Can’t Stop Won’t Stop: история хип-хоп-поколения - Джефф Чанг

всё закончилось, начались многочисленные оживленные споры относительно того, кто победил на самом деле. «И всё завершилось чем-то вроде небольшого кутежа, – добавляет Чалфант. – Были перевернуты несколько киосков по продаже хот-догов, а в местном бродвейском поезде, в который я сел, кто-то выбил окно».

Было бы большим преувеличением считать, что крупнейшие шоу Rock Steady прошли идеально и без единой проблемы. Впрочем, Чалфант обладал чувством юмора и ощущал ответственность за коллектив. Хоть он и переоценил свои возможности, он благородно трудился в качестве менеджера Rock Steady. «Я был единственным, кто выполнял роль кого-то вроде взрослого со связями», – говорит он.

«Я был ужасным менеджером, когда дело касалось поиска площадок для выступлений, – признается Чалфант, смеясь и покачивая головой. – Я организовал им участие на фестивале „Клируотер“, который основал Пит Сигер. Это было тотальное столкновение культур. У меня был фургон „фольксваген“, мы все в него загрузились и отправились туда. На фестивале были приятные милые люди. Кто-то пытался переводить рэп РАММЕЛЛЗИ на язык жестов; ребята смотрели на вегетарианскую еду и кривили нос: „Фу-у-у!“ Грандиозное, грандиозное столкновение культур».

Чалфант добавляет: «Да, мы пытались сделать что-то с рекламой – с McDonald’s и другими. Мы готовили презентацию типа: „Представляем вам эту потрясающую танцевальную группу!“ И – ничего».

Деловые отношения Чалфанта с Rock Steady не продлились долго. Возможно, художник внутри него сопротивлялся коммерциализации культуры, или же он был слишком старым и оседлым, чтобы вложиться в дело без остатка. «Мы с Крейзи Легзом часто обсуждали эту тему. „Генри, ты должен быть нашим менеджером“, – всегда говорил он с нотками грусти. Но я был недостаточно хорош и недостаточно напорист».

Когда спустя два года хип-хоп наконец-то завоевал все площадки, глобальный спрос на него ослепил Чалфанта, Бейнс и Марту Купер. «Граффити стали большим международным явлением, но я не был к этому готов. Я никогда не думал, что это случится», – признается Чалфант. В течение полутора лет Бейнс и Купер приходилось переписывать свои тезисы выступлений, и теперь они звучали так: «Бибоинг резко превратился из формы народного искусства в самое горячее развлечение любителей ночной жизни Нью-Йорка… Он подстегнул мировой интерес к хип-хоп-стилю» [15]. В своей книге они планировали объяснить: граффити, рэп и бибоинг «не воспринимаются всерьез из-за резкого расхождения с „надлежащей“ евро-американской высокой культурой, которую навязывает наше образование» [16]. Письма с отказами издателей продолжали накапливаться: троица всё еще не оставляла попыток показать молодежные движения в том чистом виде, в каком впервые их увидела.

По отдельности Чалфант и Купер безуспешно пытались продать собственные книги о граффити. Затем они объединились и выдержали еще два года отказов от издательских домов Нью-Йорка. Им говорили, что книга Нормана Мейлера The Faith of Graffiti (Вера граффити) уже исчерпала тему. Чалфант рассказывает: «Настоящей причиной, разумеется, был страх – они испугались; они боялись, что в случае публикации их будут ждать неприятности».

В конце концов книга Subway Art (Искусство в метро) была принята к печати и опубликована в 1984 году лондонским издательством Thames and Hudson. Книга знакомила читателей с атмосферой «Скамейки райтеров» и студии Чалфанта; она стала каноном стиля, а также учебным пособием для третьего, уже всемирного, поколения граффитистов. Subway Art была продана тиражом более чем двести тысяч экземпляров.

Благодаря американскому и британскому общественному телевидению, господдержке, правительственным грантам на искусство и даже поддержке Натана Глейзера[106] (впрочем, не получив ни цента от Национального фонда гуманитарных наук Уильяма Беннетта) Чалфант вместе с документалистом Тони Сильвером сделали классический хип-хоп-фильм Войны стиля. Снятый между 1981 и 1983 годами, он запечатлел молодежные движения в момент их интенсивного развития, когда считаные дни отделяли хип-хоп от превращения в глобальную культуру целого поколения.

