Мифы о женщинах Средневековья. Регентши и трубадуры, пираты и еретички - Анастасия Андреевна Паламарчук

Итак, большая часть знатных нормандских семей происходила именно от союзов викингов и их конкубин. Понятие законнорожденности станет в полной мере значимым для средневекового общества только тогда, когда в этом обществе прочно утвердится представление о единственном и нерасторжимом христианском браке. Это произойдет, как уже отмечалось выше, лишь в конце XII века, то есть через сотню лет после смерти Вильгельма Завоевателя. К слову, никто из современников не осмеливался назвать его бастардом: это прозвище появится в более поздних исторических текстах.

Единственное, что мы достоверно знаем о сватовстве герцога Нормандии к дочери графа Фландрии, — жених и отец невесты ударили по рукам. Молодые вступили в брак в 1051 году без позволения римского престола. Этого позволения они добились лишь несколько лет спустя. Невеста не принесла с собой приданого в виде земель, но благодаря ей потомок викингов смог на равных вести политические игры с древними семействами, возводившими род к самому Карлу Великому.

Вероятно, со стороны эта пара смотрелась забавно: широкоплечий Вильгельм даже по современным меркам выделялся исключительно высоким ростом (около двух метров), и рядом с ним Матильда выглядела малюткой (152 сантиметра). Оба находились в лучшем по средневековым меркам возрасте: ему исполнилось двадцать три, ей — около двадцати. Сразу стало ясно, что молодые герцог и герцогиня сошлись характерами. Обоих отличала решительность, твердая воля, энергичность и при всем этом — глубокая и искренняя религиозность. В браке родилось девять или десять детей, восемь из которых дожили до зрелого возраста. Внебрачных детей у будущего Завоевателя не было — исключительная редкость для Средневековья. Супруги были сильно привязаны друг другу, а кроме того, сознательно придерживались новой по тем временам концепции единственного и нерасторжимого церковного брака. Забегая вперед, замечу, что своим сыновьям родители не смогли привить добродетель супружеской верности.

Первенцем пары стал Роберт, впоследствии прозванный Кургёзом. Как старший сын, он должен был унаследовать отцовский лен[7] — Нормандию. Дальше родились еще мальчики — Ричард, Вильгельм и Генрих. Все они получили имена в честь предков отца — графов и герцогов Нормандии. Девочки — Сесилия, Аделиза, Констанция, Матильда и Адела — были названы в честь женщин из рода матери. Можно предположить, что имена сыновей выбирал Вильгельм, а имена дочерей — Матильда.

Младших дочерей ждало достойное будущее: Констанция стала женой графа Алана Бретонского, а Аделу сосватали за графа Блуа. Родители выбрали для них партии с умом, так как и Бретань, и Блуа были соседними с Нормандией территориями. Эти браки станут основой для невероятного могущества всего клана потомков Вильгельма и Матильды уже в следующем, XII столетии.

Судьба Сесилии — вероятно, старшей из дочерей герцогской четы — отличалась от жребия сестер. Полученная Вильгельмом и Матильдой диспенсация на брак предписывала им совершить покаяние, которое в случае с герцогской четой заключалось в строительстве монастырей. Матильда основала в городе Кан женский монастырь Святой Троицы («Аббатство дам»), а ее супруг возвел в том же городе мужской монастырь Святого Стефана («Аббатство мужей»). Матильда лично позаботилась о выборе лучших сестер и настоятельницы для своей обители. В 1066 году в стены этого монастыря вступила десятилетняя Сесилия. Это был скорее знаковый жест, так как девочка была еще слишком мала для принятия монашеских обетов. В последующие годы Сесилия жила при дворе своей матери и получила блестящее по тем временам образование под руководством выдающегося интеллектуала Арнульфа Коншского[8]. При этом девушка обожала дорогие наряды и развлечения. Семье пришлось уговаривать ее вернуться в монастырь. Там, после некоторых усилий и новых увещеваний, она смогла привыкнуть к новому стилю жизни и стать образцовой аббатисой.

Как ни странно, нам практически ничего не известно о жизни еще двух дочерей герцогской четы — Аделизы и Матильды. Имя Аделизы появляется в источниках лишь однажды — в 1113 году в поминальной книге «Аббатства дам». Умерла ли она ребенком, или причина молчания крылась в чем-то другом? Имя Матильды фигурирует в нескольких дарственных, и снова — никаких фактов о ее жизни. Случай двух сестер показывает, что жизнь даже столь родовитых женщин могла бесследно исчезнуть со страниц истории.

Иллюстрация из книги Ч. А. Стотарда «Гобелен из Байе», 1823 г.

Ingalls Library, The Cleveland Museum of Art

Появление на свет здоровых ребятишек означало, что миссия герцогини Матильды как жены выполнена. Подданные Вильгельма любили и уважали ее. Очень быстро она стала влиятельным советником и значимой опорой для мужа в управлении Нормандией. Можно предположить, что Матильда была спокойным голосом разума рядом с гневливым и нередко жестоким супругом. Благодаря этому она часто выступала в качестве судьи и решала споры между нормандскими феодалами.

Герцогиня оказалась рачительной хозяйкой. После свадьбы Матильда получила в качестве дара от мужа всего лишь несколько поместий в не самой богатой части Нормандии. Однако в дальнейшем ее владения неуклонно расширялись за счет пожалований от супруга. Постепенно она начала полностью контролировать полуостров Контенен — ближайшую к Англии и потому стратегически важную нормандскую территорию. Матильда извлекала из своих земель материальную выгоду, пользуясь тем, что муж освободил от таможенных сборов тамошних торговцев и рыбаков.

Близкое родство жены с французским королевским домом означало, что герцогу Вильгельму уже не нужно было тратить силы на сдерживание главного конкурента Нормандского герцогства — Франции. Освободившийся ресурс он направил на основное дело своей жизни — завоевание короны Англии. В 1066 году после смерти бездетного Эдуарда Исповедника герцог Вильгельм предъявил права на английский трон, но, чтобы отстоять их, требовалось отправиться в Британию и пересечь с армией Ла-Манш. Герцогиня Матильда лично участвовала в подготовке военной экспедиции мужа. «Мора» — самый большой корабль, на котором через пролив должен был переправиться сам Вильгельм, его ближайшее окружение и дружина, — был выстроен и снаряжен на личные деньги Матильды. Более того, она осталась в Нормандии в качестве регента и впоследствии неоднократно исполняла эту роль в те периоды, когда ее муж был занят управлением островом.

Долгое время считалось, что по заказу или даже при личном участии Матильды был создан главный документ, из которого мы в деталях узнаём историю подготовки и сам ход завоевания Англии. Речь идет о знаменитом гобелене из Байе. В XIX столетии и Викторианскую эпоху Матильду часто изображали как скромную вышивальщицу, покорно ожидавшую мужа за рукоделием в окружении придворных дам. В реальности гобелен, по-видимому, заказал местным мастерицам епископ Одон, сводный брат герцога. Матильда же была слишком занята делами и разъездами. Ее главной задачей было не допустить мятежей или заговоров, и с этой задачей она успешно справилась. Нельзя забывать, что в год завоевания Матильда оказалась