Ничего хорошего. От начала войны до похорон Навального. - Олег Владимирович Кашин

Кирилл Кабанов предложил вернуть в уголовный кодекс статью о вредительстве, а вчера «Фонтанка» опубликовала список артистов, которых не рекомендовано допускать к концертным выступлениям. Возрождается пионерская организация, а политический класс с подачи спикера крымского парламента обсуждает целесообразность перехода к однопартийной политической системе. «Берегите ваши лица» Андрея Вознесенского показывали на советской Таганке и в современном «Гоголь-центре», советская власть громила Таганку, современная – избавилась от ее наследников.

Самые одиозные черты советской жизни входят в жизнь российскую без особых скандалов и сенсационного шума, в рабочем порядке, да ведь и не скажешь, что происходит нечто невероятное – действительно ведь с девяностых еще годов ностальгировали, скучали, а если объяснять, что скучали не совсем по этим вещам, то как будто специально на такой случай – история хоккеиста Федотова, который играл в свитере «СССР», явно тоже имея в виду ностальгию только по хорошим вещам, а в итоге вернулся в СССР по-плохому – через полицейское задержание, военкомат и дальний северный гарнизон.

Трудно сомневаться, что и высшая российская власть, – прежде всего Путин, но и не только он, а примерно все, – не отделяет себя от советской истории и искренне пытается наследовать советскому Кремлю, советской армии, советской Лубянке, советскому МИДу. Здесь тот же, наверное, принцип – когда ностальгируя по чему-то хорошему, получаешь плохое. Мечтаешь делить мир в Ялте, а получаешь отказ в коллективном фотографировании и ужине на саммите – Лавров ведь в этом смысле оказывается в том же положении, что и Федотов. Как и к хоккеисту, великая эпоха поворачивается совсем не тем боком, по которому он скучал – но в принципе, эту формулу можно и усилить. О хоккеисте ведь все говорят, что он прежде всего дурачок, и вряд ли его представление о советском прошлом выходит за пределы простенького «носили буквы СССР на своей форме и выигрывали». Но кто сказал, что у Путина, Лаврова и прочих представление об СССР более сложное?

Перед нами ведь поколение позднесоветских обывателей, у которых не было ни желания, ни времени думать на эти темы. Но если они хотя бы смотрели в детстве фильм «Старик Хоттабыч», то помнят, наверное, как джинн наколдовал в подарок Вольке телефон – красивый, мраморный, но совершенно пустой внутри. Как аппарат выглядит внешне, Хоттабыч мог понять, как устроен – это было за пределами его представлений о мире.

Нет, например, сомнений, что поколение Путина вполне искренне считает, что, не будучи частью «коллективного Запада» (тоже, кстати, новое, непредставимое в семидесятые выражение), Советский союз был самодостататочным экономически, технологически, культурно. Понимают ли они, что представление о Советском союзе как об осажденной крепости, внутри своих стен жившей какой-то интересной жизнью, к реальности отношения не имеет? Из семидесяти советских лет противостояние с «коллективным Западом» или, как тоже модно сейчас (не тогда!) называть – с «англосаксами», – занимало не больше двадцати, и эти двадцать были, возможно, худшими годами в советской истории – первые годы холодной войны до смерти Сталина и последние предперестроечные годы после ввода войск в Афганистан. На другой чаше весов – концессии двадцатых годов, американская индустриализация тридцатых, союзничество во Второй мировой войне, начатая Хрущевым и не прерванная до самых девяностых традиция импорта американского и канадского зерна, да и перестроечные шесть лет великой дружбы – это тоже ведь советская история. В лучшие годы своего существования Советский союз был максимально интегрирован в западный мир – разумеется, как неполноценная его часть, как периферия и, если угодно, криптоколония, но эти детали значения не имеют, важно то, что по-настоящему государство большевиков уверенно могло стоять на ногах только при условии хороших отношений с большим Западом. Претендуя на советскую реставрацию, российская власть не понимает, что реставрирует конкретный 1948 или 1983 год, которые сами по себе запрограммированы на оттепель и перестройку соответственно.

Тот же мраморный телефон – игры с идеологией, культурой, пионерией, однопартийностью. Смутно догадываясь, что нематериальная составляющая имеет значение, они не могут вспомнить или понять, какое именно, или даже, ориентируясь на те времена, которые застали сами (когда никто уже не верил в коммунизм, когда дремали на партсобраниях и называли Ильича Лукичом), нарочно воспроизводят заведомую мертвечину, видя именно в ней нечто магическое, что сможет обеспечить величие и силу. Насколько жизнеспособна такая логика? Будем считать, что ответа пока нет, хотя он, конечно, есть.

То же и с дружбой народов. Путинское «я лакец» нехорошо звучит и с точки зрения русского интереса (высшая форма пресловутой многонационалочки, попытка выдать Россию за альянс равных между собой 666 народов), и с точки зрения борцов с колониальным мышлением (как понадобилось мясо, так заговорил о лакцах), и, помимо прочего, демонстрирует его представление об устройстве империи, хотя советская модель, основанная на «дружбе народов», скорее антиимперская – задуманная Лениным как первый шаг к общемировому союзу социалистических государств, на практике она оказалась лабораторным экспериментом по ускоренному созданию будущих новых независимых государств. За семьдесят лет не было ни дня, чтобы 15 (или 16, как при позднем Сталине) республик жили общей жизнью или двигались в одном направлении. Все знают, что максимально несоветской даже в самые советские годы была Прибалтика, но что, моноэтническая Армения, основанная на трагедии геноцида и служившая точкой притяжения для всех армян мира (даже при Сталине не прерывалась репатриация, и первый постсоветский президент страны советский ученый-филолог Тер-Петросян – уроженец Сирии), или среднеазиатские республики хоть когда-нибудь производили впечатление успешно интегрированных в новую общность? Нет, советская история неумолима вела их к независимости, и сам Путин говорил об этом на примере Украины в своей знаменитой предвоенной лекции, но, видимо, в написанные кем-то для него слова он не вдумывался – а если вдумываться, то думать надо о том, что завтра будет с Татарстаном или Якутией, и сколько людей погибнет под обломками уже Российской Федерации, пытающейся механически воспроизводить советское национально-государственное устройство, не вникая в его особенности и механизмы.

Конечно, если бы Путин и его люди воссоздавали советскую систему грамотно, умно и тщательно, в этом тоже не было бы ничего хорошего. Но это был бы другой разговор – да и другой, принципиально другой Путин. То, что мы имеем сейчас – реконструкторская игра силами колхозных энтузиастов. Шанса на исторический успех у нее, слава Богу, нет в принципе.

11 июля 2022

Илью Красильщика объявили в России в розыск, комментаторы в соцсетях ему сочувствуют и пишут слова поддержки, и кажется, что никому не неловко, хотя стоило бы – понятно, что для