Возвращение наследника - Валерия Веденеева

с того, как снаряжались экспедиции, какие защиты использовались, как долго тергены оставались в Бездне, и заканчивая тем, каким образом все участники охраняли себя от одержимости, поскольку демоническая скверна пропитывала разрывы Бездны и зачастую представляла куда большую опасность, чем даже населявшие ее твари. Ну и, конечно, они спрашивали обо всем, что магистр Санун успела узнать о самой Бездне.

Столько говорить мне еще не приходилось, потому неудивительно, что к вечеру я охрип. А вот Сестры, похоже, уходить на отдых и не думали, а когда я заикнулся о позднем времени и сне, принялись упрашивать перевести для магистра Санун их «еще один маленький вопрос», который незаметно перетек в вопрос следующий, столь же маленький, но тоже крайне необходимый…

Мы были на четвертом «маленьком» вопросе, «честное слово, самом последнем! Пожалуйста, господин аль-Ифрит, мы вас очень-очень просим!», когда в покоях, отведенных для разговора с призраком, появился Теаган. Под его пристальным взглядом энтузиазм Сестер несколько увял и четвертый «маленький» вопрос действительно оказался последним.

Когда они ушли — но не раньше, чем вытащили из меня обещание продолжить еще и завтра переводить разговор с древней магичкой — Теаган закрыл дверь и сел напротив.

— Я тут расспросил дежурных Братьев и Сестер и выяснил, что ты ничего не ел уже вторые сутки — с тех пор, как вернулся из подземного храма павшей богини. Только, — тут он бросил взгляд на кувшин и стаканы на столе, — только пил воду.

Я моргнул. И правда. Пока он не сказал, я об этом вовсе не думал.

— Да как-то не хочется. В смысле, есть не хочется. — Я пожал плечами.

— Не хочется? Ты ведь понимаешь, что это ненормально? — Теаган нахмурился.

— Ну, — я покосился на все еще активированные руны от подслушивания на стенах и двери. — Возможно, что и нормально. Понимаешь, там, в храме Лунной Девы, когда я вырвал у нее нити расколотых демонических душ, я их… случайно съел.

— Съел… Съел души⁈ — растерянно повторил Теаган.

— Нет-нет, не сами души, — я махнул рукой. — Только нити. Но переел. Думал, прямо там и лопну, но обошлось. Однако на обычную еду меня теперь совсем не тянет.

— И… что? Теперь ты так и будешь питаться душами… то есть нитями душ?

— Нет, конечно! Это же случайно вышло. Думаю, когда прилив энергии от них пройдет, я вернусь к обычной еде.

— И когда?

— Ну, — я пожал плечами. — Может, через неделю?

Теаган несколько раз глубоко вздохнул, явно пытаясь взять себя в руки.

— Ладно, — проговорил он. — Ладно. Объелся нитей душ, с кем не бывает… Вот только, если эту твою странность заметил я, заметят и остальные. Поэтому я распоряжусь, чтобы еду тебе все же приносили. Хотя бы делай вид, что ешь.

Глава 20

Подкрепление прибыло через два дня после сообщения об угрозе. Портал точки воздуха и впрямь вновь заработал, но отправлять новое письмо, призывающее отряд вернуться в свой форт, было уже поздно. Собранные Лунной Девой демонические твари, как я и предполагал, за два дня почти разбежались, а почуяв приближение большого отряда магов, исчезли и те, кто еще задержался.

— Зачем вы нас вызывали? — раздраженно спросил командир Достойных Братьев, едва его люди въехали в крепость. — У вас тут полное спокойствие!

Командиром оказался комендант форта, откуда мы уехали. Насколько я успел разобраться в должностях их ордена, официально комендант именовался «наставником силы» и в иерархии, как и коменданты остальных фортов, стоял всего на одну ступень ниже Семареса, «старшего наставника».

Характер у этого Брата оказался не самым покладистым — раз уж он посмел так резко требовать объяснений у да-вира, да еще у всех на виду.

Теаган потер переносицу.

— Мы все вам объясним лично, Достойный Брат Диус. Прошу, пройдемте ко мне.

Накануне, обсуждая приезд отряда поддержки, мы с Теаганом решили, что его командиру придется рассказать правду — под клятву о молчании, конечно. После летнего инцидента с белой сектой репутация Теагана среди Достойных Братьев малость — или даже не малость — пошатнулась, так что кто знает, что бы взбрело в голову тому же Диусу, если бы ему скормили ложь, а он бы это понял. Мысли рядовых Братьев были не так важны. Если их командир скажет, что все в порядке, им придется поверить.

Но с клятвой возникла загвоздка.

— Нет, — категорично сказал Достойный Брат Диус, подозрительно глядя на Теагана. — Я отказываюсь давать клятву о молчании, если не знаю, о чем пойдет речь.

Мое присутствие Диус пока игнорировал.

Теаган вопросительно посмотрел на меня; я неопределенно пожал плечами. Рассказывать о себе без защиты клятвы мне не хотелось.

Теперь Диус тоже посмотрел на меня и прищурился.

— У тебя, парень, нет никакой церковной должности, верно? Но в последнее время ты постоянно трешься рядом с иерархами, а вокруг вечно что-то случается. Наверняка наш напрасный вызов сюда связан с тобой.

— Должность у меня есть, — не согласился я. — Как там… А, вот: Особый представитель верховного иерарха по делам Младших кланов.

На верительной грамоте, выданной Таллисом для моей поездки на Собрание этих самых кланов, никаких ограничений по срокам не значилось, так что называть себя так я имел полное право.

Взгляд Диуса стал откровенно недоверчивым.

— Господин аль-Ифрит действительно является особым представителем верховного иерарха, — нейтрально-доброжелательным тоном подтвердил Теаган.

Недоверчивость во взгляде Диуса сменилась задумчивостью.

— Пусть так, — проговорил он. — Но я все же хотел бы услышать объяснение.

— Ладно, — наконец решился я, пробежавшись взглядом по активированным рунам защиты от подслушивания. — Я сам объясню ситуацию.

А если после объяснения Достойный Брат все равно не пожелает дать клятву, то… хм… он сможет присоединиться к старшей наставнице Благих Сестер в подземелье. В соседней камере. Временно, конечно…

— Вариант с Иринг, — сказал я Теагану, надеясь, что тот поймет. Теаган нахмурился на мгновение, но потом медленно кивнул.

— Что за «вариант»? — не понял Диус, и на его лице вновь появилось подозрение. — И кстати, почему я все еще не встретил старшую наставницу Иринг? Она ведь отправилась сюда с вами.

— Об этом я тоже расскажу, — успокаивающе сказал я. — Ну и, чтобы вы, Достойный Брат, не сомневались в моей правдивости, перед началом рассказа я дам клятву