Российско-американские отношения в постбиполярном мире: от «стратегического партнёрства» к новой холодной войне - Владимир Игоревич Батюк

противостояния России. Выступая на Мюнхенской конференции по безопасности 19 февраля 2021 года, президент Дж. Байден сказал: «Я выступаю сегодня как президент Соединённых Штатов в самом начале своей президентской каденции и посылаю миру ясный сигнал: Америка вернулась. Трансатлантический альянс вернулся». «Путин стремится ослабить <…> европейский проект и наш альянс НАТО, – отметил он далее. – Он хочет подорвать трансатлантическое единство и нашу решимость, потому что Кремлю гораздо легче запугивать и угрожать отдельным государствам, чем вести переговоры с сильным и тесно сплочённым трансатлантическим сообществом. Вот почему <…> отстаивание суверенитета и территориальной целостности Украины остаётся жизненно важной заботой для Европы и Соединённых Штатов. Вот почему борьба с безрассудством – российским безрассудством и взломом компьютерных сетей в Соединённых Штатах, по всей Европе и во всём мире – стала критически важной для защиты нашей коллективной безопасности».

Следует отметить, что администрация Дж. Байдена не собирается при этом разрывать все связи с Россией. Американский президент подчеркнул в Мюнхене: «Дело не в том, чтобы противопоставить Восток Западу. Дело не в том, что мы хотим конфликта. Мы хотим будущего, в котором все народы смогут свободно определять свой собственный путь без угрозы насилия или принуждения. Мы не можем и не должны возвращаться к рефлексивной оппозиции и жёстким блокам холодной войны. Конкуренция не должна препятствовать сотрудничеству по вопросам, затрагивающим всех нас. Например, мы должны сотрудничать, если хотим победить ковид-19»[310].

Первые шаги администрации Дж. Байдена в целом соответствовали этой «двухколейной» стратегии в отношении России: сдерживание в сочетании с выборочным сотрудничеством в тех областях, где Вашингтон мог получить выгоду от взаимодействия с Москвой. И действительно, одним из первых шагов президента Дж. Байдена на международной арене стало решение о продлении на пять лет действия Договора СНВ-3. В то же время 2 марта 2021 года было объявлено о введении новых санкций в отношении России в связи с ситуацией вокруг А. Навального.

Данный санкционный пакет предусматривал санкции против девяти человек, «причастных к отравлению и задержанию Навального»; санкции против семи компаний за распространение оружия массового поражения, применение химического оружия, участие в деятельности российского оборонного или разведывательного секторов; санкции в отношении экспорта определённых товаров в Россию в соответствии с требованиями Закона о химическом и биологическом оружии 1991 года; ужесточение ограничений на экспорт оружия; новые полномочия отказывать в визах россиянам, причастным к российским программам по химическому оружию[311].

Вряд ли эти санкции могли бы повлиять на российскую политику, и трудно отделаться от впечатления, что в Вашингтоне стремились «послать сигнал» Москве, избежав в то же время нанесения действительно серьёзного ущерба России. Нельзя не сказать в этой связи и о позиции администрации Дж. Байдена по «Северному потоку-2»: новая администрация, в отличие от администрации Д. Трампа, не была готова с самого начала идти на конфликт с Германией по столь чувствительному для последней газовому проекту. Отсюда – очень умеренные и осторожные шаги администрации Дж. Байдена в отношении «Северного потока-2» в самом начале президентской каденции 46-го президента США. Так, в опубликованном в конце февраля 2021 года докладе Государственного департамента Конгрессу в числе компаний, нарушающих американские санкции в отношении строящегося газопровода, были упомянуты исключительно российские компании (в отношении которых уже были введены американские санкции) – и ни одной европейской[312].

Этот первоначальный осторожный подход администрации Дж. Байдена к вопросу о санкциях против «Северного потока-2» вызвал в то время критику в Соединённых Штатах. Так, 40 сенаторов-республиканцев подписали письмо с осуждением отказа Белого дома от введения санкций против компаний, участвующих в осуществлении данного проекта[313].

Видимо, отдавая себе отчёт в важности поддержания российско-американского диалога, Дж. Байден согласился на проведение встречи с В. В. Путиным в Женеве в июне 2021 года. Оценивая итоги состоявшейся 16 июня 2021 года российско-американской встречи в верхах, и президент РФ В. В. Путин, и президент США Дж. Байден были едины в том, что эта встреча закончилась успехом.

В принятом по итогам российско-американского саммита Совместном заявлении президентов России и США по стратегической стабильности говорилось, что Россия и США в ближайшее время запустят комплексный двусторонний диалог по стратегической стабильности. «Посредством такого диалога мы стремимся заложить основу будущего контроля над вооружениями и мер по снижению рисков»[314], – отмечается в документе. Это решение ещё не было началом полноценных российско-американских переговоров по стратегическим вооружениям, но это, по крайней мере, был шаг в правильном направлении.

Стороны договорились и о начале диалога по кибербезопасности, и это можно было также рассматривать как большой шаг вперёд. Ведь до прихода к власти администрации Дж. Байдена американская сторона вообще отказывалась вести такой диалог, вместо этого выдвигая голословные обвинения в адрес Москвы в «хакерстве» и «кибератаках».

Удалось достичь согласия о возвращении российского посла в США, а американского – в Россию. Лидеры двух стран договорились о том, что следует попытаться разобрать все те завалы, которые накопились в дипломатических отношениях США и России (отзыв дипломатов, закрытие консульств, фактическая конфискация российской дипломатической собственности в США и многое другое).

Наконец, сам факт проведения этой встречи – несмотря на серьёзные разногласия между нашими странами – стал, безусловно, позитивным сигналом, сигналом о том, что правящие круги двух ядерных сверхдержав, несмотря ни на что, отдавали себе отчёт в важности поддержания конструктивного диалога между Москвой и Вашингтоном.

Следует отметить, что внешнеполитические ведомства США и РФ не замедлили с выполнением поручения президентов. Уже 28 июля 2021 года в Женеве состоялись переговоры российской и американской межведомственных делегаций, однако эта встреча закончилась безрезультатно. Главное, не удалось добиться согласия относительно начала полномасштабных переговоров по стратегическим вооружениям – именно ввиду неготовности к этому американской стороны. По словам главы российской делегации, заместителя министра иностранных дел РФ С. А. Рябкова, позиция Москвы, в соответствии с которой на столе переговоров должны быть стратегические оборонительные и наступательные вооружения в ядерном и неядерном оснащении, оказалась неприемлемой для американской стороны: «Мы пока не договорились с американцами на эту тему. Американцы хотят обсуждать что-то другое и что-то ещё»[315].

Колебания администрации Дж. Байдена понятны. В американском истеблишменте утвердились представления о том, что российская сторона должна пойти на весьма серьёзные уступки, если хочет добиться заключения нового российско-американского соглашения по ядерным вооружениям, которое должно прийти на смену Договору СНВ-3.

Так, многие представители американской политико-академической элиты полагают, что Москва должна каким-то образом убедить Пекин присоединиться к российско-американским переговорам по ограничению стратегических вооружений. Продление Дж. Байденом действия Договора СНВ-3 на следующие пять лет в первый же день своего пребывания в Белом доме в качестве 46-го президента США без выдвижения каких-либо предварительных условий в отношении России стало