Год акации - Павел Александрович Шушканов

Марк вздрогнул и почувствовал, как противные мурашки пробежали по спине.

— Человек?

— Показалось, наверное, — улыбнулся Виктор и принялся чистить трубку.

Марк еще около часа провел не крыше рядом с дядей, будучи не в силах заставить себя отправиться спать. Побороть страх оказалось гораздо сложнее, чем выведать, где дядя Виктор прячет свою лодку.

***

Берег озера по стороны ферм Пруст и Милн всегда был крутым, а с северной стороны — относительно пологим. Конечно, и тут встречались утесы, но они были глинистыми, поросшими травой, а берег у воды был не песчаным, а илистым. В осоке, торчащей из, подернутой зеленой пленкой, воды копошились мелкие водные твари, а над водой вились стрекозы, безжалостно уничтожая назойливую мошкару.

Дядя Виктор прятал лодку под большой корягой, наполовину скрытой в воде. В траве и под сухими ветками она была почти незаметна.

— Марк, я говорил, что ты молодец? Так вот, ты — молодец!

Ру восторженно вертелся возле старой лодки. Мешок с продуктами он уже успел уложить внутрь.

— А как мы ее дотащим до воды?

Об этом никто из них не задумывался. Лодка была старой и массивной, а до воды добрые десять метров. Первые попытки сдвинуть ее с места не увенчались успехом. Потом Ру принялся энергично откапывать правый борт из песка. Его энергии позавидовали бы с десяток безземельных рабочих.

— Помощь не требуется?

Ру замер и спрятался за лодку, правда его чуб и коленки предательски торчали наружу. Марк заслонился рукой от солнца и принялся разглядывать силуэт, спускавшийся к ним со стороны моста. голос был девичьим и силуэт тоже. И, в общем-то, это была девочка, только почти не знакомая. Марк видел ее пару раз на ферме Остин, и все что ему было известно о ней, что зовут ее Сельма и ей чуть больше лет, чем ему.

— Привет, Сельма! — неуверенно поздоровался он.

— Привет, Китс-младший. А мне бы увидеть старшего, он на ферме?

Марк покачал головой.

— Утром уехал на мануфактуры. Будет только к вечеру.

— Тогда я оставлю это тебе.

Сельма подошла ближе и вручила ему брезентовый сверток.

— Там документы, не забудь передать. А у вас тут весело. Пытаемся стащить лодку?

Сельма улыбалась из-под широкой соломенной шляпы и щурила глаза, хотя солнце светило ей в спину. Марк тоже улыбнулся.

— Эй, — гаркнул Ру. — Иди куда шла!

Он выбрался из-под лодки и теперь гневно сверкал глазами.

— Я шла к Китсу и вот, собственно, пришла, — спокойно ответила Сельма, продолжая улыбаться.

— Мы тебя не знаем!

— Двоюродная сестра Курта Остина, — намекнул Сельма.

— Первый раз слышу и про тебя, и про Курта Как-его-там.

Сельма пожала плечами и совершенно потеряла интерес к Ру, зато лодка ее все еще интересовала.

— Собрались покататься?

Марк подошел ближе и утвердительно кивнул. Почему-то в ее присутствии ему было неловко. Девочки с веснушками его всегда немного смущали. Марк вдруг вспомнил Кристи и почувствовал себя вдвойне неуютнее.

— Решили добраться до острова, — промямлил он под гневное шипение Ру.

— Отлично! Значит, я с вами. И тебе, коротыш, лучше не протестовать, — добавила она, обращаясь к Ру. — А то я ведь девушка и могу проболтаться насчет вашего маленького путешествия.

Ру снова бросил на нее сердитый взгляд и навалился на лодку. Потом присоединились Марк и Сельма. Удивительно, но втроем вытащить лодку к воде не составило труда.

— Ты сильная, — заметил Ру.

— А ты все еще коротыш. Поплыли!

Лодка плавно скользнула от берега и зашаталась на воде. Марк и Ру выбрали по веслу, а Сельма пристроилась на носу лодки, надвинув шляпу на лицо — из-под широких полей были видны лишь ее тонкие губы и острый подбородок.

Они едва отплыли от берега, как Марк почувствовал страх. И дело было даже не в страшной истории дяди Виктора, рассказанной накануне, просто он понял, что впервые оказался в озере на лодке без старших, которые бы смогли вытащить его из воды в случае, если лодка, например, перевернется. Плавать Марк не умел. Немного успокаивало только присутствие Сельмы. Почему-то казалось, что она плавает прекрасно и вытащить его, даже вместе с Ру, ей не составит большого труда.

Он снова взглянул на Сельму, отметил, что на ней короткое льняное платье и браслет из мелких цветных камешков.

Берег все отдалялся, лодка неуверенно качалась на волнах, а вода под веслами казалась густым медом. Марк пыхтел изо всех сил, пытаясь не показать, что устал уже после третьего гребка.

За бортом колыхалась темная, но прозрачная вода. В глубине можно было увидеть зеленые водоросли и мечущихся между ними мальков. Остров приближался. С воды он казался больше, а лес огромным и невероятно высоким. Оставалось выбрать удачное место, чтобы подплыть, не зацепив дном коряги.

На большой лодке в центре озера они были как на ладони — сразу из четырех ферм и городского моста их можно было без труда заметить, но, к счастью, никто в те четверть часа не бросил даже беглого взгляда на озеро.

Они огибали остров с запада, рискуя быть замеченными со стороны фермы Борхес-Блок. Марк видел низкий забор на берегу и крышу большого дома, возвышающуюся над невысокими яблонями. Одинокое пугало покосилось у самой изгороди и словно наблюдало над ними, склонив на бок голову. Марк вздрогнул.

У западной оконечности острова был небольшой пляж — узкая песчаная коса. С одной стороны её отгораживала плотина из упавших в воду деревьев, а с другой берег был чист и к нему можно было подплыть. Едва лодка коснулась берега, Сельма легко выпорхнула их неё на песок.

— Подумать только! Я на безымянном острове!

— Велика честь, — ворчал Ру, помогая Марку оттащить лодку к коряге, где она не была бы заметна с противоположного берега.

— Но она права, мы тут впервые. Я ещё никогда не бывал там, где бы разу не были другие.

— Да, — согласился Ру, поразмыслив. — Пожалуй ты прав. Это событие! Но мы тут по делу. А она мне не нравится!

Они подошли к плотной стене леса. Деревья здесь и правда были огромными. Высокие стволы скрипели, раскачиваясь от ветра.

— Сосны, — заключил Марк.

— Высокие сосны. Очень высокие.