Творения - Фульгенций Руспийский

Признай же в человеке не только Отца, ни Сына одного, ни одного Духа Святого, но один образ Святой Троицы; чтобы ты истинно исповедовал Саму Троицу, Три Лица, единого Бога. Известно также, что Моисей благословил народ Израиля, повелев самому Богу научить тайне Троицы Единого Бога: Да благословит тебя Господь и сохранит тебя. Пусть Господь осветит тебя лицем Своим и помилует тебя. Да поднимет Господь лице Свое на тебя и даст тебе мир (Числ. 6, 24-26). Вот, о Господе говорится три раза, чтобы можно было познать различие Лиц и единство природы Святой Троицы. Таким образом, мы должны верить и исповедовать через пророка Исайю, что Сама Троица, которая едина, есть истинный и благой Бог, как учил он; Серафимы взывают ​​друг другу трижды: Свят, Свят, Свят: и один раз: Господь Бог Саваоф: вся земля полна славы Его (Ис. 6:3). Посему из сей проповеди небесных сил познай святого Отца, святого Сына, святого Параклета Духа; и веруй, что есть один Бог, Отец, Сын и Святой Дух: слушай трижды Свят, Свят, Свят, чтобы ты узнал, что есть три Лица; слушай однажды, Господь Бог Саваоф, чтобы ты мог понять единство Божества. Это подтверждает и блаженный апостол, который говорит о благости Лиц: Один Бог Отец, из Которого все, и мы в Нем; и один Господь Иисус Христос, через Которого все, и мы через Него (1 Кор. 8:6). И он сказал, что верные созидаются в жилище Божием Духом (Еф. 2:22). Но показывая, что един Бог в Троице, говорит: высота богатства премудрости и познания Божия (Рим. 2:33)! И немного позже: Ибо все из Него, и Им, и в Нем, Ему слава во веки (Там же, 36). Блаженный Иоанн Апостол ясно говорит: И три суть одно (1 Иоан. 5:7); то, что было сказано об Отце и Сыне и Святом Духе, как мы показали выше, требуя разума.

22. Огонь не предшествует своему сиянию или дыму, так и Отец не предшествует Сыну или Святому Духу. Но что вздумали сказать: «Может ли быть, чтобы тот, кто рождает, родился в одно время с тем, кто рождает?» Так ты напрасно хотел сказать это, как будто и мы и сей Отец говорим «рожденный», потому что говорим, что Сын совечен Отцу. Мы знаем Отца, рожденного из ничего, мы знаем Сына, рожденного от Отца: ибо та вечность, совечная сама себе, родила потомство, которое не имеет происхождения ни от чего. Поэтому Отец вечен по происхождению, Сын совечен, потомок вечного происхождения. Поэтому Отец не мог родиться одновременно с Сыном, которого Он родил, но Сын мог родиться от родившегося Отца без начала. Поэтому подобием огня, который ты предложил себе под моим именем, часто уничтожаются твои комментарии; когда в творении находится что-то, что рождает что-то от себя, и все же то, что оно произвело, не предшествует: откуда возможно для тех, кто правильно верит, знать вечное рождение Сына от не менее вечного Отца. А если из огня можно взять некоторое подобие Божественного зарождения, то это имеет авторитет апостольской проповеди, которая говорит: «Ибо Бог наш есть огнь поядающий» (Евр. 12:29). Это она говорит, следуя проповеди святого Моисея, который говорит во Второзаконии: Потому что Господь Бог твой есть огнь поядающий (Втор. 4, 24). К этому же относится и то, что сказано в книге Премудрости о самой Премудрости: Ибо она есть сияние вечного света (Прем. 7:26).

Подобным же образом это выявляется и в апостольской проповеди, когда евреям говорится о Самом Сыне: Который есть сияние славы и образ сущности Его (Евр. 1:3). Но когда говорится об этом, то, конечно, не с Богом, Который не телесен, сравниваются какие-либо телесные вещи, а потому, что невидимые Его вещи видятся понятыми тварям мира через сотворенные вещи, и Божественная доброта, зная нашу слабость, поместила определенные признаки Своего знания в разных вещах: чтобы в тех вещах, в которых мы слабы, чтобы их можно было постичь, мы должны быть снабжены свидетельствами обычных вещей. Поэтому, хотя и о мудрости сказано, что она есть пар силы Божией (Прем. 7:25); однако Святой Дух в природе огня неуместно уподоблен пару (поскольку требуется познание Божественного). Но не следует думать, что отсюда кто-нибудь приписывал Святому Духу рождение Бога Отца; но только для того, чтобы он мог познать единую природу Отца, и Сына, и Святого Духа, и естественно понять единую вечность Божественной Троицы. Соответственно, учти, что происхождение яркости и пара действительно находится в огне, и все же этот огонь не предшествует его сиянию или пару; это не придание творения Творцу, но познание невидимого Божия через сотворенное и понятое.

23. Мудрость – это сияние вечного света. Нет вечного света, но есть вечная яркость. Но я думаю, что именно из Священного Писания мы упомянули сказанное о мудрости, потому что она есть великолепие вечного света (Прем. 7:26): и ты никогда не посмеешь принижать великолепие света в какой-либо степени. И поскольку тот свет, яркостью которого является Мудрость, по природе своей вечен, так что он не имеет начала, необходимо, чтобы яркость света также была настолько вечной, чтобы она была естественно совечна свету, яркость которого он есть, без начала. Это свидетельство Священного Писания исполнено не только силы авторитета, но и света разума. Действительно, это правильное основание, что если принять это свидетельство Священного Писания, то можно будет поверить в одну вечность света и яркости. Ибо не напрасно Бог пожелал того, чтобы в том месте, где Премудрости явлено сияние света, тот же самый вечный свет был назван свидетельством Писаний; за исключением того, что, зная, что свет по своей природе вечен, мы должны также без сомнения верить, что его яркость по природе совечна ему.

24. Не было ни Отца прежде рождения, ни Сына прежде рождения. Я всегда говорю: Сын рожденный, и исповедую, что Отец родил без начала. Как же мог быть Сын до своего рождения, рождение Которого не могло иметь начала? Ибо Он не мог родиться прежде своего рождения, благодаря чему Он вечен, так что, по природе, Он не стоит после Отца. Следовательно, Сын не предшествовал Его рождению, которое, как показывает само естественное рождение, совечно рожденному. Я подтверждаю, что Он также рожден от отца, но не предсказываю, что Он мог быть до того, как родил; ибо не было прежде рождения Сына, ибо какова вечная