Предатель. Буду счастлива без тебя - Тая Наварская

Пьем и едим мы на славу. Разговоры не стихают, вино льется рекой, а душевные тосты ласкают слух.

К счастью, в ресторане имеется детская комната с няней и аниматором, куда я вскоре отправляю Катюшу. Все же с детьми ей будет интереснее, чем с шумными взрослыми.

Марк, сидящий по правую руку от меня, с аппетитом поедает стейк и оживленно болтает с Ринатом. Минул всего один день, а мужчины уже успели сдружиться. Обсуждают политику, автомобили, рыбалку и, конечно, футбол. Какой же мужской разговор без этого?

– А теперь предлагаю выпить за наших жен! – неожиданно заявляет Тарасов, поднимая бокал в воздух. – Если бы не они, мы бы точно не были теми, кто мы есть!

– Это верно! – горячо поддерживает Ринат. – За наших любимых женщин!

Люди чокаются, а я испытываю внезапный приступ неловкости. Мне не послышалось, Марк действительно сказал «за наших жен». И если в случае с Ринатом и Альфией этот тост вполне уместен, то я-то Тарасову давно не жена. Неужели он забыл об этом маленьком, но чертовски существенном нюансе?

Да и сама фраза прозвучала как-то двусмысленно. Будто мы с Марком до сих пор вместе. Будто нет у нас за плечами преданного доверия и болезненного развода.

Вымученно улыбаюсь и, как и все, делаю небольшой глоток из бокала. Можно было бы осадить бывшего за некорректную формулировку, но не хочется выяснять отношения публично. Тем более в кругу будущих родственников.

– Я вот, например, Вере очень благодарен, – продолжает Марк, осушив свой бокал.

– За все. За поддержку, за любовь, за то, что была рядом в самые трудные годы моей жизни...

Стискиваю зубы и направляю на бывшего гневный взгляд. Да что же он никак не угомонится?!

Вера, Вера, Вера... Чего пристал?

– Марк, ну хватит, – как можно спокойней говорю я, пытаясь вернуть его в правильное русло. – Мы ведь тут по другому поводу собрались. Наши дети скоро женятся...

– А, по-моему, это прекрасно! – умильно восклицает Альфия. – Когда бывшие муж и жена могут поддерживать такие вот высокие цивилизованные отношения! Вера, Марк, я на вас весь день смотрю и искренне восхищаюсь! Это ж сколько нужно ума и житейской мудрости, чтобы после развода остаться друзьями!

Моя улыбка становится еще более вымученной, а чувство неловкости увеличивается прямо-таки в геометрической прогрессии.

Ну Тарасов! Ну сволочь! Прибью!

Напустил пыли в глаза будущим родственникам и сидит радуется! Актёришко недоделанный! Лицемер несчастный!

– Да, Альфия, мы с Верой, можно сказать, преисполнились, – без зазрения совести подхватывает он. – В прошлом, конечно, было всякое, но сейчас, тьфу-тьфу-тьфу, – стучит по столу, – все хорошо. Правда, Верунь?

Ничего не отвечаю, продолжая прожигать бывшего мужа презрительным взглядом. И вообще, с трудом удерживаюсь, чтобы не воткнуть вилку ему в физиономию.

Ну каков подлец, а? На голубом глазу заливает про идиллию, которой и в помине нет! И как не стыдно-то?!

Хотя... О чем это я? Стыд и Тарасов — понятия несовместимые. Мне давно следовало это понять.

— Ну как сказать? — наконец отзываюсь я, отрывая взгляд от бессовестно ухмыляющейся физиономии бывшего и направляя его на Альфию. — Когда я застала супруга между ног юной любовницы, мне, конечно, было слегка не по себе. Но Марк прав, сейчас все гораздо лучше. Любовница-то перекочевала в статус подлой бывшей жены. А у меня на ее фоне, стало быть, нимб вырос.

За столом повисает тишина.

Гробовая. Некомфортная. Давящая.

Грустно, что я не совпала с эмоциями и испортила присутствующим праздничный настрой. Но, с другой стороны, я не жалею, что поставила Тарасова на место. Давно пора было это сделать.

Поворачиваю голову к бывшему мужу, который теперь совсем не кажется таким довольным, и с неприкрытой издевкой бросаю:

— Правда, Маркуш? Кажется, именно так все и было.

А затем убираю с колен тканевую салфетку и, стараясь держать голову высоко поднятой, выхожу из-за стола.

51.

Злость все еще бурлит извергающимся вулканом. Даже руки слегка трясутся. И сердце барабанной дробью терзает грудную клетку.

Погорячилась ли я? Определенно.

Но извиняться за свою резкость не собираюсь.

Вот всегда так: Тарасов косячит, а чувство вины испытываю я! Разве это справедливо?

Заворачиваю за угол и, увидев пустую банкетку, расположенную у окна, направляюсь к ней. Немного уединения мне не помешает. Пусть Марк сам расхлебывает кашу, которую заварил. А я тут посижу. Успокоюсь и немного переведу дух.

Опускаюсь на мягкую бархатную обивку и извлекаю из сумочки телефон. На экране – два пропущенных от Дениса. Странно, я не слышала, как он звонил. Должно быть, в основном зале было слишком шумно. Вот и пропустила вызовы.

Пару раз вдохнув и медленно выдохнув, перезваниваю Звягинцеву. Мысли о нем, в отличие от Тарасова, вызывают исключительно теплые чувства и наполняют душу трепетом.

Поскорее бы его увидеть.

– Развлекаешься? – вместо приветствия бросает в трубку Денис.

Его голос по обыкновению источает бодрость и уверенность. А еще – вибрирует будоражащей чувственной хрипотцой.

– Вроде того, – отзываюсь кисло. – Хотя, если честно, предпочла бы провести этот вечер с тобой.

– Так приезжай.

– Издеваешься? – усмехаюсь. – Мы только-только познакомились с родителями Регины. Это будет невежливо.

– И как они тебе?

– Приятные люди. Думаю, мы поладим.

– Рад это слышать.

– Ну а у тебя как дела? Как прошел день?

– За ноутбуком. С утра до вечера разбирал финансовые отчеты.

– Скучно, должно быть? – тяну сочувственно.

– Не то слово. Но знаешь, чем я себя развлекал?

– Без понятия. Одна идея безумнее другой.

– Я смотрел твои фотки, Вер. Ты такая сексуальная...

– Что? – ахаю, опешив. – Какие еще фотки?

– Которые я сделал.

– Ты меня фотографировал?

– Ну да. Невзначай. Когда ты ела. Или играла с девочками. Или спала.

– Боже... – начинаю краснеть. – Надеюсь, там что-то приличное?

– За кого ты меня держишь? – хохотнув, осведомляется Денис. – За извращенца?

– Ну знаешь, всякое бывает...

– Не переживай, Вер. Это просто фотки. Для личного архива и поднятия моего настроения.

– Я там хоть удачно вышла?..

Интуиция подсказывает, что снимки, сделанные исподтишка, вряд ли будут эффектными. Я ведь не девочка уже... Мешки под глазами, морщинки и второй подбородок никто не отменял.

– Ты красотка, – заверяет Денис. – Хочешь, пришлю мои любимые?

– Было бы здорово, – отзываюсь