Дед в режиме антидемона. Том 8 - Евгений Валерьевич Решетов

Дед гордо вытянул цыплячью шею с острым, выступающим кадыком, едва не протыкающим морщинистую кожу, а затем залопотал:

— Я уже тридцать лет побираюсь в этом городе и знаю его как свои пять пальцев. Мне известны тайные лазы и проходы. И я не впервой вожу демонов в Главный храм.

Хм, а может, старик и не врёт. Вдруг у него старт-ап такой? Малый, так сказать, бизнес, а нищенствует он для души?

Усмехнувшись, решил рискнуть. Потрачу на старика минут десять, а ежели что-то пойдёт не так — откажусь от сделки.

Да и любопытно мне попасть в Главный храм и глянуть на Совет. Никто из ведьмаков не может похвастаться подобным достижением. А ежели разыщу там Лару, то вообще будет хорошо. Она даст мне какой-нибудь пропуск, который позволит моей скромной персоне проникнуть в библиотеку.

Да, стоит рискнуть.

— На, держи, заслужил, — протянул я дедку серебряную монету.

Тот проворно схватил её и сунул куда-то в глубину лохмотьев, а затем с кряхтением встал, разогнулся, щёлкнув спиной, и поманил меня в проулок.

— Пойдёмте, господин, поход в Главный храм лучше обсуждать подальше от любопытных взглядом.

Старик скрылся с глаз долой, не дав мне ответить. А я хмыкнул и пошёл за ним, готовый ко всему.

Глава 21

Проулок встретил меня глухими каменными стенами, такими высокими, что они отрезали косой солнечный свет. Здесь царил полумрак, стыдливо скрывающий горы мусора, тухнущего возле стен.

— Пойдём, пойдём, — поманил меня кривым пальцем старик и прошёл мимо примыкающего к стене двухметрового шалаша, сбитого из гнилых досок.

Вход был закрыт драной красной тряпкой, почти касающейся худющего пса с лишаём на башке. Он был так стар, что уже не обращал внимания на крыс, копошащихся в мусоре.

Меня пёс проводил безучастным взором и даже не пошевелился, когда из шалаша выскочила пара демонов с самодельными арбалетами в руках. Оба оказались крепкими, поджарыми, с сытыми мордами. А их тела скрывали грязные шаровары и безрукавки.

Впереди подле деда, остановившего в двух метрах от меня, возник третий демон, выметнувшийся из-за горы нечистот. Он был одет так же, как те двое, которые угрожающе хрипели в паре метров за моей спиной, но в его руке покачивалась сабля, а нос оказался свёрнут набок.

Демон вскинул саблю и яростно прорычал, скаля крупные жёлтые зубы:

— Деньги, пёс, или зарублю!

— Кажется, это он тебе, — иронично бросил я собаке, даже не удивившись, что оказался жертвой банального гоп-стопа.

Я давал процентов пятьдесят на то, что всё именно так и закончится. Уж больно подозрительно себя вёл старик.

— Лучше выполняй приказы, щенок! — окрысился дед и выхватил из-под лохмотьев кривой нож с самодельной рукояткой из куска дерева.

Его лицо сбросило остатки угодливости, превратившись в гротескную маску бывалого душегуба. Глаза перестали жалобно сверкать, налившись лютой злобой.

Я бесстрастно посмотрел на него и насмешливо проговорил:

— Признаться, я ещё с детства понял, что нельзя верить дедам. Мой старик обещал мне отпраздновать со мной моё десятилетие, а сам умер за месяц до него. Обманщик хренов.

— Ты что несёшь, ублюдок? От страха разума лишился? Карманы выворачивай! — выпалил губастый демон и тряхнул арбалетом, направленным на меня.

Самодельный металлический болт выглядел неказисто — ржавый, кривоватый, но ежели он попадёт в меня, то проблем доставит.

— Мы можем всё решить миром, господа душегубы. Я не стану убивать вас, ежели вы хотя бы скажете, есть ли какая-то возможность тайком проникнуть в Главный храм? Или старик всё выдумал?

— Есть, есть, — насмешливо оскалился кривоносый с саблей, — да не про твою честь!

Демоны за моей спиной грубо захохотали, не спуская с меня цепких волчьих взглядов хищников, загнавших в угол беспомощную жертву.

Да, выглядел я не очень. Чуть ли не каждому уступал в стати, а моя одежда по местным меркам не считалась богатой. Наверное, старик принял меня за бедного авантюриста, любителя приключений, ежели и имеющего магический дар, то весьма слабый.

Оставалось загадкой, почему они сразу не выстрелили в меня из арбалетов? Но я не стал искать ответ на этот вопрос. Неинтересно. Однако думаю, какая-то мотивация у них явно имелась.

— На колени и руки за голову! — сменил свои требования кривоносый с саблей, выкатив налитые бешенством глаза. — Не корчь из себя героя! Ты воняешь страхом! И даже не думай кричать. Тебя здесь никто не услышит! Вставай на колени, уродец!

— Хм, твои слова — хорошая заявка на то, чтобы умереть, — усмехнулся я.

— Ха-ха, карлик пытается нас запугать. Гы-гы! — презрительно захохотал губастый арбалетчик.

— Говорят, смех продлевает жизнь, но конкретно в твоём случае он тебя убьёт, — холодно пообещал я ублюдку и рванул в сторону, активировав «воздушный щит» так, чтобы он оказался между мной и арбалетчиками.

Те сразу же с яростными воплями выстрелили. Раздались сухие щелчки тетивы, и два кривых болта нехотя рванули в мою сторону, выпущенные слабеньким оружием, сильно уступающим по убойности нормальным арбалетам.

Один болт и вовсе ушёл в сторону. Он чиркнул по стене, высекая искру. И прежде чем та погасла, второй болт попал в «воздушный щит». Он лопнул, но отбил снаряд, который с металлическим звоном упал на скальную поверхность рядом со вздувшимся на жаре трупиком крысы. Её мёртвые буркалы отразили свет «багрового луча», вылетевшего из моей руки, вскинутой на уровень плеча.

«Багровый луч» прошёлся по мордам душегубов-арбалетчиков, заставив их упасть на мусор и истошно завопить, схватившись за дымящиеся лица с полопавшимися от страшного жара глазами и вспучившейся пузырями кожей.

— Не кричите, вас никто не услышит, — глумливо выдал я и попутно выпустил ядовито-жёлтый луч в кривоносого, бросившегося на меня с саблей в руке.

— Убью! — завопил он и попытался уклониться от магии, но расстояние оказалось слишком маленьким. Магия угодила ему в бедро, высосав из ублюдка всю выносливость.

Он издал слабый стон и рухнул к моим ногам так, словно из его тела полностью извлекли все кости.

— Боги, боги… — судорожно прошептал старик, выпучив глаза так сильно, словно собирался избавиться от них.

Он задрожал от ужаса, и резко запахло мочой. Под его левой ногой появилась жёлтая лужица, а из руки выпал нож.

Старик развернулся и рванул прочь, но тут же споткнулся об остатки прогнившего пивного бочонка. Тот хрустнул и развалился. Дедок же перелетел через него, упал на пузо и взвизгнул как породистая свинья. Сумел подняться на четыре мосла и на четвереньках пустился в бега.

Но через миг между его лопатками воткнулся