Год акации - Павел Александрович Шушканов

class="p1">Марк первым вошёл в тень деревьев и почувствовал холод, им веяло из глубины леса. Холодом и сыростью. Тут не было троп, под ногами лишь высокий папоротник, прелые иглы и ворох обломанных веток. То тут то там высились почерневшие мертвые стволы деревьев, некоторые лежали на земле, поросшие мхом. Их вырванные корневища торчали над подлеском.

— Ру, похоже, что это место не совсем подходит для чемпионата, — сказал Марк.

— Ерунда, пройдем вглубь леса и посмотрим.

Сельма уже бежала по упавшему дереву, раскинув руки и ловко балансируя на скользком стволе.

— Значит, коротыш Ру решил провести тут большую игру по стриту? — засмеялась она. — Это было бы великим событием. Пожалуй, даже братья Пруст на некоторое время перестанут тебя мутузить. Марк, а я не знала, что ты тоже игрок.

Марк неуверенно покачал головой.

— Я не игрок, я просто за компанию...

Но Сельма уже не слушала, она убежала далеко вперед и теперь взбиралась на низкий холм, с которого уже рукой подать было до противоположного берега. А потом она вовсе пропала из виду.

— Ловкая девчонка, — сказал Марк и услышал в ответ только гневное сопение друга. Ру не выносил девчонок, особенно тех, которые выше и немного старше. Он стоял на стволе дерева и оглядывался по сторонам.

Вокруг только высокие сосны и подлесок, ни одной просторной поляны.

— Пойдем глубже, — заключил он. — Вырубать тут кустарник долго и лень. И потом, здесь одни кочки, а для стрита нужна ровная поверхность. Поищем за холмом, только ты подожди меня здесь, я забыл свой мешок в лодке.

— Время завтрака?

— Именно!

Ру скрылся в кустах, а Марк забрался на поваленное дерево и прислушался к лесным звукам. До этого дня он никогда не был в настоящем лесу, а тут вдруг огромные невиданные сосны и ничейная территория, полная пугающих шорохов и скрипов.

"Под ногами наверняка полно змей", подумал Марк, но не сильно испугался своей мысли.

— Эй, идите сюда! — раздался голос Сельмы, и Марк побежал к невысокому холму.

За холмом стояла Сельма и смотрела прямо на него. Сначала Марку так показалось, а потом он понял, что смотрит она под его ноги. Он стоял на самом краю, а под ним был невысокий обрыв, метра три-четыре. Сельма жестом показала, где можно спуститься вниз.

— Что ты там увидела?

— Помолчи и обернись!

Сначала Марк не понял, на что она указывает, а потом холм, с которого он спустился, показался ему странным. А после он понял, что это вовсе не холм. В отвесной стене зияли три пролома, два из которых были когда-то окнами, а третий, видимо, дверью. Это был дом, правда очень и очень старый. Большая его часть давно обрушилась, потому-то они и приняли ее поначалу за невысокую возвышенность, а с этой стороны был вход и парадное крыльцо. Бревна, из которых была сколочена стена, наполовину сгнили, но еще держались, не давая обрушиться остаткам крыши. Правую сторону почти полностью оплели растения, а из левого окна лезли на свет молодые деревца.

— Какой ужас! — Марк шагнул назад и едва не налетел на Сельму. — Это же дом!

— Или сарай. Или амбар. Видимо, про него совсем забыли. Хорошо бы пролезть туда, посмотреть, может сохранились какие-нибудь вещи.

Марк замотал головой.

— Не стоит! Крыша едва держится.

— Ну, держалась же она до этого лет тридцать. Пойдем, посмотрим.

Марк хотел еще возразить, но Сельма уже скрылась в оконном проеме. Ругая себя за трусость, Марк полез следом.

Внутри было темно, очень сыро и тесно. Обвалившиеся балки и мусор занимали почти все пространство. Марк озирался по сторонам и косился на потолок, который грозил с минуты на минуту обвалиться. На мгновение ему показалось, что в темном углу под гнилой балкой что-то прошмыгнуло, более крупное, чем просто мышь.

— Я сейчас, — как можно храбрее сказал он озирающейся Сельме и неуверенно шагнул в сторону, откуда раздавался шорох.

— Что там?

Марк не ответил. Ветки кустарника потревожено раскачивались, а, значит, ему не показалось. Марк шагнул ближе.

— Осторожнее там, — предупредила Сельма и уже укрылась в темной части комнаты за упавшими поперек балками.

— Постараюсь, — шепнул Марк. Чувствовать себя героем на глазах девчонки было проще. Он немного постоял, раздумывая не вернуться ли обратно, когда кустарник снова шевельнулся, а потом еще раз. Марк резко отодвинул в сторону ветви и увидел гневно смотрящие на него яркие глаза.

Марк бежал к выходу, со стыдом понимая, что истошно кричит, а маячащий дверной проем казался предательски далеким. С воплем он выскочил наружу, увлекая за собой напуганную Сельму.

— Марк! — она встряхнула его за плечи, — что там было?

Но Марк тяжело дышал и тыкал рукой в сторону дома.

— Кого ты там увидел?!

Сельма долго всматривалась в оконный проем, а потом вдруг засмеялась. Она села на землю и продолжала смеяться, обхватив колени. Марк посмотрел туда, откуда только что с позором бежал и впервые почувствовал стыд за свою трусливость. В бывшем оконном проеме торчала свирепая морда дикого кота.

Через пару минут на краю возвышенности показался Ру, он спустился вниз и сокрушенно объявил:

— Лодка пропала.

***

Осознание того, что они оказались в плену острова, пришло сразу. День близился к обеду и уже следовало возвращаться, чтобы не вызывать подозрений старших, но сделать это вплавь было затруднительно — из них только Сельма умела плавать.

— Ты уверен, что привязал ее? — в десятый раз переспросил Марк.

— Да. Вроде. Да теперь уже и не важно, пропала лодка. Унесло ее.

Сельма усмехнулась.

— Унесло? Тут течения даже нет. И ветер слабый. Ты уверен, что там ее искал, где оставил.

Ру устало взглянул на ее и промолчал.

— Значит, мы тут застряли, — подытожил Марк. — Здорово! И что я теперь скажу дяде насчет лодки?

— Ничего, если мы не выберемся отсюда, — успокоил Ру. — Сельма, тебе нужно добраться вплавь до берега и притащить сюда еще одну лодку.

Сельма серьезно кивнула.

— Конечно, коротыш. Там ведь на берегу склад лодок. Да они просто растут там как горох.

— Значит, придется звать старших.

Ру горько вздохнул и стал очень серьезным. Таким он бывал, когда предчувствовал серьезный разговор с мамой.

— Нам нужно поесть, — сказал он. — Мешок то я нашел.

Он