Тренировочный День 18 - Виталий Хонихоев

— В нем самом. — Кира прикусывает кончик ногтя на большом пальце. — Все условия, как и положено, все создано для приема команды гостей.

— Так как ты это понимаешь, Ворошилова. — утвердительно кивает ее собеседница. — Я не буду тебя порицать, но… ты уверена, что это верный ход? Как правило всегда лучше ответный матч играть на домашнем поле, а ты со мной даже не посоветовалась…

— Да я тут при чем, Тань? То, что у них в Колокамске спорткомплекс внезапно закрыли из-за санитарных несоответствий, я как на это повлиять могу? Так уж получилось. Ну и потом… с этой командой все по-другому… если мы их в первом же матче сломаем, то к ответному они не смогут восстановиться. С командами как… у каждой свой характер, Тань. Вот скажем «Автомобилист», Каримовские «Басмачи» — так чистой воды султанат, все вокруг Гульнары Каримовой вертится, она одна там всем заправляет, а все остальные так, фон. Как она скажет, так они и играют. «Автомобилист» — это команда одного игрока, даже если сама Гульнара на скамейке сидит, играет всегда она одна. Диктатура Каримовой. Поэтому с ними лучше ответку на домашке играть, первый матч проиграть, главное не с разгромным счетом, а уже потом — выманить к себе. Достаточно из строя только Гульку вывести… а это не так уж трудно. Она обожает по магазинам шариться, обязательно пойдет… найти ей компанию красивых грузинских парней с вином и шашлыком и на завтра будет никакая. Она никакая — матч никакой. Все. — Кира пожимает плечами.

— Смотрю я на тебя, Ворошилова и думаю. — говорит Татьяна Сафронова, девушка с капитанской повязкой на рукаве. — Что твой беспокойный разум порой сам себя перехитрит. Ты бы лучше к матчу готовилась, а не о ерунде думала. Хороший спортсмен в состоянии собраться и показать результат, чтобы там ни было. Даже если не выспался или плохо поел.

— Так я не спорю. — пожимает плечами Кира. — Дух превыше тела, многие на морально-волевых тащат… я как раз о том, как лишить соперников этого самого духа, понимаешь? С «Автомобилистом» главное саму Гульку расстроить и все команда в тот же миг по звезде пойдет, она конечно классный лидер, но слишком уж всех вокруг подавляет, девочки под ней лишены собственной инициативы и если ее с доски убрать — растеряются.

— Так. — Татьяна кладет картонную закладку между страниц, закрывает книгу, убирает ее со стола и откидывается на спинку стула, скрестив руки на груди. — Интересно. А что ты про «Радиотехник» скажешь?

— Ну… хорошо, что мы с ними до плей-офф сыграли по олимпийской системе «один проигрыш — вылет». — говорит Кира: — И матч у нас был, да еще и четверка с одиннадцатой на площадку не вышли…

— Лайма Бакунина и Санта Озола. — кивает Татьяна. — доигровщица связку на тренировке потянула, а Санта, центральная блокирующая — траванулась чем-то и с поносом всю ночь промучалась… твои проделки?

— Неа. Они ж со своим поваром приехали. — мотает головой Кира. — Когда бы я успела? В любом случае «Радиотехников» недаром «андроидами» кличут, у них почти все взаимозаменяемы, даже если Инга Озолина из строя выйдет, ее тут же заменят… как там — «отряд не заметил потери бойца». Кристина Верке или там Иванова Майя — каждая может заменить капитана. Их слабость — ровная игра. Они слишком нацелены на то чтобы сделать правильно… да так что это мешает им играть эффективно. С ними я бы тоже лучше первый матч у них в гостях играла, но не с «Птичками».

— Что не так с «Птичками»? — наклоняет голову набок Татьяна. — Они ж тебе нравились…

— «Птички» — это команда примадонн. Они и сами не знают как у них получается выигрывать. — говорит Кира, становясь серьезней. — Чистая удача что так шестеренки у них сложились, не было у них головы в игре, никакой стратегии поначалу, играли как бог на душу положит, и бац! — она ударяет кулаком по своей ладони. — Откуда не возьмись у них появляется связующая! Вся их история — это история удачи, Тань, это хэт-трик в казино, они баловни Фортуны, а не команда. И это меня в них и раздражает, уж больно легко им все далось… областная команда за сезон в первой лиге до полуфинала дошла… как будто мы все тут игрушечные!

— А. Поняла. — кивает Татьяна Сафронова. — Ты завидуешь, Кира. Вечная история с Моцартом и Сальери? Думаешь, что если вложила больше, то должна и получить больше? В жизни так не работает.

— Знаешь, что, Тань? Мы с тобой на одной стороне, так что лучше бы не язвила, а помогала. — вздыхает Кира. — «Птички» не появились, понимаешь? Нет их у нас в общаге, я туда третий раз уже позвонила… у нас матч через два дня, а их нет!

— Ну может быть они в Москве решили перекантоваться? — говорит Татьяна. — Там у них наверняка друзья и связи есть… а в твоей общаге ночевать… ты же там устроила условия, к бабке не ходи. Например, подселила рядом пьющую буйную компанию чтобы всю ночь песни горланили и в коридорах приставали к девушкам. Или как в прошлый раз когда у прибалтов четверо сразу с аллергией на полынь слегли…

— Я тут причем? Если у них аллергия на полынь?

— В январе⁈ В наших широтах⁈

— Наверное это морозоустойчивая полынь…

— Да. В январе. В минус двадцать. Прямо очень морозоустойчивая полынь. Оставь ты это уже, Кира. Появятся твои «Птички» перед матчем, вот увидишь. Я бы на месте их тренера тоже так же сделала бы. Нашла бы тайное место в городе и появилась бы перед самым матчем, чтобы у таких как ты меньше времени саботировать их команду было. Они, наверное, уже понимают, что вышли на серьезный уровень и теперь нужно быть очень осторожными.

— А если не появятся⁈

— Засчитают техническое поражение, как стороне не явившейся.

— А что если это и есть их план, а? Не явится, чтобы играть единственный мачт у себя на поле, домашний матч в своем Тмутараканске, а⁈ Что если они там все уже устроили⁈

— Божечки, Кира. Знаешь что? Ступай-ка ты домой… отдохни. Выспись.

— Нет, ты не понимаешь!

* * *

в/ч