Укротитель Драконов V - Ярослав Мечников

Вейр провёл большим пальцем по краю чаши. Вопрос старшинства уже лежал на столе, обрядовая формула прозвучала, и теперь он мог позволить себе говорить без прежней торжественности.

— Семь десятков живого корня будут взяты с общей кромки, — начал он. — Часть зарослей после зимнего сбора восстанавливается две луны. Если твои люди станут рубить глубоко, весной там останется голый камень. Хранитель потребует возмещения, Каменная Жила поддержит его, потому что варит из корня лекарства. Белое Крыло тоже промолчит в твою пользу: у них двое детей этой зимой дышат с хрипом, им понадобится отвар перед первым ритуалом.

— Мои люди получили приказ брать корень с мокрым камнем вокруг, — ответил дед. — Кайр умеет копать. Хорг указал старые заросли, которыми почти десять лет никто не пользовался.

— Об этом скажет Кайр после возвращения. Сейчас у хранителя есть гонец с твоим словом и три грозовых, ушедших за пределы общей дороги. Порядок уже нарушен. Возмещение всё равно понадобится.

Дед подвинул чашу в сторону. Отвар в ней почти не убавился.

— Сколько?

— Тройная мера от собранного. Весной Громовой Очаг отдаст часть своей доли лекарственного корня Каменной Жиле и снимет одного человека с первого выхода к кромке. Место перейдёт Ветряным до следующего зимнего Круга.

Айра едва слышно цокнула языком. Я уже достаточно понимал устройство племени, потому что в моей голове постоянно прибывали все новые и новые воспоминания, чтобы оценить цену. Первый весенний выход приходился на короткий отлив, когда Пелена опускалась ниже обычного и открывала богатые заросли. За несколько дней там собирали значительную часть годового запаса мглокорня, серой соли и лекарственных плесеней. Лишиться одного сборщика означало отдать соседям несколько мешков редкого сырья.

Дед, похоже, ожидал большего. Он кивнул один раз.

— Это можно обсудить с хранителем.

Вейр поднял чашу, отпил и поставил обратно.

— Есть ещё две части.

Пальцы деда чуть согнулись. Айра отошла от очага и встала ближе к его креслу.

— Говори всё сразу, — произнёс он.

— Весенняя кладка даст меньше яиц. Две самки остались пустыми после раннего Прилива, у третьей пропал отклик от первого яйца. По расчётам хранителей, семи очагам достанется пять сильных скорлуп и несколько слабых, если они доживут до Круга. Громовые уже потребовали право на одну из первых трёх. Первые идут самые сильные, их желают все.

Я почувствовал, как память Аррена отозвалась знакомым холодом. Право на сильную скорлупу определяло будущее рода на годы вперёд. Из такого яйца мог выйти дракон для наследника, будущего старшего или всадника Гранёного Поля. В первых скорлупах по оценкам Шаманов — могли быть драконы ранга Штурмовых или даже Владык. Конечно, владыки были огромной редкостью, но исключать появление владыки в яйце было нельзя и эти первые яйца обладали наибольшим потенциалом. После трёх тишин вокруг Аррена Громовой Очаг особенно нуждался в новом успешном ритуале. Пустое небо рода начиналось именно с подобных потерь: одна смерть, одна промолчавшая скорлупа, один молодой человек, ушедший служить другому очагу.

— Ясень уже связан, — продолжил Вейр. — Твой второй внук на Гранёном Поле. Аррен вернулся с тремя взрослыми зверями. На ближайшую весну ваш дом обеспечен крыльями лучше многих. Откажись от первой очереди. Я сниму второе сомнение и скажу хранителю считать сбор оплаченным заранее.

Дед провёл живой ладонью по бороде.

— Кому уйдёт скорлупа?

— Совет решит.

— Твои люди уже назвали будущего хозяина?

Вейр слегка улыбнулся.

— У нас есть двое подходящих подростков. У Каменной Жилы трое. Белое Крыло приведёт девочку из старшей ветви. Решение останется за Кругом.

Ответ прозвучал гладко. Даже я услышал место, где он обошёл правду. Ветряные явно уже рассчитывали на это яйцо. Второй камень давал им возможность вытеснить Громовых из первой очереди, сохранив видимость общего решения.

Дед посмотрел на чёрный сланец.

— Ты кладёшь сомнение в моём старшинстве, затем предлагаешь снять его за скорлупу.

— Я предлагаю сохранить силы Очагa, — спокойно ответил Вейр. — На Совете первый камень всё равно будет рассмотрен. Твоего внука проверят, Пряха скажет своё слово, Кремень назовёт увиденное. Второй спор ударит уже по твоим правам на общую землю. Он потянет за собой кромку, кладки, соль и места на Поле. Ты можешь оставить этот вопрос между двумя родами и закрыть его до Круга.

Вейр говорил тем же негромким голосом. В его предложении действительно имелась логика. Громовой Очаг отдавал будущую возможность и сохранял нынешние права. Соседи получали плату за нарушение порядка. Совет избавлялся от ещё одного тяжёлого спора.

Цена приходилась на тех, кто пока даже не вылупился.

Я снова отпил отвар. Тепло почти ушло, ягодная кислота стала резче. Вейр переводил беду Сухаря в понятный племени долг и заранее выбирал, кто этот долг заплатит, и через несколько лет какой-нибудь подросток Громовых мог остаться без скорлупы, потому что сегодня теневому дракону потребовался живой корень.

Мысль оказалась неприятной. Вместе с ней пришло понимание, почему дед колебался перед отправкой всадников. Каждое решение старшего расходилось по годам. Спасённая сегодня жизнь меняла чужие возможности весной, следующей зимой и спустя десятилетие.

— Ты сказал о трёх частях, — напомнил дед.

Вейр на мгновение задержал пальцы на чаше. Затем повернулся ко мне.

— Третья касается серого грозового в общих загонах.

Под рёбрами сразу отозвалась чужая тоска. Остаточный эффект Тепла Истока ещё держался. Я словно снова увидел взрослого зверя возле решётки, его поднятый гребень и пустое место, тянувшееся от сердца к дальней дороге.

Дед нахмурился.

— Какое отношение потерянный Каменной Жилы имеет к моему сбору?

— Его всадник происходил из младшей ветви Жилы, мать была Ветряной. Зверь стоит на общей пище, занимает отдельный отсек и требует двух опытных хранителей. Отец погибшего просит передать грозового Империи. За него дают две доли железа, место у кладки и право одного молодого всадника пройти Гранёное Поле за имперский счёт.

— Совет уже отказал.

— Совет отложил решение до весеннего Круга, тогда зверь ещё бросался на людей и разбивал стены. Сейчас он ест, соблюдает границу и допускает хранителей. Имперский приёмщик готов прилететь через одну луну.

Я поставил чашу. Дерево коснулось гранита чуть громче, чем хотелось. Вейр видно заметил движение и посмотрел на мои руки.

— Наследник сегодня был у потерянного, — сказал он. — Рогдан передал через Поле для старших Очагов, что серый поднялся и подошёл к решётке. Три недели зверь встречал людей из глубины отсека. После разговора с мальчиком лёг возле двери мордой к проходу.

Значит, Рогдан всё-таки отправил слово и использовал для этого Тер-Ашт? Возможно, так требовала его должность — на общей земле любая странность сильного дракона касалась