Военная организация поздней Римской империи в 353-395 гг. На пути к разделению империи. - Евгений Александрович Мехамадиев

Согласно сведениям жития, для ареста Конона и его последователей в Исаврию был отправлен Магн — «некий начальник, который обладал властью в соответствии с царским указом и распоряжениями» (Μάγνος τις ήγεμών εχων έξουσίαν έκ βασιλικής άντιγραφής καί προσταγμάτων)[315]. Б. Поттье идентифицировал «начальника» (ήγεμών) Магна с викарием диоцеза Азия Флавием Магном, занимавшим свою должность в 352–354 гг.; по мнению исследователя, именно Флавий Магн был отправлен в Исаврию в 354 г. для подавления мятежей исавров. Соответственно, Б. Поттье пришел к выводу, что история о «начальнике» Магне, рассказанная в житии, в реальности отражает события 354 г. Исследователь заключил, что благодаря истории о «начальнике» Магне автор жития превратил карательную экспедицию против грабительских банд исавров в гонения на христиан, живших в Исаврии, при этом поместив данные события в I в. н. э.[316]

Мы согласны с позицией исследователя, она кажется нам аргументированной, поскольку эпиграфические документы из городов Траллы и Эфес подтверждают присутствие чиновника по имени Флавий Магн в пределах диоцеза Азия в 352–354 гг., в тот период он действительно занимал должность викария[317]. С учетом позиции Μ. Кристоля и Т. Дрю-Бира, предположивших, что административным центром диоцеза Азия был город Лаодикея на юго-западе Малой Азии (вопреки предшествующей историографии, полагавшей, что резиденция викария находилась в Эфесе)[318], мы можем заключить, что, скорее всего, Флавий Магн (= «начальник» Магн из жития св. Конона) прибыл в Исаврию из Лаодикеи (сама же Лаодикея в римский период находилась в провинции Фригия Пакатиана[319]).

Еще один аргумент в пользу выводов Б. Поттье: как показали в своих исследованиях Б. Шоу, Н. Ленски и А. Левин, начиная со времен Октавиана Августа и вплоть до 354 г. ни одна военная экспедиция, проведенная римлянами против горных исавров, не возглавлялась чиновником по имени Магн; в различные периоды боевыми действиями руководили некий Плавтий Сильван (6 г. н. э., известен по сведениям Диона Кассия), Луций Вителлий, наместник Сирии (30-е гг. I в. н. э., известен по сведениям «Анналов» Тацита), наместник Ликии Вераний (40-е гг. I в. н. э., известен благодаря надписи АЕ 1953, по. 251), некий Курций Север (51 г., вновь «Анналы» Тацита), Камизолей (Camisoleus, период императора Галлиена (253–268 гг.), по данным сборника «Писатели истории Августов»), император Проб (правил в 276–282 гг., возглавил экспедицию лично, по данным «Писателей истории Августов») и наконец викарий диоцеза Азия Скилакий, 343 г. (известен по сведениям греческого ритора Гимерия)[320].

Судя по всему, пребывание Флавия Магна на территории Исаврии было временным: как проследила Μ. Кастелло, уже в 356–358 гг. этот чиновник получил должность проконсула Азии[321], следовательно, в 356–358 гг. Флавий Магн вновь должен был размещаться в Лаодикее. Вместе с тем временное пребывание Флавия Магна в Исаврии довольно подробно отразилось в сведениях «Жизни св. Конона»: эти сведения проливают свет на вопрос о функциях и территориальном размещении местных пограничных гарнизонов Исаврии.

