Мальчишки в наследство. Спаси мою любовь - Вероника Лесневская

Я совсем не умею лгать и лицемерить. Всегда делаю то, что велит сердце. Поступаю, как чувствую.

В конце концов, я просто не подхожу ему…

- Я не справлюсь, - выдыхаю вслух, обреченно прикрыв глаза.

- Назвалась невестой – полезай под венец, - насмешливый мужской голос заставляет меня вздрогнуть.

Резко выпрямляюсь, смахиваю изящный клатч в раковину – и, испугавшись за дорогую вещь, тут же хватаю его. На секунду забываю о незваном госте, сосредоточившись на сумочке. Промокнув капли воды, бережно обтираю ее салфетками.

- Ты чересчур пугливая. Хотя с моим братом это не удивительно, - шаги приближаются. – Однако боишься ты его зря. Виктор только внешне такой мрачный и грубый. А к тебе всегда будет относиться с трепетом и заботой. Воскресенские своих женщин не обижают, разве что по глупости, - вздыхает и осекается, будто вспомнив что-то из своего прошлого.

- Константин, это женский туалет, - воспользовавшись паузой, я прихожу в себя и строго его отчитываю. – Выйдите, пожалуйста.

Ухмыляется в ответ, но не слушается. Весь в брата.

- Лиля, я живу в цветнике, - нагло становится у соседней раковины, открывает воду. – У меня дома все туалеты априори женские. Так что я привык.

- Мы не у вас дома. Я не хотела бы, чтобы меня застали здесь в компании постороннего мужчины, - пытаюсь пристыдить его, но Константин и бровью не ведет. Он еще более непрошибаемый, чем Виктор.

- А я бы посмотрел на реакцию братца, - помыв руки, встряхивает ими. – В такие моменты он ведет себя, как школьник. И не скажешь, что старше меня.

- Вы ведь не случайно сюда зашли? – становлюсь вполоборота к нему, и он зеркалит мою позу. – Хотели сказать мне что-то? Так не тяните, - приподнимаю с вызовом подбородок.

- Хм, я был уверен, что это у тебя есть ко мне вопросы, - неожиданно заявляет, вгоняя меня в краску. – Пока Виктора нет рядом, можешь смело их задавать.

Смотрит так, будто видит меня насквозь. От цепкого зрительного контакта мне становится не по себе. Сбежав от Виктора, я теперь остро нуждаюсь в нем и хочу вернуться под его крыло. Парадокс, но с ним комфортнее, несмотря на окружающую его мрачную пелену, которой он будто огородился от меня.

- Вы ошиблись, - пожимаю плечами и огибаю Константина по широкой траектории.

Берусь за ручку двери, нажимаю, однако сразу отпускаю, и она с щелчком возвращается на место.

- Мне показалось, тебе на него не плевать, - с претензией выпаливает мне в спину.

В сознании всплывает наставление Виктора. Он повторял, что я должна довериться Константину после…

Опускаю ресницы и сжимаю кулаки, врезаясь ногтями в ладони. Больно, но далеко не так, как в груди.

Понимаю, что мне действительно нужна помощь. Сейчас, а не «после»… Потому что я не могу этого допустить…

Глубокий вдох. Голова кружится от кислорода и нервов.

Выпускаю воздух через нос. Оглядываюсь. Надеюсь, я не пожалею об этом, но замкнутый, молчаливый Виктор сам не оставил мне выбора.

- Вы знаете что-то о его болезни? – уточняю тихо, но Константин будто читает по губам. Или заранее знает, что я скажу. Победно усмехается. – Ему правда никак нельзя помочь?

- Понятия не имею, - невозмутимо хмыкает, забирая у меня хрупкую надежду. - Мы с детства не общались. Совсем, - прячет руки в карманы, надвигаясь на меня. - А недавно Виктор заявился в мою фирму с необычной просьбой помочь ему пристроить детей. Как я мог отказать? Сама понимаешь, последняя воля…

- Не смейте, - перебиваю его, не позволив договорить. А он вновь ухмыляется, наблюдая за каждым моим жестом. – Почему не общались? Вы же братья, - аккуратно перехожу в наступление. Константин ведет какую-то свою игру, а я должна понимать, подходят ли мне ее условия. Если он против Виктора… то нам точно не по пути.

- Братья, - соглашается, перекатывая на языке этот статус, будто привыкает к нему. - По отцу. Матери разные и, так сказать, соперницы. Папашка у нас был тот еще… бабник, - отворачивается на секунду, переводя дыхание. Злится, но гасит эмоции, скрывая их под сарказмом. - Я ненавидел его, а заодно и Виктора. Внешне он – копия отца.

- Но… вы с Виктором похожи, - отмечаю, окинув взглядом темноглазого брюнета. – Значит, оба в папу?

- Могла бы тактично промолчать, - хрипло смеется, однако дальше говорит серьезно и с тоской: – Я ничего не знаю о Викторе. О том, как он жил все это время, с кем. Кто его друг, кто враг. Какие у него родные и близкие. Ровным счетом ни-че-го. Я с собственными племянниками на днях познакомился…

- Значит, вы мне не поможете, - разочарованно поворачиваюсь к выходу.

- Однако я хотел бы наверстать упущенное, - звучит совсем тихо, но с горечью и искренне. – Для этого мне надо, чтобы этот засранец выкарабкался, - Константин приближается, касаясь моего плеча. – Виктор очень скрытный. Почти ничего не рассказал мне. И снимок МРТ буквально выхватил из рук. Были бы у меня детали, зацепки. Хотя бы имя лечащего врача, чтобы я мог его потрясти…

- Я найду все, что нужно, - резко оглядываюсь и охотно отзываюсь, сама испугавшись своего грозного, уверенного голоса.

- Не боишься разозлить Виктора? – удивленно взметает брови.

- Чем? – с показным равнодушием пожимаю плечами. – Он ведь сам приказал верить вам и слушаться только вас. Я это и делаю.

- Ты хитрая, - проглатывает смешок и откашливается. – Историю болезни он хранит в закрытом ящике стола в своем кабинете, - бросает как бы невзначай и протягивает мне визитку: - Можешь звонить мне в любое время.

- Поняла, - прячу карточку в клатч.

- С семьей тебя еще не знакомил?

- Нет. Сказал, что незачем спешить. Обещал представить им меня после заключения брака, - сообщаю с оттенком обиды. – Зато упоминал сестру Аду, которой принадлежит филиал компании, но управляет им по факту ее муж – Тимур Османов.

- Этих я уже