Дом Эльмиры - Вадим Гончаров

Виктор подавил желание оглянуться и проверить, что там делает Сильван.

– Да, ездил. Даже в отпуске есть дела… – он почувствовал, что много оправдывается, и решил больше этого не делать. – А потом еще ко мне приезжал Филип.

– Славный малый… – рассеяно проговорила она. Какое-то время они шли молча. – Виктор, я хотела вас снова поблагодарить. Вы не поверите, что произошло!

Она казалась воодушевленной.

– Что же произошло достойного вашей благодарности? Теряюсь в догадках.

– Мы поговорили с Густавом. Прямо вчера, как только я вернулась. И вы знаете… все прошло неожиданно мило. Я дрожала как лист весь разговор, но у меня получилось!

– Как же вы это сделали? – Виктор испытал облегчение потому, что разговор завязался, и, похоже, не самый короткий. Можно было расслабиться.

– Очень просто. Подошла к мужу, который, как обычно, зарылся в свои документы, села рядом с ним и сказала: «Густав, я хочу с тобой поговорить». Он, правда, очень испугался сначала – почему-то любой мужчина пугается этой фразы, уж не знаю, чего вы такое скрываете… Но я его успокоила, сказав, что просто хочу обсудить наши отношения, и попросила держать себя в руках, пока мы говорим. И он был очень даже… – она прищелкнула пальцами, подбирая подходящее слово.

– Конструктивен? – подсказал Виктор.

– Да. Спасибо. Конструктивен. Сказал, что тоже злится на меня! Оказывается, я совсем не уделяю ему внимания, и он решил, что слишком стар для такой женщины, как я. Вспомнила: одно время он действительно был очень милым, заваливал меня подарками, приглашал в рестораны… Это, оказывается, и был момент, когда он почувствовал отдаление и хотел все исправить. А я, дурочка, просто купалась в его внимании. Я, наверное, эгоистка, мне и в голову не пришло, что он ждет подтверждения моих чувств.

– Когда это было? – с улыбкой спросил Виктор.

– Года три назад. И я не понимала, что именно произошло. А он не получил того, что хотел, и решил, что все кончено. Так наши отношения перешли в формат «соседских». Он так и сказал: «Не хотел навязываться». Идиот, конечно. Не знаю, правда, чем это все обернется, но мне точно стало легче. Да и ему, кажется…

Они дошли до пляжа, она присела погладить кота, который лежал кверху брюхом все на том же самом месте, как будто никуда не уходил.

Виктор думал о Сильване: должно быть, он уже в доме, копирует файлы… только бы все получилось!

– А как ваши дела? Надеюсь, поездка в город не сильно подпортила ваш отпуск?

– Отпуск… да, отдыхается мне отменно. Только и делаю, что ничего не делаю, – криво усмехнулся Виктор, но осекся: – Все в порядке. Почти дочитал какую-то кошмарно плохую повесть из запасов Эльмиры.

– Зачем же так страдать? Попросили бы, у нас полно книг. Хотите, я дам вам что-нибудь почитать?

– С удовольствием. Хотя, книг у Эльмиры много, не знаю, чего я так прицепился к этому журналу… Наверное, захотелось чего-то легкого, в доме, в основном, классика.

Лидия продолжала чесать разомлевшему коту живот.

– Интересные дела, Виктор. Вы же здесь меньше недели. А столько поменялось. Сильван сегодня заходил в гости. Мы же почти не общались, а тут раз – и стали. Вы объединяете людей. Так глядишь, чего доброго, и Ласкеры осядут в доме – когда они здесь, довольно весело. Наши дети дружат, они всегда гостеприимны… Жаль только, что я никогда больше не увижу Эльмиру.

Виктор внимательно посмотрел на женщину: в ее глазах стояли слезы. Он положил руку ей на плечо:

– Да. Мне тоже жаль. Всегда тяжело терять близких.

– Когда она была жива, я не думала, что мы близки. Разное случалось между нами… – она заметно вздрогнула и запнулась. Но потом продолжила: – Но сейчас мне так не хватает наших разговоров.

– Между друзьями случается всякое. Вы часто ссорились? – Виктор следил за ее реакцией. Снова растерянное выражение лица и подрагивающий голос:

– Нечасто. В последнее время даже и не ссорились. И не вспомню, когда это случалось в последний раз. Но все равно: она была иногда очень… холодной. Даже, можно сказать, вредной.

«Врать она совсем не умеет…» – подумал Виктор. Было ясно: Лидия лжет, она прятала глаза, ее дыхание участилось. Сомневаться было трудно.

Виктор посмотрел на часы: прошло двадцать пять минут. Эскапада Сильвана, должно быть, уже окончена, но он решил дать ему еще минут десять для верности.

– Да, мне рассказывали о ней. И Сильван, и Филип. Такой уж характер, что поделаешь. Человек не виноват в том, что у него скверный характер. Но вы с ней, кажется, находили общий язык.

– Да. Весь секрет был в том, чтобы позволять ей относиться к себе, как к младшей сестре. Иногда мне это надоедало – тогда случались ссоры. Но обычно меня это даже не особо раздражало: в роли величественной Эльмиры она была по-своему заботливой, – Лидия снова грустно вздохнула, встала и отряхнула руку от длинной кошачьей шерсти. Кот недовольно посмотрел на нее, вдруг подскочил и убежал в кусты.

– Красивый кот. Его как-то зовут? – спросил Виктор, чтобы сменить тему.

– Нет. Можете дать ему имя, если хотите. Он тут живет, сколько я вообще помню это место, и пока ему ни разу не понадобилось имя.

– Но у всех же должно быть имя… наверное. Вам так не кажется?

– Не знаю… мне кажется, что ему хорошо без имени. Он свободен, живет себе, как ему захочется, лежит тут, сколько нужно, спит целыми днями. А имена важны для людей, которые не бывают свободными. Если вы его как-то назовете – это же будет только для вас, ему абсолютно это безразлично.

Они постояли какое-то время, глядя на море. Волн не было – стоял полный штиль, даже листья на деревьях не двигались. Виктор думал о том, как все поменялось с их прошлой встречи здесь же: Лидия тогда металась, как безумная, в своих попытках забыться и сбежать от собственной жизни, море волновалось, как сумасшедшее, а сейчас – равновесие. Но это, разумеется, временно. Равновесия не бывает долго, такова жизнь.

Через несколько минут они двинулись обратно, молча, в каком-то лирическом настроении. На углу забора дома Вернанов Виктор стал прощаться.

– Вы не домой? – удивилась Лидия?

– Нет,