Мистер Буги, или Хэлло, дорогая - Саша Хеллмейстер

class="p1">Он кротко взглянул на Конни: у нее обожгло горло. Она покачала головой, хотя знала это и без Хэла. Его синие глаза стали цвета мокрого неба перед штормом. За плечами вертелись золотые и розовые огни каруселей. На белые волосы Хэла тоже падал золотой и розовый свет.

– Детка, тебе нужно быть поласковее. Парень старается, выигрывает для тебя… что там? Плюшевый медведь?

Тейлор разразился воплем, Милли тоже крикнула «юху!» громко и протяжно, подняв вверх руки. Он взял большого белого мишку с газовым бантом на шее. Девушки ждали, кому достанется приз, и шутили, кто уйдет с трофеем. Тейлор Роурк обернулся на Констанс и застыл.

Рядом с ней сидел тот мужчина.

Белобрысый. Здоровый, как бык. Он подвозил ее до дома; тот самый ее странный недородственник, чужак с издевательской улыбкой. Тейлору показалось, он видит его насквозь.

– Он бы подошел к нам вот прямо сейчас, – тихо сказал Хэл, не спуская глаз с Тейлора. – Но проблема мальчика в том, детка, что я уже занял место. И все, на что хватает его удали, – прожечь во мне дырку взглядом.

Стейси взяла Тейлора под одну руку, Милли – под другую. Милли что-то сказала ему на ухо и дернула за собой. Хэл встретился с ней взглядом на короткое мгновение. Она прижалась к плечу Тейлора, Хэлу показалось – испуганно, и в ответ он только хищно ухмыльнулся. Обе девушки повели Роурка в сторону комнаты страха, и он поддался, лишь раз тревожно оглянувшись на Констанс Мун. Хэл с вежливой улыбкой деликатно помахал ему рукой.

«Пока-пока, пацан: держи покрепче своего плюшевого мишку».

– А ты не хочешь пострелять по мишеням? – вдруг спросила Конни.

Хэл покосился на нее. Мягко проворковал:

– Я бы с радостью, детка, но твой дядя в стрельбе не мастер.

– Тогда, – она встала со скамьи и взяла Хэла за руку, – я что-нибудь выиграю тебе на память и заодно научу попадать в цель.

– Звучит очень интересно, – скучающе вздохнул Хэл. – Но, может, я просто понаблюдаю за тобой отсюда?

– Ну пожалуйста… – она уперлась подошвами ботинок в асфальт и снова потянула Хэла за рукав его куртки. – Мне будет скучно одной.

Он с неохотой встал, вырос над Конни и снисходительно посмотрел на нее сверху вниз.

– Не больше одного раза, – сказал он. – И учиться я не буду.

– Поставил мне условие?

– Вовсе нет, дорогая. Просто к чему? – Хэл подошел к тиру и скучающе облокотился о стойку. Конни с энтузиазмом приподняла черную пневматическую винтовку на шнуре. – А она не тяжелая?

– Я привыкла стрелять на весу, – сказала она и широко улыбнулась, вскинув винтовку к лицу и прижавшись плечом к прикладу. – Погоди, немного неудобно. Ну-ка…

– Добрый вечер, – откуда-то сбоку, из узкого местечка между палатками, вывернул кудрявый темнокожий мальчик и шустро рассмотрел обоих. – Хотите пострелять, мистер?

Белый мужик проблемного вида был похож на тех, кто садится вечером за стол и требует от жены бифштекс с кровью, иначе сожрет ее и не подавится. И молоденькая пассия при нем, восторженная и влюбленная. Она с широченной улыбкой метила в неработающие мишени и живо объясняла мужику, как правильно целиться. Кажется, он не слушал.

– Я – нет. Моя спутница хочет.

Хэл запустил руку за пазуху куртки, достал оттуда кожаный кошелек и раскрыл его. Он был к Конни так близко, что она случайно увидела, какую карточку Хэл вставил под пластиковое окошко. Это была черно-белая фотография уже немолодой женщины со светлыми кудрями. Конни подумала: должно быть, это его мама, и попыталась вспомнить, как Гвенет выглядела на свадебном снимке, но не смогла.

– Тогда с вас пять долларов, сэр.

– Сколько выстрелов?

– Двадцать один.

Конни улыбнулась. Она могла поклясться, что Тейлор, Карл, Ричи или кто угодно из ее знакомых парней не уточнил бы так обстоятельно детали стрельбы в тире. Им бы в голову это не пришло. Хэл продолжал дотошно выяснять:

– И сколько же раз нужно попасть в цель, чтобы выиграть большую игрушку?

Он взглянул на сетку, к которой прозрачными скобами были пристегнуты огромные медведи с бантами, мягкие панды, два плюшевых белых тигра и динозавр. Внизу были уже призы помельче, а дальше – брелоки, флажки и прочая ерунда.

– Призовой сектор – двадцать один выстрел, – сказал мальчик и неприятно улыбнулся. – Но попадают нечасто.

– Парень только что забрал у вас мишку, – заметил Хэл.

Конни прыснула со смеху. Хэл был чертовски серьезен.

– Это не так часто случается, – заявил мальчик. – С одной игры нужно попасть во все мишени вот отсюда. И он оставил у нас пятнадцать баксов, пока не навострился сбивать вот их.

Он указал на крохотные фигурки животных, которые были прикручены к металлической карусели.

– Это сложно, Конни, – предупредил Хэл и внимательно посмотрел на нее, склонившись ниже, к самому виску. На своей коже она чувствовала его ровное дыхание. У нее вспотели руки.

– Все равно попробую, – смело сказала она.

– Тогда хорошо.

Он заплатил пять долларов с многозначительным видом. Конни посмотрела себе под ноги и увидела подставку. Она наступила на нее и заметила, что Хэл улыбнулся.

Констанс поставила на ширину плеч ноги, бедра направила к мишени и немного перенесла вас на левую ступню. Она немного прогнулась в талии и вскинула винтовку, положив под нее левую руку.

– Ты так уверенно стоишь, совсем как профи, детка, – заметил Хэл. Конни улыбнулась.

– Перестань меня смешить.

– Что? Я не смеялся.

Конни положила на «щеку» приклада голову и отвела в сторону правый локоть. В расстегнутом плаще она выглядела как героиня вестерна, с винтовкой встретившая на своей земле бандитов.

– Включай тир, или что там нужно сделать, парень, – сказала она мальчику.

Он так и сделал, нырнув рукой под стойку, а потом отошел в сторону. Ему нестерпимо хотелось курить, и он ждал, когда девчонка вдоволь порисуется перед своим хахалем. Ничего особенного от ее бравады он не ожидал.

Зверушки на металлических ложечках задвигались вверх-вниз, будто катаясь на волнах. Некоторые начали кружиться, как на карусели. Конни навела прицел на сложную мишень: жирафа размером с указательный палец, но с шеей такой длинной, что попасть предстояло в его крохотное тельце.

Щелк!

Пулька под давлением газа стремительно выстрелила, жираф упал. Мальчик скривил большой рот с выступающей нижней губой. Неплохо, неплохо.

– Один, – прокомментировал Хэл.

Конни перевела прицел. Щелк! Упал носорог.

– Два.

– Ты устанешь считать вслух, – усмехнулась она и повела дулом по мишеням.

Конни вошла в темп движения пластиковых целей и отстреливала их, словно перед ней поставили не мелочовку на расстоянии восемнадцати футов, а здоровенные пивные бутылки. Она уложила девятнадцать целей