Согласно тексту жития, незадолго до военной экспедиции Флавия Магна вблизи города Исаврополь проводились празднества в честь дня рождения бога Аполлона, в празднике участвовали «жители Исаврополя и окрестной земли» (τοίς τήν Ίσαυρόπολιν [καί τήν περί αύτήν χώραν] οίκοΰσιν). Когда к месту проведения праздника прибыл св. Конон, чтобы начать проповедь среди язычников и обратить их в христианскую веру, он «увидел их вооруженными» (θεασάμενος αύτούς ένοπλους) и спросил, почему они почитают Аполлона, а также уточнил у них: «…не призывает ли вас к войне какая-либо необходимость» (μή τις ύμάς άνάγκη πολέμου καλεί). Те же ответили, что «он (т. е. Аполлон. — Е. Μ.) вооружает нас и усиливает в войнах [так же], как и наших предков. Ведь они передали нам этот обычай» (αύτός ήμας καθοπλίζει καί κατισχύει έν πολέμοις ώς καί τούς πατέρας ήμών έκείνοι γάρ παρέδωκαν ήμίν τούτο τό έθος)[322].

Св. Конон успешно провел свою миссию и обратил в христианство многих местных язычников. В результате, когда через некоторое время в Бидану, где жил Конон, прибыл «начальник» (ό ήγεμών) Магн и арестовал святого, об этом «услышали жители главного города Исаврии» (άκούσαντες οί τής Ίσαύ — ρων μητροπόλεως), т. е. Исаврополя, поскольку именно о нем идет речь во всем тексте жития[323]. По словам автора жития, «многочисленные толпы вооруженных людей в спешке собрались [вместе] и устремились против него (т. е. Магна. — Е. Μ.)» (μετά σπουδής συναχθέντες όχλοι πολλοί ένοπλοι κατέδραμον προς αύτόν) с целью «оказать помощь святому Конону» (εις βοήθειαν τού άγιου Κώνωνος)[324]. Вооруженным жителям Исаврополя удалось освободить Конона из тюрьмы, в которую его бросил Магн, сам же Магн бежал в город Иконий (Конья), где он укрылся от преследовавшей его разгневанной толпы.

Автор жития называет жителей Исаврополя «мужами и женщинами исав-рийскими» (άνδρών τε καί γυναικών Ίσαύρων), подчеркивая, что они собирались для праздничных церемоний в честь Аполлона «в некой пещере» (έν σπηλαίφ τινι), сама же пещера, по словам автора, «находится в диких и огромных горах» (έν άγρίοις καί άνυπερβάτοις όρεσιν κείμενος). Но этот же факт позволяет предположить, что автор четко разделял местное гражданское население Исаврии, проживавшее в городах и подчинявшееся римской администрации, и дикие горные племена исавров, которые постоянно грабили равнинные территории провинции. В самом деле, согласно сведениям текста, «весь Тавр (горная цепь в Юго-Восточной Малой Азии, Исаврия и сопредельные с ней провинции располагались как раз вдоль этих гор. — Е. Μ.), находящийся поблизости, был заполнен многонаселенными деревнями, расположенными в горах и заросшими лесом, там правили тираны, жившие по своим законам» (πας ό προσπαρακείμενος Ταύρος έπεπύκνωτο τής των κωμών πολυανδρίας έπ' όρεσι κειμένων άλσωδών, όθεν τύραννοι καί αύτόνομοι ύπήρχον)[325].

Сама деревня (община) Биданы, где родился Конон, располагалась, по словам автора жития, вблизи некой горы Диграмм (τό Λίγραμμον όρος), которая в тексте даже названа «разбойной» (ληστρικόν όν): речь здесь идет о диких исаврах, которые спускались с горы и грабили окрестных жителей, более того, агиограф упоминает и «предводителя разбойников» (άρχιληστήν) — некоего Котиса (Κότιν)[326]. Сами же горные исавры получают от автора только негативные характеристики: «самые ужасные исавры, имеющие логово в горах, страшные на вид и живущие в диких деревнях» (πονηροτάτους Ίσαύρους έν όρεσιν έμφωλεύοντας, φοβηράς τάς όψεις καί άγριας τάς κόμας έχοντας)[327].

Следовательно, мы можем предположить, что в реальности вооруженные жители Исаврополя отправились в горные ущелья не для того, чтобы провести праздничные церемонии в честь бога Аполлона, а чтобы отразить очередной набег горных исавров, точнее — чтобы провести карательную экспедицию против грабителей, укрывшихся в горах. На наш взгляд, совершенно неслучайно жители Исаврополя названы в тексте