Фильм задумывался как короткометражка, посвященная брейкдансу, но, как только у Чалфанта и Сильвера стали заканчиваться деньги, Rock Steady обрели популярность в клубах даунтауна и вдруг стали недоступны. Но, услышав, как Кэти Чалфант драматично описывает приключения, которые Генри пережил вместе со своими друзьями-граффитчиками (по словам Сильвера, это была настоящая эпопея), Сильвер сместил фокус на граффити. Он был убежден, что у них в руках имелась настоящая опера Вагнера: в кадре был стрит-арт, готовый превратиться в официально признанную форму искусства, но сперва нужно было преодолеть сопротивление мэра Коча, шерифа транспортной компании Metropolitan Transportation Authority (MTA) и угрюмого, язвительного райтера по кличке Кэп Уан. Войны стиля считаются достижением и вехой хип-хоп-кинематографа, основополагающим документальным фильмом о граффити и бибоинге.

Сегодня все эти работы воспринимаются как достояние светлой, немного наивной эпохи. Однако в то время обитатели даунтауна чувствовали, что угодили в идеологическое осиное гнездо. Войны стиля транслировали по каналам общественного телевидения по всей стране. Фильм имел большой успех, но особую популярность снискал на Западном побережье, в Сиэтле и области залива Сан-Франциско. Несмотря на это, в Нью-Йорке Войны стиля попали в эфир всего один раз. Там фильм, симпатизирующий художникам граффити, посчитали безответственным.

Когда Сильвер и Чалфант отправились в турне по всей стране со своим фильмом, многие люди их возраста посчитали, что эти двое должны были как следует подумать, прежде чем снимать такое и показывать всей Америке. Фильм расстроил даже некоторых либералов, переживших шестидесятые с их хиппарскими ценностями. Чалфант писал: «На каждом из показов Войн стиля, где присутствовали Тони или я, зрители выдавали одну и ту же реакцию: одни – разъяренные жители городов – ругали нас за то, что мы поощряем вандализм, другие – пуристы – спрашивали, сожалеем ли мы, что являемся частью процесса, разрушившего городскую народную культуру?» [17]

ИЗВЕСТНЫЕ НА ВЕСЬ МИР

По мнению Малкольма Макларена, все эти деятели искусства, ревностно отстаивающие народную городскую культуру, были достойны лишь насмешки. «Аутентичность» была плохим словом, «эксплуатация» – нет.

Макларен изучал искусство в Лондоне. Вдохновленный духом Парижа 1968 года, он решил построить карьеру на скандальности, что стало его Большой идеей[107]. Макларен обладал даром саморекламы и к 1977 году преуспел так, как ни один ситуационист до него: на чопорную старую Англию он сбросил, словно бомбу, группу Sex Pistols. После грандиозного взрыва Sex Pistols и Bow Wow Wow, постколониальной группы, имевшей когда-то потрясающий успех, первым «серьезным» проектом Макларена стал альбом Duck Rock – музыкальная пародия на всемирно известные народные танцы.

В проекте Макларен позиционировал себя как своего рода постмодернистского Алана Ломакса[108]. Он путешествовал по миру, записывая этническую танцевальную музыку на маленький кассетный магнитофон, и приправлял всё это привычной для него дадаистской чушью. «Думаю, что это будет самое значимое событие из всех, что когда-либо случались, самое правдивое, – хвастался он перед одним журналистом. – И я считаю, что это приведет к осознанию, которое сплотит всех людей воедино, вне зависимости от того, находятся они в Сальвадоре или Перу, Зулуленде или Аппалачах» [18].

Макларен понимал, что будущее связано с глобальными ритмами – с тем, что маркетологи позже назовут «мировой бит». Свой новый взгляд на мир он позаимствовал у Африки Бамбаатаа. Приехав в Нью-Йорк тем же летом, что и The Clash, Макларен познакомился с клубным промоутером и одним из новых менеджеров Rock Steady Crew Майклом Хольманом, который отвез его на батл, проводимый «Нацией зулусов» в общественном центре «Бронкс-Ривер». Хип-хоп был смесью культур и стилей, явлением, созданным из подручных средств. В нем чувствовались история и опыт, через которые он прошел, и при этом под него можно было танцевать. Но самое замечательное в хип-хопе было то, что он был опасен.

Макларен позже признался, что был до смерти напуган. В конце вечера, когда началась драка, подтвердившая все его стереотипы, и участникам группы пришлось отступить к дальней стене под градом кулаков и ножей, он в своей привычной манере придумал план, как всё это можно использовать. Макларен начал с того, что попросил Бамбаатаа, The Soul Sonic Force и Rock Steady Crew выступить