустить, что она не гуляла снаружи, а была в доме – и вся сцена смерти Эльмиры прекрасно сходится. Правда, сновидение, кажется, указывало на таблетку… при чем тут таблетка? Да и имеет ли смысл верить сновидению? И при чем тут такси, Лидия точно была неподалеку в тот день…

Виктор схватился за голову, пытаясь руками собрать мысли в кучу. Но они не собирались вовсе. Он решил перейти к следующему подозреваемому.

Итак, Густав. Допустим, ее убил он. Лидия сказала, что он тем вечером был в городе, а значит, мы не знаем, где он был на самом деле. Мог ли прийти к Эльмире и каким-то способом подстроить сердечный приступ? В принципе – мог. Мотив у него превосходный. Он достаточно хладнокровен. Но неясно, как он мог попасть в дом, например. Хотя… замки на дверях довольно простые.

Виктор спустился вниз и стал ходить по гостиной, пытаясь сосредоточиться.

Теперь Иса. Она обнаружила тело. Когда именно умерла Эльмира неизвестно, это могло случиться и после появления Исы. Мотив… у Исы точно есть психическое расстройство, это заметно невооруженным взглядом. Но зачем тогда она сама наводит Виктора на версию об убийстве? Может… множественная личность? Это