Бесы на краю империи - Ян Анатольевич Бадевский

Но.

Для всего этого необходимы данные разведки.

И понимание того, на чём стоит наша цивилизация.

Взять, например, телефонную и радиосвязь. Уничтожьте антенны и ретрансляторы, перережьте кабели — и вы существенно осложните коммуникацию врага. Даже с учётом телепатии.

Логика подсказывает, что разведку нужно было провести ещё в то время, когда шли тренировочные занятия на полигонах. У военизированной культуры крангов опыта — вагон и маленькая тележка. Следует исходить из того, что они совмещали выполнение миссий в Монголии и Сибири со сбором разведданных. Поэтому властитель Наска и нервничает. Он понимает, что вторжение хорошо подготовлено.

А ещё всё это означает, что кранги не собирались ни с кем идти на компромиссы и придерживаться союзных обязательств. Они с самого начала знали, к чему всё идёт. В отличие от перуанских умников.

Я посмотрел на часы.

Половина третьего.

Допустим, удастся разбить это войско. А дальше что? За разломом — целая планета. Хорошо бы ознакомиться с более полными сведениями о противнике, но времени на это катастрофически не хватает. Интуиция подсказывает: не ударим в ближайшие дни, хлебнём горя.

Термос с кофе почти опустел.

Спать не хотелось.

И тогда я взялся за нехитрую головоломку. Активирую Расширитель, заявляюсь двумерной тенью в стан врага и всех крушу в капусту. Пусть не всех, только ящериц под тентом. Сообщаю партнёрам. Инквизиторам, Трубецкому. На этом для меня — всё. Мавр сделал своё дело, купил попкорн и сел на диван. Мавр наблюдает за тотальным истреблением глупых варваров. Так?

Надеюсь, что так.

Простенько и со вкусом.

Что мне мешает ударить сегодня? Пожалуй, ничто. В лагерь крангов можно забросить четвёрку убийц, один из которых будет оператором. Радиус действия Расширителя — сто километров. А это значит, что мне придётся лететь в Наска, предварительно изучив карту и выбрав безопасную локацию. И да, я не готов рисковать своими близкими. Поэтому мы отправимся в путь на автоморфе Каримова…

С кем?

Я прикинул, что лучшим вариантом будут люди, хорошо владеющие клинковым оружием. Способные быстро вырезать много врагов. А это, как ни крути, индонезийцы из нашей службы безопасности.

Уверенности в успехе почему-то не было.

Полная блокировка ки…

Что я не учёл?

Расширитель будет находиться в ста километрах от вражеского лагеря. Жрецам его не достать. А вот Байт Мусаев вполне может попасть под действие подавляющего поля, ибо оперирует энергией ки непосредственно в точке, где находится. Значит, посылать Мусаева нельзя. Он просто погибнет. В лучшем случае, будет выброшен из многомерности где-нибудь в горах.

Определившись с тактикой, я приказал:

— Бродяга, телефон. Соедини меня с Каримовым.

* * *

Машина была припаркована на автостоянке в каком-то мелком городке.

Шёл дождь.

На моих коленях лежал пористый шар. Тот самый, из-за которого переполошились инквизиторы. Рядом сидели Лука Каримов и три щупленьких, костлявых индонезийца. Все — отборные убийцы клана Панджаитан.

Инструктаж мы с Багусом провели.

Оставалось лишь включить артефакт, потратить полчаса на адаптацию и соткать адский туман прямо в сердце лагеря крангов. Что интересно, нам даже не потребуется оружие.

Считается, что Расширитель — это средство, позволяющее многомерной вселенной прорваться в нашу примитивную реальность. Это не совсем так. Устройство расширяет лишь пять-шесть измерений, а их гораздо больше. Но и этого достаточно, чтобы превратиться в тень, которую практически невозможно убить обычными средствами.

Мы покинули Красную Поляну в четыре часа.

Здесь, в Наска, вечер предыдущего дня.

Девятнадцать сорок, если быть совсем точным.

— Включаюсь, — сказал я.

Индонезийцы почти синхронно кивнули.

Я перебросил зону расширения за пределы города, на лесистые склоны ближайшей горы. Здесь и без того дождливая муть, все горные вершины утопают в промозглой серости. Странный туман никто не заметит…

Но я не учёл фактор дождя.

Капли прорывали ткань искажений, постоянно нарушали структуру.

Пришлось метнуться через хребет — в такие же густые джунгли, но за пределы бушующего циклона. Тут всё было чисто, с неба не капало. Никаких поселений поблизости я не обнаружил. Осмотревшись, начал «подключать» индонезийцев.

Адаптация — наше всё.

Если вы привыкли жить в трёх измерениях, то пять или шесть дадут вам возможность двинуться кукушкой… Правда, Расширитель и здесь приходит на выручку. Помогает подстроить восприятие под ненормальную среду. И тогда приходит ощущение, что ты… не полубог, нет. Но сила, выходящая за пределы дозволенного. Потому что можешь проскальзывать в щели мироздания. Игнорируешь гравитацию. Ходишь по любым направлениям, включая вертикаль. Дотягиваешься до предметов на расстоянии в несколько метров, хотя не должен. Вскрываешь и потрошишь эти предметы, не особо напрягаясь… ибо они — тоже набор из шести измерений.

Я могу проткнуть ядро ореха, не повредив скорлупу.

Или разрезать камень ударом ладони.

Знаете, я много чего могу…

Но только в пределах зоны расширения. И с учётом многих «если». При условии, что не пойдёт дождь. Не подует сильный ветер, который будет сносить многомерный «туман». Не появится электрик или пирокинетик — они могут просто всё выжечь, и поставить точку на всемогуществе. Такое вот кино.

Мы немного побродили по джунглям, приноравливаясь к среде. Я достаточно быстро вспомнил, как отыскивать кратчайшие пути между пунктами «А» и «Б». Имелись целые коридоры, позволяющие быстро перемещаться, игнорируя здравый смысл. Чистая математика, отрезанная от физики.

Направление было известно.

И мы скользнули в сторону лагеря крангов, подтягивая за собой туман.

Мы пробирались через джунгли, просачивались сквозь горы, пронизывая их, будто ветер. Мы встраивались в пещеры и гроты, расселины и трещины. Мы стекали вниз по отвесным стенам, лавируя вдоль граней мира. Высота не имела значения. Дистанция — чистая условность.

Четыре тени в туманной дымке.

Так мы выглядели со стороны…

Вот только сторонних наблюдателей не было. Я выбирал дикие склоны, необжитые участки, обходил деревеньки, имения богатых жителей Наска и редкие тучеразгонители. Просачивался сквозь горные серпантины. Мы лезли через дремучие чащи и отвесные обрывы.

Долина Атаукахана неуклонно приближалась.

А потом что-то произошло.

Нас будто ударило током.

Грани мира перемешались, и я на полной скорости врезался в… изломы? Пульсирующие фракталы? Само пространство исказилось и отшвырнуло нашу теневую компанию…

В хаос.

Я пришёл в себя через несколько минут и обнаружил, что скольжу по инерции над джунглями и каменистыми уступами.

Выброс.

Джунгли сменились уютным салоном автоморфа: расположенные по кругу кресла, стёкла с односторонней прозрачностью, мягкая подсветка.

Из моего горла рвался крик, но я взял себя в руки.

По телу прокатилась волна боли.

Думаю, мы все выглядели не лучшим образом. Тяжело дышали, хватали ртами воздух.