Вожатый из 90-х - 5 - Валерий Александрович Гуров

перешёл к делу, не объясняя причин своего решения мне помочь. Хотя, положа руку на сердце, они и без того были предельно понятны. Андрюха был моим учеником и хорошо помнил, что своих не бросают.

Он пояснил мне, что Костин действительно пользовался документами Геннадия Ларина. Паспорт проходил обычные проверки, фотография и возраст совпадали. Квартиру сняли через посредника двенадцать дней назад, договор оформили на месяц, расчёт прошёл наличными.

— Сегодня вечером он вернулся, — продолжил Лобанов. — Хозяин получил сообщение от соседа. Мужчину видели возле подъезда.

— Люди Петра адрес получили?

— Получили. Хозяину звонили из службы безопасности фирмы, связанной с ним. Представились сотрудниками, которые проверяют документы арендатора. Он сообщил им квартиру и подъезд.

Я посмотрел на навигатор. До окраины города оставалось двадцать девять минут.

— Значит, сорока минут у меня уже нет.

— Их машина идёт из города. Могут приехать раньше вас, но точно не скажу.

— Патруль к дому отправить можно?

Лобанов помолчал, словно надеялся, что я сам услышу слабое место в своём предложении.

— Основание какое? Возле дома пока спокойно. Костин заявлений не подавал. Патруль проверит документы, поговорит с жильцом и уедет с ложным вызовом. После этого «Ларин» соберёт сумку и снова исчезнет… Но!

И Андрюха продиктовал мне номер Сергея Николаевича Серова, майора уголовного розыска. Серов уже знал фамилию Костина, новый адрес и возможное появление людей Пети. Лобанов изложил ему ровно столько, сколько позволяла ситуация.

— Если увидите угрозы, нападение или попытку силой увезти Костина, звоните сразу, — сказал Андрей. — До этого никто туда не поедет. Запись включите заранее.

Лобанов тяжело вздохнул. Навигатор вывел меня на развязку. Я перестроился правее и сбросил скорость перед камерой.

— Ещё один вопрос, — произнёс Андрей Сергеевич. — Вы точно никогда не встречали Романа Михайловича?

Руки остались на руле. Впереди горел зелёный сигнал светофора, дорога уходила к промышленной зоне.

— Точно, — заверил я.

— Номер Серова отправил, — сказал он наконец.

Я завершил вызов. Через секунду телефон коротко звякнул: Лобанов прислал номер Серова. Я сохранил контакт, добавил его в быстрый набор и вернул мобильник на держатель.

До дома Костина оставалось двадцать четыре минуты.

Навигатор вывел меня с проспекта на дорогу, которая шла вдоль промышленной зоны. Справа тянулись склады, автосервисы, заправки и глухие металлические ворота. Слева начинались старые жилые кварталы.

Райончик, конечно, был так себе. Но для тех задач, которые стояли перед Костиным, подходил как нельзя кстати.

Пятиэтажки стояли вперемешку с гаражами, небольшими магазинами и шиномонтажами, работавшими круглосуточно ради трёх ночных клиентов.

Малютка Элеоноры бодро держала скорость, хотя при каждом разгоне двигатель начинал возмущённо гудеть. Судя по звуку, машина считала, что сто километров в час уже относятся к экстремальному вождению. Я погладил руль большим пальцем.

— Терпи, красавица. Хозяйка обещала с меня спросить, поэтому возвращаться придётся вместе.

Навигатор предложил повернуть направо через двести метров. Я сбросил скорость, пропустил грузовую «Газель» и свернул между двумя серыми пятиэтажками.

Нужный дом находился в глубине квартала. Я проехал мимо него, успев заметить двор, подъезды и проезд вдоль гаражей. Потом свернул за соседний дом и поставил машину между старой «Нивой» и фургоном с рекламой ремонта холодильников.

Парковка получилась тесной. Я аккуратно втиснул малютку Элеоноры в оставшееся пространство и заглушил двигатель.

До дома Костина отсюда было около двухсот метров. Машину из его окон разглядеть не получилось бы. Люди, которые могли ждать возле подъезда, тоже вряд ли обратили бы внимание на небольшую городскую машинку, затерявшуюся среди местного автомобильного «кладбища».

Я остановился возле гаражной стены и осмотрел двор. Выездов было два. Один вёл к главной дороге, второй огибал гаражи и выводил к складам. Между домами оставался узкий проход, по которому можно было уйти пешком. Местность вполне подходила человеку, привыкшему исчезать. Вопрос заключался в том, собирался ли Костин пользоваться этим преимуществом сегодня.

Из машины я выбрался осторожно. Дверь едва не упёрлась в зеркало «Нивы». Пришлось протискиваться боком, стараясь не испачкать куртку о соседний автомобиль.

К дому я пошёл через проход между гаражами. Под ногами хрустел мелкий щебень. Возле одного из боксов горела тусклая лампочка, под ней стоял мотоцикл. Рядом тёрся мужик в домашнем халате. Он проводил меня равнодушным взглядом и снова отвернулся к своему железу.

Дальше стало темнее. В конце прохода работал один фонарь. Остальные столбы торчали вдоль дороги для красоты. Свет от единственной лампы падал на часть двора, два подъезда и несколько припаркованных машин.

Дом Костина имел пять этажей, облупившийся фасад, металлические козырьки над входами и хаотично застеклённые балконы. Один жилец поставил белые пластиковые окна, сосед закрыл балкон досками, третий оставил всё как было.

Я остановился и осмотрел двор.

Машин здесь стояло около десяти. Но особое внимание привлёк седан возле нужного подъезда. Двигатель у тачки работал. Из выхлопной трубы капал конденсат. За рулём сидел широкий мужчина с бычьей шеей. Он смотрел перед собой и время от времени проверял зеркала. Пассажир развернулся вполоборота к подъезду. В руках держал телефон, хотя на экран почти не смотрел. Всё его внимание доставалось входной двери.

Машину поставили грамотно. Из салона просматривался главный выход, дорожка между домами и проезд к гаражам. Второй выезд оставался у водителя за спиной, зато развернуться и уйти туда он мог за несколько секунд.

Номер оказался заляпан грязью. Две цифры читались плохо. Остальная часть выглядела подозрительно чистой. Такое иногда случалось на дороге. Ещё чаще такое случалось, когда владелец заранее знал, что его машину могут запомнить.

Классика жанра, ёпта.

Я вышел из тени и пошёл вдоль припаркованных автомобилей. Телефон достал заранее. Возле седана замедлил шаг, сделал вид, что читаю сообщение, и дважды нажал кнопку камеры.

Пассажир скользнул по мне взглядом. Молодой парень в обычной куртке и отнюдь не фактурной внешности его не заинтересовал. Через секунду он снова уставился на подъезд.

Я прошёл дальше и остановился возле мусорных контейнеров, от которых тянуло гнилью. Повернувшись спиной к седану, я увеличил фотографии.

Водитель получился плохо. Половину лица закрывала стойка. Пассажира камера сняла почти целиком: тёмная шапка, куртка, тяжёлый подбородок с ямочкой и небольшой шрам возле правого виска.

Я убрал телефон и ещё раз посмотрел на седан. Люди Пети уже прибыли и пасли своего «клиента». Пока они ждали у подъезда. Следовательно, Костин находился в квартире или должен был скоро вернуться. В любом случае времени для спокойного знакомства у нас почти не осталось.

Пройти к нужному входу прямо через двор означало показаться пассажиру второй раз.

Я не стал пересекать открытый двор перед седаном. Вернулся к проходу между гаражами, обогнул