Командир КВ - Александр Анатольевич Айзенберг

— Главный инженер завода, — представился он, протягивая руку. — Ну, показывайте, полковник, что вы там с нашими «Климами Ворошиловыми» сотворили в лесах. Товарищ Жданов звонил, сказал, что у вас есть идеи, как сделать так, чтобы немецкие снаряды от наших танков просто отскакивали.

— Есть такие идеи, — я крепко пожал его руку, чувствуя жесткие мозоли. Я достал из планшета свернутые рулоны ватмана с чертежами. — И не только по броне. Мы с вами, товарищи, прямо здесь, под носом у немцев, будем строить танки будущего. И поверьте, когда мы закончим, фон Кюхлеру станет очень больно.

Главный инженер завода Василий Васильевич Петров провёл меня через заваленный гильзами, металлоломом и битым кирпичом двор в один из уцелевших цехов. Внутри было едва ли теплее, чем на улице, но здесь царила упорядоченная, напряженная суета. Повсюду стояли остовы КВ-1 и Т-34 разной степени разбитости, над ними колдовали рабочие — худые, похожие на тени, но с невероятно упорными лицами. В воздухе витал густой запах мазута, горелой проводки и озона от сварочных аппаратов.

Мы зашли в небольшую выгородку, служившую инженерам кабинетом, где на столе, придавленные ржавыми шестернями, лежали синьки чертежей.

— Располагайтесь, полковник, — Василий Васильевич жестом пригласил меня к столу, внимательно и с нескрываемым любопытством глядя на мой планшет. — Товарищ Жданов звонил. Сказал, вы — человек с «особыми полномочиями» от Ставки и… оригинальным взглядом на танкостроение. Показывайте ваши идеи. Как нам сделать так, чтобы немецкие снаряды от нашей брони отскакивали?

Я развернул на столе привезенные ватманы. Это были не просто эскизы, а глубокая проработка, основанная на опыте боев 41-го года и точном знании того, что немцы выставят против нас завтра.

— Начнём с главного, Василий Васильевич. Моя бригада прорвалась к вам на экранированных машинах. Это КВ-1 с дополнительными плитами брони на болтах. Сделано это в основном против новых кумулятивных снарядов, тут требуется разнесённая броня. Проблема в том, что экраны перетяжеляют машину, в ноль убивают ресурс ходовой, которая у вас и так… скажем прямо, не подарок.

Петров насупился, но молча кивнул. Проблемы с трансмиссией и перетяжеленностью КВ были постоянной головной болью конструкторов.

— Вот что нам нужно делать прямо сейчас, используя имеющийся задел корпусов, — я ткнул пальцем в первый чертёж. — Я называю это КВ-1М— «Модернизированный». Мы меняем лобовую часть танка, делаем её как на Т-34 и увеличиваем до 90 — 100 мм её толщину, но без люка мехвода в лобовой плите и ставим новую обтекаемую литую башню, как на чертеже. Но главное — мы перерабатываем коробку передач и ставим более мощный вентилятор системы охлаждения. Нам нужна скорость, маневренность и надежность, а не 100 миллиметров брони повсюду, которые немцы всё равно научились пробивать из своих 88-мм зениток.

Василий Васильевич наклонился над столом, вчитываясь в схему новой КПП. — Смело… Но технически выполнимо. Мы в КБ уже думали в этом направлении, но Москва требовала только вал, гнать серию без остановок конвейера… — Москва сейчас получит прорванную блокаду, так что руки у нас временно развязаны, — жестко перебил я. — Вторая часть — Т-34. — Я развернул второй чертёж. — Я знаю, что завод ремонтирует всё, что притаскивают с фронта. Но их родная башня… Василий Васильевич, это гроб. Тесная, с плохой вентиляцией, командир слеп и одновременно работает за наводчика.

— И что вы предлагаете? Мы не можем сейчас менять оснастку, — резонно возразил инженер.

— Нужно лить новые. Вот, — я показал чертёж трехместной литой башни под 76-мм пушку (а в перспективе и под 85-мм) с командирской башенкой. — Мы расширяем погон, у вас на заводе это можно сделать. Командир наконец-то получает круговой обзор и освобождается от функций наводчика, чтобы управлять боем. Это повысит боевую выживаемость тридцатьчетверок в разы. И увеличьте лобовую броню до 60 мм, знаю, у Т-34 и так перетяжелён перед, но постарайтесь хоть немного сдвинуть башню назад.

Петров долго разглядывал чертежи башен, затем снял очки и потер переносицу:

— Это всё здравая эволюция, полковник. Но Жданов упомянул какое-то «абсолютное оружие».

— Это самоходки. Мои 76-мм пушки уже сейчас с трудом берут в лоб немецкие «четвёрки», если те ставят экраны.

Я улыбнулся и развернул последний, самый большой ватман. На нём был изображен приземистый танк без вращающейся башни, с массивной броневой рубкой, из которой торчало чудовищное по калибру орудие с дульным тормозом.

— Вот оно, Василий Васильевич. Я называю этот проект СУ-152. Но это не просто самоходная гаубица, это штурмовая самоходка. Также нужно поставить и 100 мм орудие, думаю морские вполне подойдут, это против танков противника.

У главного инженера буквально отвисла челюсть.

— Вы с ума сошли, Ковалёв! 152-миллиметровую гаубицу-пушку МЛ-20… впихнуть на шасси КВ⁈ Да её чудовищная отдача разнесет корпус при первом же выстреле, а боекомплект будет смехотворным!

— Не разнесет, если грамотно спроектировать противооткатные устройства и жесткое крепление орудия прямо в рубке, да и кто бы говорил, а КВ-2, там как раз стоит 152 мм орудие, причём в башне. Рубка, кстати, — это серьезная экономия веса за счет отказа от башни и тяжелого механизма поворота. Посмотрите расчёты, — я положил рядом с ватманом стопку исписанных листов. — Боекомплект — 28 выстрелов раздельного заряжания. Этого достаточно. Один фугасный снаряд этой пушки, Василий Васильевич, даже если не пробьет немецкий танк, то просто снесёт с него башню к чертовой матери или расколет корпус по сварным швам. А когда немцы — а они это сделают к лету или осени — выставят новые тяжелые танки с лобовой броней под 100 миллиметров… у нас уже будет чем выбивать им зубы.

Инженер жадно схватил листы с расчётами, углубившись в колонки цифр. Он что-то беззвучно шептал, качал головой, его карандаш нервно летал по краям бумаги, проверяя мои выкладки. Вокруг нас уже собрались и другие конструкторы, с нескрываемым изумлением глядя на чертёж невиданной самоходки.

— Это… Это гениально в своей простоте, — наконец произнёс Василий Васильевич, поднимая на меня блестящие от азарта глаза. — Мы берем готовое шасси КВ, убираем сложную в производстве башню, ставим мощнейшее орудие в простую наклонную рубку. Орудия МЛ-20 есть на складах фронта, и для них не нужны дефицитные бронебойные болванки — хватит и бетонобойных, и обычных осколочно-фугасных!

— Именно. Мне нужно, чтобы вы уже завтра начали проработку деревянного