Надежда: Автобиография - Папа Римский Франциск

Это был Катехизис святого Торибио XVI в.

Приоритет, отдаваемый Церковью бедным, должен вести нас к пониманию и принятию их культурных способов жизни по Евангелию. Человек по природе – существо социальное. Как сказал святой Иоанн Павел II, «человек одновременно и сын, и отец культуры, в которую погружен». И вера здесь не исключение. Вера всегда выражается в культуре. Вера – это прежде всего божественная благодать, но также и человеческий, а значит, культурный акт. Когда Церковь приближается к бедным, то, помимо огромных повседневных трудностей, обнаруживается трансцендентный смысл жизни. Потребительство каким-то образом не смогло их поработить. Жизнь устремлена к чему-то, что выходит за рамки земного существования. Трансцендентный смысл бытия, проявляющийся в народном христианстве, – это антитеза секуляризма и обмирщения. И это ключевой момент. Апаресида показывает, что это «величественное исповедание живого Бога, действующего в истории». В духовности этих людей заложен «богатый потенциал святости и социальной справедливости».

В апостольском обращении Evangelii Gaudium я напоминал, что миссия среди народа не украшение, не приложение, не одна из многих страниц бытия. Это гораздо больше: то, что я не могу искоренить из своего бытия, если не хочу себя разрушить. Каждый христианин и каждая община призваны быть орудиями Бога для освобождения всего народа и помощи бедным. Оставаться глухими к воплю бедных – значит не подчиняться воле Отца и Его замыслу. Это требует гораздо большего, чем отдельные акты щедрости: необходимо сформировать новый образ мышления, при котором сообщество и жизнь всех ставится выше присвоения благ немногими. Иисус хочет, чтобы мы прикасались к человеческой нищете, к страдающей плоти других, чтобы по-настоящему принимали их существование и познавали силу нежности. Когда мы это делаем, жизнь всегда становится удивительно яркой и многогранной, и мы интенсивно переживаем опыт бытия и принадлежности к народу. К народу освобожденному или борющемуся за свободу.

Соединить Христа и Марию в сознании верующих совсем не трудно. В итоговом послании Третьей генеральной конференции Латиноамериканского епископского совета, которая проходила в Пуэбле в 1979 г., говорится, что Мария «связывает небо и землю. Без Марии Евангелие становится бесплотным, искажается, превращаясь в идеологию, в бездушный спиритуализм». Мария была простой женщиной из народа, смиренной жительницей окраины, девушкой из Назарета, крошечного галилейского городка на задворках Римской империи и периферии Израиля. Они с мужем жили своим трудом. Когда Ангел обратился к Ней: «Радуйся, Благодатная» (Лк. 1:28), Она «смутилась», потому что в Своем смирении чувствовала Себя ничтожной перед Богом. Марио Сольдати[120] писал, что смирение – «это добродетель, обладая которой думаешь, что ее у тебя нет». В Песни Марии (Лк. 1:46–56) Богоматерь учит нас: Господь низлагает тщеславие и гордыню тех, кто мнит себя несокрушимой скалой.

Как-то раз один духовник, испросив разрешения, рассказал мне историю о девочке из простой семьи. Девочка страдала от загадочной болезни, и ее поместили в одну из больниц Буэнос-Айреса. Сердце ребенка останавливалось, и через неделю врачи сказали отцу: «Мы бессильны. Ей осталось жить несколько часов». Дело было под вечер. Отец, простой рабочий, в отчаянии поехал в Лухан, к базилике Богоматери, но, когда добрался туда, двери и ворота были уже заперты. Он припал к вратам храма и стал неистово молиться… Так он простоял всю ночь, даже не заметив, как она прошла. На рассвете сел на автобус и вернулся в больницу. В приемной его встретила жена: «Не знаю, что случилось. Врачи говорят, жар спал, они ничего не понимают». Через несколько дней девочку выписали.

Молитва порой становится настоящим испытанием.

Дева Мария слышит бедных. Она – мать несчастных и беззащитных. Она знает, что Господь возвышает их. И знает, чтó по-настоящему важно. Даже в Своей земной жизни, претерпевая великие страдания, Она продолжала служить людям. Чтобы понять Марию и обратиться к Ней, нужно придерживаться этой точки зрения. Павел VI в апостольском наставлении Marialis Cultus[121] (1974) говорит о связи Марии с освобождением бедных: «Сильная женщина, познавшая нищету и страдание, бегство и изгнание (Мф. 2:13–23), – все то, что не может остаться незамеченным для тех, кто стремится в евангельском духе поддержать освобождающую энергию человека и общества».

Церковь призвана всегда быть открытым домом Отца – отчим домом, а не контрольно-пропускным пунктом. Домом, где найдется место каждому человеку со всеми трудностями и невзгодами, где его всегда примут и облегчат страдания. Если Церковь будет исходить из этого миссионерского побуждения, она должна достичь всех без исключения. Но кому следует отдавать предпочтение? В Евангелии мы находим совершенно четкий ориентир: не столько друзьям, соседям, равным себе, своему кругу, сколько бедным и немощным – тем, кого часто презирают и забывают, кому «нечем воздать» (Лк. 14:14). Здесь не может быть сомнений, и никакие рассуждения не ослабят это предельно ясное послание. Сегодня и всегда «бедные – главные адресаты Евангелия», как напомнил Бенедикт XVI[122].

Церковь женского рода, а не мужского. Мы, клирики, – преимущественно мужчины, но мы не есть Церковь. Церковь женского рода, потому что она невеста. И она воплощает святой верный народ Божий: и мужчин, и женщин. Вот почему поиск новых критериев и способов, позволяющих женщинам активнее участвовать в различных сферах общественной и церковной жизни, чтобы их голоса приобретали все больший вес, а авторитет – всеобщее признание, – это вызов, актуальный как никогда. Мы должны двигаться вперед. В настоящее время вице-губернатором Ватикана является женщина, сестра Раффаэлла Петрини. Вместе с ней в Дикастерию[123] по делам епископов входят еще две женщины: монахиня сестра Ивонн Ренгот и мирянка Мария Лиа Дзервино, которые участвуют в выборе глав епархий по всему миру. Другие женщины занимают важные посты в Дикастериях по содействию целостному человеческому развитию, а также в Государственном секретариате и Дикастерии по делам коммуникаций. Директором Ватиканских музеев тоже является женщина.

Если мужчины-клирики не способны понять, что такое женщина и женская теология, они никогда не поймут, что такое Церковь. Один из величайших грехов, которые мы совершили, – это «маскулинизация» Церкви. Необходимо ее «демаскулинизировать». При этом следует иметь в виду, что и «маскулинизация» женщины не может быть гуманной и христианской, ведь другой великий грех – безусловно, клерикализм. Поэтому речь идет не о том, чтобы всех включить в клир и сделать диаконами в священном сане, а о том, чтобы в полной мере реализовать Марианский принцип, который в Церкви даже важнее Петровского: Мария превыше Петра и мистика женщины значительнее служения.

Как записано в документе, принятом в октябре 2024 г. по итогам Синода о синодальности (я впервые решил не издавать вслед за ним свое апостольское наставление, сочтя документ подлежащим немедленному исполнению), нет причин, препятствующих женщинам занимать руководящие посты в Церкви: невозможно остановить то, что исходит от Святого