Император песчаных карьеров. Том 2 - Антон Панарин

Я посмотрел на неё и начал прикидывать. Девчонка весила от силы пятьдесят килограммов. Но Сульфур увеличил перегруз. Лодка и так черпала днищем песок. Пять человек — и без того солидный перебор. Шестой пассажир превратит посудину в якорь.

Или всё-таки внять голосу разума, задвинуть куда подальше принципы — и выкинуть Сульфура? Ему же там, неверное, неплохо — в шатре с тремя доступными и немногословными местными девами?

А назавтра он проспится — и очнётся уже в цепях, в которых его и доставят прямо к ближайшему городу. Там за него заплатят выкуп и ко всеобщей радости и веселью бросят на растерзание голодным собакам, или пустынным демонам, или…

И тут я вспомнил про Шуссуву.

— На что ты готова ради спасения?

— На всё, — ответила она без колебаний.

Я сосредоточился на связи с демоном. Потянул за тонкую нить, соединявшую меня с Шуссувой через печать на предплечье. Из татуировки хлынул чёрный дым. Густой и плотный, он клубился в тесноте шатра, подсвеченной лишь тлеющими палочками благовоний.

Однако привычной к ночной мгле пустыни девушке и этого хватило, чтобы разглядеть. Она отшатнулась и открыла рот для крика. Я зажал ей рот ладонью и прошептал:

— Тихо! Это мой ручной питомец. Он вывезет тебя из лагеря.

Шуссува материализовался полностью, занимая половину палатки. Жёлтые глаза уставились на девушку. Волк оскалил пасть и глухо зарычал.

Я мысленно приказал Шу вести себя прилично. Волк фыркнул, но подчинился; опустил голову и лёг на живот, подставляя спину.

Девушка смотрела на демона расширенными глазами. Её руки заметно дрожали. Я убрал ладонь, зажимающую её рот — она не закричала. Держится изо всех сил, надо отдать ей должное.

— Садись на него, — велел я. — Держись за загривок. Он понесёт тебя на восток, к ближайшему тракту. Там попросишь караванщиков подвезти.

— А если они не подвезут?

— Тогда волк их догонит.

Она перекинула ногу через спину Шуссувы и вцепилась в шерсть. Волк поднялся на лапы. Я откинул задний полог шатра, и Шу рванул в темноту. Чёрная тень метнулась по песку. Девушка прижалась к его холке, даже не пискнув. Храбрая девка, ничего не скажешь.

Я выждал секунд пять, глубоко вдохнул. Потом выбежал из палатки и заорал так, что голос сорвался.

— Демон!!!

Глава 18

— Демон!!! Демон похитил… Мою будущую жену!!!

Я тыкал пальцем в сторону удаляющейся тени. В лунном свете силуэт Шуссувы выглядел впечатляюще и жутко. Чёрный призрачный зверь с горящими глазами, уносящий на спине беспомощную девушку.

Лагерь вспыхнул как порох. Кочевники повскакивали с мест. Женщины истошно закричали. Мужчины схватились за оружие и побежали к верблюдам. Кто-то забил в барабан, объявляя всеобщую тревогу.

В прошлой жизни я был неплохим актёром. На корпоративах всегда получал приз за лучшую роль. Сейчас этот навык пригодился как никогда. Я метался по лагерю, хватался за голову и изображал безутешного жениха. Между прочим, совершенно искренне, если не считать широкой ухмылки, которую я прятал за ладонями.

Ну а то, что жениться на девушке мне, вообще-то говоря, никто не предлагал, да и вряд ли бы позволил — так это уже не мои проблемы. Вот освоится на свободе, встанет не ноги, тогда сама и решит, за кого ей надо замуж, и надо ли вообще.

Кочевники оседлали верблюдов и ринулись в погоню. Десяток всадников растворился в ночной пустыне, улюлюкая и размахивая факелами. Следом поскакали ещё пятеро, потом ещё трое; а кто-то последовал за ними и пешком.

За считанные минуты лагерь опустел больше, чем наполовину, и заодно временно лишился львиной доли воинов, представлявших для нас наибольшую опасность.

А Кашкай уже работал. Шаман выскользнул из палатки, покинув объятья своей пышнотелой пассии, и принялся деловито шерстить оставленные без присмотра шатры. Сковорода болталась на поясе. Руки мелькали с проворством профессионального карманника. Бурдюк с водой, мешочек с монетами, вяленое мясо, бинты. Всё исчезало за пазухой шамана с пугающей скоростью.

Из палатки Сульфура донёсся грохот. Полог распахнулся, и лучник вывалился наружу. Без штанов и с растрёпанными волосами. На шее его темнели следы то ли от неумеренно пылких поцелуев, то ли от укусов. Но лук был в руках, а глаза горели.

— Спокойствие! — проорал он на весь лагерь. — Сейчас великий Сульфур, император Пустоши, всё уладит!

Он резким движением оттянул тетиву — и на ней вспыхнула стрела, сплетённая из чистого света. Белая, ослепительная, она озарила лагерь, словно вспышка молнии. Сульфур прищурился, целясь в темноту.

Лишь в последний момент я успел прыгнуть на него и сбить прицел вниз.

— Ты что делаешь⁈ — возмутился лучник. — Я должен спасти прекрасную даму!

Я мельком глянул Сульфуру за спину. Из палатки на меня встревоженно смотрели три его подруги. Без платков, так что лица были открыты. По спине у меня пробежали мурашки, и я невольно зажмурился. Теперь понятно, почему у женщин кочевников принято прятаться под слоем ткани. Гелиос выиграл бы свой золотой.

Впрочем, моя незнакомка, уносившаяся сейчас вдаль на спине Шу, была очень даже ничего. Интригующая особа, надо признать, и шрам на щеке её совсем не портил… А вот кое-кто другой рисковал испортить мне прекрасный экспромт по спасению, причём прямо сейчас. Так что я схватил Сульфура за плечо и зашептал ему в ухо.

— Это мой волк. И прямо сейчас он спасает девушку, порабощённую этими кочевниками. А сама она приходила предупредить нас, что эти кочевники — работорговцы, и только прикидываются добренькими радушными хозяевами.

Стрела на тетиве погасла. Сульфур зыркнул в сторону кочевников, седлающих последних верблюдов.

— Работорговцы? — его голос мгновенно стал жёстким. — Да я сейчас перебью их всех до единого.

— Не делай глупостей! — я снова рванул его руку вниз, с трудом борясь с желанием хорошенько вывихнуть её в двух местах. — Когда они ускачут, уедем и мы. Так что лучше надень штаны и готовься отчаливать.

Сульфур помолчал секунду, потом кивнул с важным видом.

— Я решил! Когда кочевники уедут, мы отправимся в путь! Такова воля великого Сульфура! Готовьтесь к отбытию, братья! Нас ждут великие дела!

Он развернулся и полез обратно в палатку за штанами. Три страхолюдины встретили его радостным улюлюканьем. Я отвернулся и поёжился от воспоминаний.

Рагнар и Гелиос уже стояли у лодки. Капитан тащил свёрток с бараниной. Паладин придерживал меч и мрачно озирался по сторонам.

— Объясни, что произошло, — потребовал Гелиос.

— Потом, — отрезал я. — Сначала уберёмся отсюда.