Отвергнутая жена. Ведьмина аптека на Драконьей улице - Виолетта Вейл

стояли возле ступеней. Кто-то принес складные стулья для пожилых. Ора раздавала хлеб. Городская стража наблюдала, но не вмешивалась.

— Вы нашли главное несоответствие, — сказала я Леоне.

— Нашла два.

— Кассиан объяснит их ошибками секретарей.

— Тогда придется объяснить, почему все ошибки работают только против тебя.

Она поправила папку.

— Пока дело не выиграно.

— Знаю.

Северин вышел из зала позже.

Он остановился на расстоянии.

— Можно подойти?

— Да.

— Сообщение из лечебного пункта. Новых тяжелых случаев нет. Финну лучше.

Я почувствовала, как напряжение в плечах стало слабее.

— Кто сообщил?

— Городской посыльный. Письмо адресовано тебе.

Он протянул сложенный лист.

Тея написала коротко:

«Температура у Финна ниже. Ранд встал. Новый пациент один, состояние среднее. Раствора достаточно. Не уходите с заседания из-за нас».

Внизу она добавила:

«Финн требует написать, что вы обязаны победить. Я отказалась включать это в медицинский отчет».

Под строкой стояла приписка другим почерком:

«Все равно обязаны. Финн».

Я сложила лист.

— Спасибо.

Северин кивнул.

— За показания тоже, — сказала я.

— Я сообщил правду.

— И знали, что она повредит вашему положению.

— Это не делает ее менее обязательной.

Он не ждал благодарности.

Вернулся в зал раньше нас.

Комиссия появилась через двадцать минут.

Мы заняли места.

Председательствующая зачитала промежуточное решение.

До завершения проверки вина Миреллы Морвейн в распространении пепельной лихорадки не установлена.

Окончательное лишение лицензии не применяется.

Аптека остается опечатанной до выяснения происхождения серой примеси.

Я сохраняю право работать в чрезвычайном лечебном пункте под руководством господина Сейна.

Сторонам предоставляется сорок восемь часов для дополнительных доказательств.

Королевская лечебная коллегия обязана передать комиссии:

исходные анализы моего источника;

результаты проверок партии Р-17;

журналы выдачи гасителя;

имя автора раннего сообщения о вспышке;

сведения о Варе Дорене и Риле Дасте.

Леона медленно выдохнула.

Это не было победой.

Но Кассиан не получил ни закрытия дела, ни изъятия наших документов, ни признания серого пепла результатом моей работы.

Председательствующая закончила:

— До нового заседания стороны не имеют права публично объявлять виновных. Все медицинские образцы сохраняются в текущих хранилищах. Любая попытка уничтожения или перемещения будет рассматриваться как вмешательство в расследование.

Кассиан поднялся.

— Коллегия исполнит требования.

Он говорил так, словно решение его полностью устраивало.

Это насторожило меня сильнее открытого недовольства.

После заседания мы задержались для подписания протокола.

Леона спорила с секретарем о формулировке одного пункта. Северин разговаривал с представителем Совета у противоположной стены. Ивара собирала копии документов.

Я вышла в коридор одна.

Кассиан ждал возле окна.

— Госпожа Морвейн.

Я остановилась.

— Магистр Реваль.

— Нам следует поговорить без комиссии.

— Мой представитель сейчас подойдет.

— Разговор займет минуту.

— Тогда успеете повторить при ней.

Он посмотрел на дверь зала.

— Вы всегда были осторожны. Беатриса воспитала вас правильно.

— Вы знали ее хуже, чем утверждаете.

— Напротив. Мы много лет обсуждали лекарственные основы.

— На трибунале вы сказали, что не видели ее исследования серого остатка.

— Не видел полного отчета.

— Только часть?

Кассиан не ответил прямо.

— Мирелла, вы оказались в центре дела, масштаба которого пока не понимаете.

— Объясните.

— Не здесь.

— Тогда говорить не о чем.

Я собиралась пройти мимо.

— Я могу снять обвинение коллегии, — сказал он.

Я остановилась.

— Вы не комиссия.

— Но без нашего заключения дело потеряет медицинское основание. Аптеку откроют. Лицензию восстановят после обычной проверки. Пациентов Драконьей улицы переведут под наблюдение специалистов.

— Что требуется взамен?

— Отдайте записи Беатрисы.

Он произнес это спокойно.

Словно предлагал обменяться книгами.

— Какие именно?

— Все, что нашли в тайнике.

— Вы уверены, что тайник существовал?

— Нападавшие забрали оттуда журнал.

— Откуда знаете?

В его взгляде появилась едва заметная настороженность.

— Следствие сообщило о краже документов.

— О расположении тайника в официальном отчете нет.

Кассиан помолчал.

— Значит, мне неверно пересказали подробности.

— Кто?

— Сейчас это не важно.

— Для меня важно.

Он сменил тему:

— Отдайте копии и подпишите заключение, что серый остаток появился в результате нестабильного разделения. Никто не потребует признания умысла. Вы сохраните профессию.

— А пациенты продолжат принимать препараты.

— Подозрительные партии будут отозваны.

— Какие?

— Те, где действительно нарушено хранение.

— Серый пепел не появляется из-за сырого склада.

— Вы еще не знаете его происхождения.

— А вы знаете?

Кассиан посмотрел мне в лицо.

— Я знаю, что страница сорок вторая не доказывает того, что решила Беатриса. Сравнение «Рекорда-четыре», белого женского состава и городского настоя проведено на слишком малом числе образцов.

Я ничего не ответила.

Страница сорок вторая.

Именно на ней Беатриса сравнила три препарата и впервые записала название «серый пепел».

Мы не передавали эту страницу комиссии.

Не показывали Иваре.

Не прилагали к отчетам Сейна.

Оригинал украли во время нападения.

Копию видели только я, Тея и Леона.

Кассиан понял ошибку.

— Беатриса упоминала опыт в разговоре, — сказал он.

— Когда?

— За несколько дней до смерти.

— Вы только что утверждали, что она сравнила слишком мало образцов. В разговоре Беатриса назвала вам номер страницы?

— Не цепляйтесь к случайной формулировке.

— Вы видели журнал.

— Нет.

— Или получили его после нападения.

Его лицо осталось спокойным.

Только голос стал холоднее.

— Отдайте документы, Мирелла. Тогда вам не придется терять еще один дом из-за желания доказать чужую вину.

— Угрозы тоже входят в предложение?

— Это предупреждение.

— Предупреждения фиксируют при свидетелях.

Я открыла дверь в зал.

— Леона!

Кассиан отступил.

К тому моменту, когда она вышла, он уже шел к лестнице.

— Что случилось? — спросила она.

— Он предложил снять обвинения в обмен на записи Беатрисы.

— Прямо?

— Да.

— Еще что?

— Назвал страницу сорок вторую.

Леона застыла.

— Мы ее не представляли.

— Знаю.

— Ивара могла видеть?

— Нет. Мы скрыли тайник до ее прихода. В выписках номер страницы изменен.

— Значит, оригинал у него.

— Или он видел его до смерти Беатрисы.

— На трибунале сказал, что полного исследования не видел.

Я открыла папку с нашей рабочей копией.

Страница сорок вторая была на месте.

Три формулы.

Три разных препарата.

Одна общая основа.

Внизу рукой Беатрисы написано:

«Совпадение не случайно. Проверить, кто контролирует производство».

Кассиан знал не только номер.

Он знал содержание и количество образцов.

Леона закрыла папку.

— У нас