Отдел по борьбе с милицией 1 - Анатолий Евгеньевич Матвиенко

— Что случилось?

— В ваших передатчиках аккумуляторы садятся. Слышно через слово, — ответил Громов.

Айварс добавил:

— Что там записалось на магнитофон, ещё вопрос… Как в суде будут крутить зап-пись, что там расслышат про «мусарню», не знаю. Доказательства — только ваши свидетельские. Да янтарь вещдок.

— Закончим в Украине, и вали в аспирантуру Института прокуратуры, процессуалист ты наш, — на Лёню накатило раздражение: он вывалян в грязи, на Тофика бросались с ножом и лопатой, а чистоплюю доказательства не нравятся. — Сергей Михайлович, едем вместе в райотдел, а там?

— С вами к главному крышевателю копальщиков пойдёт самый старший геолог — Иванов из УБХСС. Ни я, ни Айварс не встреваем, мы не свидетели. Он вступит, когда придёт пора следственных действий, я — чтобы давать санкции. Надо вытащить этого милиционера из здания. Можем, конечно, взять здание РОВД штурмом, но у меня меньше всего желания встревать в боевые действия. Наконец, помним про запасной вариант — постучаться в местное КГБ. Но — Украина! Не исключаю, что и гебисты — местные уроженцы, что усложнит ситуацию. Всё, едем.

— Только бензин из канистр налью. Жрёт не в себя, особенно когда второй мост включён.

— У нас тоже.

Возвращаясь к своему УАЗу, Леонид усмехнулся. Главная работа прокурора — давать санкции? Давалка! Несмотря на месяцы, проведённые на службе у прокурорских, начинка до сих пор осталась милицейская с лёгкой долей презрения к новым соратникам со стороны борца с преступностью у земли и в окопах, в то время как «надзиратели за законностью» пребывают в уютно-кабинетной тиши. Правда, эти поездки, а одна кончилась пулевым ранением Громова, кабинетной деятельностью сложно назвать.

Залив бак, забрался на водительское сиденье и включил зажигание.

— Шо там? — забеспокоился янтарный добытчик.

— Их старший группы тоже пойдёт к твоему мусорку.

— Вашу мать… Я к нему сразу шоблу притараню?

— У него такой маленький кабинет, не вместит трёх посетителей? Кстати, гм, коллега-геолог, звать-то тебя как?

— Погоняло — Шнырь. Имя… отвык на него откликаться.

Постепенно разговорились. Шнырь поведал, что первая ходка у него была по малолетке, вторая — за хулиганку. Поначалу вор в законе, смотрящий за этой частью Украины, из таких начал сколачивать бригады старателей, как только наметился спрос на бурштын. Но менты, «суки позорные», оттеснили деловых, кого-то вроде даже подстрелили, целиком забрали бизнес себе. Шнырь из ОПГ перескочил в аналогичную организацию — милицию, став доверенным лицом участкового уполномоченного, по воровским понятиям — ссучился.

— Ого! У вас тут, выходит, целая мусорская мафия, а всем рулит большой ментовской генерал? — спросил Тофик.

Насколько знал судимый, единого центра украинской милицейской янтарной коза-ностры не существует. Преступную организацию такого масштаба уже давно бы накрыли комитетчики. Каждый район автономен, свою административную территорию контролирует в плане добычи начальник или замначальника РОВД, они как-то между районами контачат, набивают стрелки. Случаются споры, потому что границы районов нечёткие, проходят по болотам, к тому же распределения янтаря неравномерное, Дубровицкий район как раз не относится к богатым.

— То есть наживаются майоры-подполковники, а генералы сосут? — уточнил Тофик.

— Ну ты и лох, фраерок! Генералы руки не пачкают. Сидят по кабинетам и получают лаве за должность. И за то, что не суют рыло в дела районов, не снимают районных мусоров с тёплых насестов. Генерал в Украине всегда в шоколаде, усёк?

Ещё объяснил, что районные начальники напрямую контачат с барыгами, увозящими янтарь. Куда и почём — на уровне Шныря не известно. Если уголовник не наврал, голубая мечта УБХССников повязать на коррупции высокопоставленного чиновника тихо рассеялась. Взятки за должность передаются постоянно и понемногу. Вот если бы начальник УУР Украины лично руководил милицейской янтарной ОПГ, и его застукали на горячем, это — джек-пот! Увы, несбыточный.

За столь прочувственной беседой доехали до Дубровицы, прокатились по Ленина и свернули к РОВД, остановившись в полусотне метров, чтоб меньше бросаться в глаза.

К Леониду и Шнырю присоединился подполковник Александр Иванов из УБХСС, чисто внешне — типичный азиат с круглым лицом и восточным разрезом глаз, имя-фамилия подходили ему не больше, чем если бы в его паспорте было записано «Ицхак Моисеевич Голдберг».

Оперативный дежурный вскинул голову и всмотрелся во входящих. Леонид, чья одежда высохла, но не очистилась от грязи, выглядел не многим лучше бомжа. Хорошо хоть — выбрит, не то пришлось бы доказывать, что геолог, а не бродяга.

— Сам — у себя? — спросил Шнырь.

Офицер кивнул и не стал чинить препятствий.

Здание было чуть основательнее, чем привычный Мядельский РОВД, но столь же некрупное. Скоро здесь станет совсем тесно, коррумпированная милиция, получив увеличение штатного расписания, начнёт расползаться по ближайшим казённым строениям, захватывая тело городка как раковая опухоль. На стенде «Розшукуються» (разыскиваются) темнели нечёткие фотоснимки, под ними фамилии местных гангстеров, Леонид подумал, что Шнырь похож, по крайней мере, на троих из них, но, судя по реакции дежурного, вполне сходил за своего. Ах, да — «ссученный».

У двери заместителя начальника тот стащил кепку с головы и зажал в кулак. Ссутулился, чтоб никто его не заподозрил в горделивой осанке, только после этого осторожно постучался и приоткрыл дверь на две ладони.

— Дозвольте, Остап Тарасович?

— Чего тебе?

— Тут к вам из Москвы приехали. Двое. Геологоразведка. Говорят — нам разрешение треба на добычу янтаря.

Он больше не вставлял слова из фени, не выпендривался. Тон стал уважительный и даже заискивающий. Не абы кто в кабинете сидит, а большой босс!

Леонид отодвинул Шныря, распахнул дверь и вошёл, за ним — нерусский Иванов.

— Здравствуйте, Остап Тарасович. Старший инспектор Леонид Воронов, геологоразведка Министерства геологии СССР, Москва. Со мной старший инспектор Александр Иванов. Вот моё удостоверение, прошу прощения, оно пострадало, когда ваш человек… — он указал рукой на Шныря. — Когда ваш человек, увидев это удостоверение, отказался выполнить законные требования и направил на меня струю воды.

— Какие ещё законные требования?

— Прекратить незаконную добычу янтаря без соответствующего разрешения Мингеологии УССР. Поскольку янтарь приравнен к драгоценным камням, его незаконное извлечение из земли образует состав преступления, предусмотренного статьёй 80 УК Украины. Мы доставили вам правонарушителя, сейчас составим протокол. Изъятый янтарь в машине. Вы как начальник органа дознания вправе возбудить уголовное дело.

— Не было такого уговора! — Шнырь даже отступил на полшага, услышав про