Вожатый из 90-х - 5 - Валерий Александрович Гуров

— Меня осудили за убийство сестры, — сказал он, вздыхая. — История долгая. Ты упорно лезешь туда, куда тебе лезть не следует.

— Сын убитой женщины находится у меня в лагере. Сын человека, которого осудили за это убийство, тоже находится у меня в лагере. Петр использует обоих. Мне надо понимать, что Петя собирается делать дальше.

— Ты уже решил, что всё это связано? — Вася вскинул бровь.,

— Я решил, что совпадений стало многовато, — пояснил я. — Теперь хочу факты.

Вася коснулся пальцами подбородка, потер. Щетина тихо зашуршала возле микрофона.

— Факты, значит?

— Именно.

Вася снова посмотрел на меня, очень внимательно, я бы даже сказал пронзительно-внимательно.

— С Петей вы точно раньше не встречались?

— Мы говорим про твою сестру, — напомнил я.

Он задержал взгляд ещё на секунду, затем отвернулся к окну.

— Компания принадлежала ей. После смерти отца всё перешло Наташе. Она получила бизнес, здания, транспорт, старые долги и людей, которые считали себя важнее самого владельца.

— Петя где находился?

— Рядом. Сначала занимался охраной грузов. Потом начал договариваться с партнёрами, решать вопросы с чиновниками, ставить своих людей на склады и в перевозки. В какой-то момент все текущие дела уже шли через него.

Я записал рядом с именем Пети: «Фактическое управление».

— Официальная должность?

— Гендиректор. Долю ему Наташа не передавала. В брачном договоре всё тоже было закреплено.

— Значит, деньги контролировала она?

— Должна была контролировать. На деле Петя постепенно выстроил под себя всю компанию. Начальники складов были его людьми. Безопасность подчинялась ему. Перевозчики работали через фирмы его знакомых. Партнёры звонили Пете, когда хотели решить вопрос быстро.

Вася помолчал, видимо вспоминая что-то свое, что-то далекое и неприятное. Боль у него явно не притупилась. И я решил чуть поторопить моего бывшего ученика наводящим вопросом.

— Наташу это устраивало?

— Сначала да, — Вася развел руками. — Компания росла. Грузы перестали пропадать. Проверяющие стали вежливыми. Люди, которые раньше обещали похоронить бизнес, вдруг начали улыбаться и предлагать сотрудничество. Наташа считала, что Петя держит всё на себе.

Звучало действительно отлично. Но я слишком хорошо знал Петю, чтобы понимать — стелит он гладко. Но лишь для того, чтобы потом ударить побольнее.

— Потом передумала?

— Потом она стала внимательнее смотреть документы.

Вася сказал это с такой интонацией, будто в семье предпринимателей именно просмотр документов являлся самым опасным занятием. В их случае, судя по дальнейшим событиям, так оно и вышло.

— Что она нашла?

— Платежи фирмам, связанным с людьми Пети. Завышенные счета за охрану. Перевозки через посредников. Продажу части имущества компании. Договоры подписывали её сотрудники по указанию Пети. Некоторые документы Наташа увидела уже после проведения сделки.

Вася начал удобнее устраиваться на сиденье.

— Суммы серьёзные? — уточнил я.

— Достаточные, чтобы понять: Петя создавал свой отдельный контур. Деньги выходили из компании и возвращались обратно уже к его людям.

Рассказ меня ничуть не удивлял — в таких вот мутных схемах Петя чувствовал себя как рыба в воде.

— Она потребовала отчёт?

— Полный. По всем связанным фирмам, платежам, складам и машинам. Петя дал ей несколько красивых папок и долго объяснял, что защищает компанию. Но Наташа хорошо умела считать. Красивые папки с отчетами её попросту не впечатлили.

На секунду лицо Васи изменилось. Жёсткость вдруг ушла, взгляд стал спокойнее и лажу умиротворенне что ли. Похоже, что он вспомнил свою сестру живой, упрямой, сидящей над таблицами и договорами. Потом машина миновала ярко освещённую стоянку, свет прошёл по его лицу, и прежнее выражение вернулось.

— Она начала готовить развод, — продолжил Вася. — Одновременно подняла корпоративные документы. Хотела ограничить полномочия директора. Крупные сделки должны были проходить дополнительное согласование. Отдельный человек проверял финансовые операции. Компании людей Пети исключались из подрядчиков. Продажу имущества директор уже не мог проводить самостоятельно.

Я записывал по пунктам. На листе быстро появлялись стрелки, фамилии и короткие пометки. Красивой схемы пока к сожалению не выходило. Зато становилось понятно, почему Петя так дорожил своим местом.

— Наташа составила завещание, — продолжил рассказывать Вася. — Половину бизнеса оставила Леону, вторую половину — Глебу. Отдельно готовила новый порядок управления долями до совершеннолетия мальчиков. Представлять их интересы должен был независимый управляющий. Петя сохранял должность директора, только каждое серьёзное решение уже зависело от представителя владельцев.

Мудрая была женщина. Вернее стала потом, изначально ей не хватило мудрости не связывать с Петькой.

— Кто был этим специалистом?

— До утверждения нового порядка дело не дошло. Наташа рассматривала нескольких людей. Фамилии знал корпоративный юрист… Развод завершился за девять дней до её смерти. Решение вступило в силу. Петя перестал быть мужем владелицы компании. После утверждения нового порядка Петя терял возможность единолично распоряжаться деньгами и имуществом компании.

Вася замолчал, я буквально видел и чувствовал, как поперек его горла встал ком.

— Через девять дней её убили, — сказал он, совладав с эмоциями.

Машина вошла в поворот. Телефон качнулся, изображение на секунду распалось на тёмные полосы. Вася придержал аппарат ладонью.

Потом она рассказала, что после смерти сестры исчезали черновики нового порядка управления. Часть финансовых документов. Переписка с юристом и папка по фирмам Пети.

— Вечером после убийства Петя приехал в компанию с двумя сотрудниками безопасности.

— Следствие это проверяло?

— Они объяснили, что хотели защитить документы и имущество семьи. Следователь объяснение принял.

— Корпоративного юриста допрашивали?

— Конечно. Он заявил, что Наташа обсуждала с ним обычные рабочие вопросы. Про ограничение полномочий Пети, управляющего и новые правила ничего не подтвердил.

Вася хмыкнул. Водитель перестроился. За машиной некоторое время держался серый седан, потом свернул к очередным складам. Вася проводил его взглядом и вернулся к разговору.

— Почему следствие сразу пришло к тебе? — спросил я.

— Потому что я много лет старался выглядеть идеальным обвиняемым. Воевал с Петей. Открыто. Угрожал ему при свидетелях. Бил его людей. Срывал перевозки. Забирал склады. Один раз вывез машины с площадки, которую он уже считал своей. Однажды разгромил офис после захвата логистического объекта. Подрался с начальником охраны возле ресторана. Угрожал уничтожить компанию вместе с людьми, которые держались за Петю.

Вася отвернулся к окну. Продолжил он через несколько секунд.

— Я требовал, чтобы Наташа забрала Леона и уехала. Она отказывалась. Считала компанию своей ответственностью.

— Ты давил?

— Давил… — Вася тяжело вздохнул. — Кричал. Говорил, что всё закончится кровью. Один раз обещал спалить компанию, если она продолжит покрывать Петю.

— Наташа тебя боялась?

Вася провёл пальцами по шраму над бровью.

— Иногда. Я приходил злой. Мог орать. Один раз она вызвала охрану и приказала меня больше не пускать.

Он говорил все так как есть. Не пытался отмыть себя