Правдивые истории о жизни старых районов Петербурга. Колодцы времени - Наталия Анатольевна Перевезенцева

на заре возникновения российского футбола. Известно, что команда Коломяг в 1901 году проиграла более опытному Петровскому кружку со счетом 1: 7. Питерские газеты писали тогда, что коломяжцы «не имеют о футболе ни малейшего представления». Но коломяжские футболисты смогли реорганизоваться, собраться, и уже в 1906 году победить с разгромным счетом 0: 19 сильную команду «Удельная». А в 1909 году клуб «Коломяги» вступил в Санкт-Петербургскую футбольную лигу и стал одним из призеров IX чемпионата Петербурга. Среди игроков клуба были П. Батырев (его особенно отмечала советская историография, так как он участвовал в штурме Зимнего в октябре 1917 г.), три брата Гостевых и четыре брата Филипповых. В 1916, 1917 и 1918 годах клуб «Коломяги» прочно удерживает первое место в чемпионатах Санкт-Петербурга. Клуб существовал до 1931 года, когда прекратили своё существование почти все общественные организации Советской России. С 1923 года он выступал в чемпионатах под разными именами: «Коммунальшики», «Стадион» и т. д. Отметим также, что сине-белые цвета «Коломяг» сейчас – цвета питерского «Зенита».

В 1911 году существовавшие в Шувалове спортивные кружки «Удельная» (это их побили футболисты-коломяжцы в 1906 г.) и «Надежда» объединились, назвав себя «Унитас» – «Единение». Интересно, что, как и в клубе «Коломяги», костяк нового клуба составляли братья – пятеро Бутусовых. По крайней мере двое из них вошли в историю советского футбола: Михаил почти 20 лет выступал за сборную Ленинграда, а Василий стал судьей всесоюзной категории. Играл за «Унитас» и детский писатель Виталий Бианки. В 1912 году «Унитас» стал чемпионом Петербурга, и многие игроки команды вошли в состав сборной города. И, подобно клубу «Коломяги», «Унитас» просуществовал до начала 1930-х, меняя название. «Команда Выборгского района-А», «Пищевкус» – согласитесь, названия более чем забавные. Остается добавить, что игровое поле «Унитаса» находилось в Удельном парке, там, где до недавнего времени располагался стадион «Спартак».

Много и долго можно рассказывать о начале питерского футбола. Команды возникали, выигрывали и проигрывали, объединялись, прекращали свое существование. И формировалось то, что позже назовут особой «ленинградской», а затем «петербургской» школой футбола.

* * *

Постепенно в Россию проникали и технические виды спорта – велосипедный, автомобильный. Представитель «золотой молодежи» начала XX века просто обязан был облачиться в кожаные краги и защитные очки. Конные соревнования стали терять свою популярность. Кстати, первое состязание между «конём» железным и конём настоящим произошло в 1841 году. Тогда с лошадью соревновался… паровоз. Дистанция проходила по линии Царскосельской железной дороги от Петербурга до Павловска. Приз был баснословным – 50 тысяч рублей. Но всадник добрался только до Царского Села, уступив паровозу три минуты, и отказался от дальнейших соревнований. А в начале следующего века зрители стали собираться на ипподромах, чтобы с замиранием сердца следить за отважными воздухоплавателями – «летунами», как их тогда называли.

Уже с 90-х годов XIX века начали возникать велосипедные клубы и проводиться велосипедные соревнования. В 1891 году велосипедный кружок организовался в Озерках, был построен велодром, на котором выступали известнейшие велосипедисты Петербурга и Москвы. Одно время столицей велосипедного спорта можно было назвать Стрельну – кружок велосипедистов был здесь наиболее многочисленным, к тому же тамошний велодром (тогда его называли циклодромом) считался лучшим в Петербурге.

Как видим, палитра видов спорта в дореволюционной России была весьма разнообразна. Всё больше людей начинало понимать, что спорт – это здоровье, долголетие, великолепный отдых. И бурное развитие физкультурного движения в нашей стране позднее, в 30-е годы XX века, во многом основывалось на достигнутом перед революцией.

Прощание с мамонтом

Увы, стадиону имени Кирова пришел конец. Мамонт эпохи массового спорта перестал окупать себя, и на его месте поднимается новое, более современное, спортивное сооружение – стадион по проекту японского архитектора Кисё Курокавы. А ведь долгое время Кировский стадион был одной из достопримечательностей Ленинграда, памятником архитектуры, охраняемым государством. Как быстро всё меняется в нашей жизни…

Стадион им. С. М. Кирова. 2006 г.

Решение о строительстве грандиозного физкультурного комплекса, включающего в себя парк и стадион, приняли еще в 1930-е годы. Коллектив проектировщиков возглавил крупнейший ленинградский архитектор Александр Никольский. Строительство началось в 1932 году, но было прервано войной. Холм с овальной чашей внутри возвышается над уровнем моря на 16 метров. Грандиозное сооружение, но, как и многие проекты советского времени, – незаконченное. Предполагалось, что по периметру стадиона пройдет кольцевая галерея, а на верхней террасе поднимется 56-метровая башня. В башне должны были размещаться диспетчерские службы, а галерея предназначалась для защиты чаши стадиона от сильного ветра и для улучшения акустики. Но даже в недостроенном виде стадион Кирова производил величественное впечатление, характеризуя собой целую историческую эпоху.

А нашу эпоху, видимо, будут характеризовать новый стадион «Зенит-Арена» и финансовые скандалы, связанные с его строительством.

Императорский яхт-клуб

Считается, что первые парусные клубы, наряду со многими другими полезными вещами, придумали англичане (цилиндр; файф-о-клок; овсянка, сэр). Насчет овсянки спорить не будем, а что касается парусных клубов – извините. Здесь англичан почти на целый век опередил Пётр Первый, создав в 1718 году «Потомственный Невский флот».

Странная это была организация. Подоплёка её возникновения достаточно ясна: молодому русскому флоту нужны были собственные кадры. И если, скажем, пребывая в Голландии, Пётр любовался многочисленными парусами небольших лодок, на которых голландцы выезжали в выходные дни (для собственного удовольствия, заметим), то наш «Потомственный Невский флот» был организацией добровольно-принудительной. По приказу Петра на Партикулярной верфи в устье Фонтанки спешно строились гребные лодки и парусные яхты. Их отдавали в безвозмездное пользование всем желающим, поскольку же таковых было не очень много, царь повелел, чтобы каждый петербургский обыватель владел лодкой или яхтой, содержал своё плавсредство в исправном виде и использовал по назначению. В воскресные дни проводились обязательные учения – и попробовал бы кто-нибудь не явиться. Голов, конечно, не рубили, но крупный штраф взимался незамедлительно.

Первый парусный клуб России имел свой Устав, регламентировавший всю его деятельность. Он определял обязанности владельцев по ремонту и хранению судов, по использованию парусного вооружения, а также содержал таблицы визуальных и звуковых сигналов при совместном плавании флотилии.

Сам Пётр страстно любил морское дело, великолепно управлялся и с парусами, и с вёслами. О пристрастиях русского царя хорошо знали коронованные особы Европы. Ещё во время своего первого визита в Европу молодой Пётр получил от Вильгельма Оранского яхту «Ройял Транспорт». А много позже, чтобы завоевать благосклонность царя, король Пруссии Фридрих-Вильгельм I подарил ему прогулочную яхту «Корона», заказанную в Голландии ещё его отцом за фантастическую по тем временам сумму – 10 000 талеров.

Увы: