Темный феникс. Возрожденный. Том 7 - Фёдор Бойков

планировал уничтожать монгольский очаг, но там случился разрыв реальности, который запечатать не было никакой возможности. Он расширялся и цеплялся за сам очаг, так что выбор был очевиден.

— То есть, ты предлагаешь мне подождать несколько недель, — протянул он задумчиво. — Что ж, это не такой длинный срок. И всё же, Константин, я хочу знать, почему ты выбрал местом появления мою спальню.

— Знаете, этот вопрос и меня интересует, — я влил побольше энергии во взор тьмы и принялся сканировать апартаменты его величества.

Учитывая то, что Грох стащил из сокровищницы два артефакта работы моих предков, выкованных в пламени феникса, здесь могло остаться что-то ещё, что Сердце Феникса считает принадлежащим мне или ему. В таком случае он мог направить меня прямо к артефактам, которые мне нужно вернуть. Или здесь что-то другое?

Я прощупывал каждый сантиметр императорской спальни. Михаил Алексеевич с интересом наблюдал за мной, но молчал, будто понимал, что именно я делаю. Хотя он ведь наверняка знает о том, что у Эдварда Рейнеке есть слабый дар взора, так что ничего удивительного.

— Нашёл! — я вскочил с дивана и шагнул к камину, где отчётливо пульсировала знакомая энергия тьмы. И это в покоях потомственных магов света! — Михаил Алексеевич, все ваши предшественники жили в этих покоях?

— Ну да, — он нахмурился. — Если ты разнесёшь мою спальню, то я тебя точно казню.

— Не разнесу, — я усмехнулся, нащупывая контур плетения пространственного кармана.

Пальцы сами потянули нужные нити. Плетение поддавалось неохотно, будто проверяло, имею ли я на это право. Пришлось действовать медленнее, чтобы ничего не испортить.

Судя по всему, один из предков нынешнего императора устроил тут тайник, о котором не рассказал своим наследникам. Такое бывает, если правитель гибнет, не успев передать все свои секреты.

Пока я возился с плетением, Борис почти полностью скрылся в тени. Я понимал, что ему невыносимо находиться здесь — не просто в реально мире, а в комнате сильнейшего мага света империи.

— Можешь пойти к Тарану, — сказал я, не оборачиваясь. — Только не уходите далеко.

Вместо ответа я увидел, как дрогнула тень, и в следующее мгновение мы с императором остались вдвоём. И почти сразу после этого плетение поддалось. Из пустоты выпал небольшой ларец из чёрного дерева.

— Что это? — его величество шагнул ближе. — Постой, это же герб Шаховских.

— Именно так, — кивнул я, глядя на выкованный из чернёного серебра герб на крышке ларца.

Я не стал тянуть и открыл крышку. Внутри на тёмном бархате лежал свёрнутый в трубку пергамент, а вот под ним оказался небольшой кинжал, похожий на ритуальный. А ведь Жнец говорил, что древний договор был заключён между правящим родом и родом Тишайших. Про Шаховских не было ни слова.

Мы с Михаилом Алексеевичем переглянулись и вместе развернули пергамент.

— А вот и герб моей династии, — выдохнул император. — Таким он был ещё до того, как мы стали Романовыми.

Я качнул головой и вчитался в ровные строчки.

«Я, Борислав Шаховский, пришедший из-за грани миров, именуемый ныне Стражем Порога миров, заключаю сей договор с тобой, Иван, князь всея Руси, дабы скрепить союз кровью и пламенем на веки вечные».

Мы с императором переглянулись и чуть не столкнулись лбами. Выходит, что правящий род заключил древний договор не только с родом Тишайших, но и, как выяснилось, с Шаховскими, ну или с конкретным Шаховским. Причём об этом договоре нынешний правитель не знал. Прогнав лишние мысли, я вернулся к чтению.

'Знаю, что потомки твои забудут обо мне, как и мои потомки забудут о тебе. Но в час, когда мир содрогнётся, когда грань истончится и тьма приведёт моего преемника, кровь наша вспомнит друг друга.

Я оставляю тебе, Иван, три дара. Первый — защиту от тварей, что выползут из бездны. Второй — знак, по которому твой род опознает моего наследника. Третий — право вето на любое решение моего потомка, если оно погубит людей'.

Я не верил своим глазам. Он дал право вето на решения феникса? Разве такое вообще возможно? Так, что ещё он там наобещал?

'Взамен же ты, Иван, и все потомки твои, обязуетесь не чинить препятствий моему наследнику, когда придёт его время. Не охотиться на него, не травить, не предавать, как предали меня. Дать ему всё, что он попросит для битвы с врагом или врагами, которых сочтёт угрозой миру вашему.

Если же нарушите слово, договор расторгнется сам собой, и защита падёт. И развяжутся руки у потомка моего, и получит он право на отмщение роду твоему.

Борислав, Страж Порога, рукой своею скрепил.

Иван, князь всея Руси, кровью своею скрепил'.

Я поднял глаза на императора, который резко побледнел.

— Я не знал, — прошептал он, проводя дрожащей рукой по лицу. — Не знал об этом договоре. Мои предки не знали… мы нарушили древний договор.

— Я вам верю, — искренне сказал я. — Если бы вы знали о договоре, то не допустили бы травли тёмных, не давили бы мой род, пытаясь лишить его последнего наследника.

— Погоди, — Михаил Алексеевич тряхнул головой. — Сейчас.

Он поспешил к одной из стен, где располагался сейф. Его мой взор тоже показал, но ничего интересного среди его содержимого не было.

Я деликатно отвернулся, пока его величество открывал сейф. Через пару минут он вернулся ко мне, протягивая точно такой же пергамент.

— Читай, — сказал он.

Я пожал плечами и развернул скрученный лист.

'Я, Иван, князь всея Руси, заключаю сей договор с родом Тишайших, дабы упрочить власть свою и потомков своих на веки вечные. Знаю, что сила Стража Порога велика, но одному ему не удержать грань миров. Посему призываю в союзники тех, кто живёт в тени, тех, кто видит то, что сокрыто от других. Тишайшие станут щитом моим и мечом моим в час, когда тьма внешняя сменится тьмой внутренней.

Взамен же я и потомки мои обязуемся не чинить препятствий Тишайшим в их охоте на врагов рода человеческого, давать убежище и защиту тем из них, кто попросит, и беречь их, словно братьев по крови. Пока жив хоть один из Тишайших, будет жив и род наш, и мир стоять.

Иван, князь всея Руси, рукой своею скрепил.

Серафим, глава рода Тишайших, кровью своею скрепил'.

— И что это значит? — я прекрасно понимал, что держу в руках тот самый договор, о котором говорил Жнец.

Только вот он был полной копией договора с фениксом. Даже кровавые отпечатки и ритуальная вязь была идентичной. Похоже, этот Иван был неглупым мужчиной, раз сумел повторить магический договор и не ошибиться ни