Предатель. Буду счастлива без тебя - Тая Наварская

– Да ладно вам, научитесь. Самое время осваивать новые горизонты!

– Ну... Я даже не знаю...

Мне очень хочется помочь этой милой доброй женщине, поэтому я заставляю ее записать свой номер телефона. Дескать, если надумаете сходить на собеседование – обязательно позвоните.

Понаначалу она отнекивается, но в конце концов сдается под моим напором и многократно благодарит меня за участливость.

Мы тепло прощаемся. Я продолжаю свой прерванный путь на работу, параллельно размышляя о том, что женская солидарность — все-таки чертовски классная штука!

Эпилог

Полгода спустя.

– Хочешь еще клубники? – интересуется Денис, поглаживая меня по руке.

– Нет, спасибо. Я наелась, – отзываюсь с улыбкой.

Закутавшись в пледы, мы сидим на террасе и наблюдаем за тем, как в небе медленно догорает закат. На лужайке перед домом резвятся девочки – Карина и Катюша – а вслед за ними, весело тявкая, бегает наш новый питомец – шпиц по кличке Фунтик.

Изначально идея завести пса принадлежала Карине. Потом ее ожидаемо подхватила Катюша, ну а после и я неожиданно для себя поняла, что тоже хочу стать хозяйкой собачки, внешне напоминающей плюшевую игрушку.

В общем, наш женский коллектив объединился и начал операцию по подготовке Звягинцева к этому событию. Но, как ни странно, Денис совсем не был против. Даже уговаривать не пришлось. Буквально через пару дней он связался с заводчицей и представил нашему вниманию нового члена семьи. Очаровательного белого пушистика, который с первых минут вызвал всеобщий восторг.

На тот момент мы с Катюшей уже больше месяца жили в доме Звягинцева, так что общий питомец стал финальным пазлом в деле нашего окончательного переезда.

Поначалу я хотела сдавать свою квартиру в аренду, но Денис сказал, что в этом нет нужды. Дескать, жаль портить хороший дизайнерский ремонт. А денег нам и так хватает.

– Нина звонила, – немного помолчав, говорю я. – Хочет завтра приехать в гости с Дашкой.

– У моей сестры опять что-то стряслось? – иронично хмыкает Звягинцев.

– С чего ты это взял?

– Нина никогда не приезжает в гости просто так. Только по делу или если с ней приключилась какая-нибудь необыкновенная история, которой ей не терпится поделиться.

Усмехаюсь.

А что? Денис неплохо изучил свою сестру. Когда я говорила с Ниной по телефону, мне и вправду показалось, что она не на шутку взбудоражена. Я попыталась выяснить, что именно произошло, но она буркнула, что расскажет обо всем завтра и сбросила вызов.

– Интересно, – роняю задумчиво, – когда Катя с Каринкой вырастут, они будут так же близки, как сейчас?

После переезда девочки поселились в одной комнате и стали величать друг друга сестрами.

– Думаю, да. Ведь они будут взрослеть вместе.

Невольная улыбка раздвигает губы.

– Ты говоришь об этом так уверенно, будто даже не допускаешь вероятности, что может сложиться иначе.

– А я и не допускаю, – Денис продолжает невозмутимо вырисовывать невидимые узоры на моей ладони.

– Но... Ведь мы можем расстаться, – озвучиваю кажущуюся мне очевидной мысль.

– Разве? – Денис с сомнением вскидывает бровь.

Разумеется, я хочу, чтобы наши отношения продолжались как можно дольше. Желательно – до самой смерти. Но жизнь такова, что нельзя загадывать наперед. Случиться может всякое.

– Ну да, – пожимаю плечами. – Ты можешь меня разлюбить. Или устать от моего характера. Или найти другую.

– Кстати, об этом, – Денис направляет на меня серьезный взгляд. – Я решил, что хочу провести с тобой всю оставшуюся жизнь. Поэтому сценарии про «другую» и «разлюблю» отметаются.

– Ты решил? – меня пробирает смех. – Вот так вот запросто?

– Ну да. А зачем усложнять? Я люблю тебя, ты любишь меня, мы прекрасно совпадаем в быту и сексе. Что еще нужно для полного счастья?

– Пожалуй, ничего, – хихикаю.

Его аргументы звучат настолько железобетонно, что мне просто нечем возразить.

– Вот и я так думаю, – удовлетворенно изрекает Денис. – Поэтому хочу отдать дань традициям и подкрепить свое намерение вот этим.

Звягинцев наклоняется вперед, протягивает руку под дно небольшого плетеного столика и неожиданно достает оттуда аккуратную бархатную коробочку, подозрительно похожую на ту, что продают в ювелирных.

– Что это? – интересуюсь резко севшим голосом.

– Ты меня знаешь, я не очень люблю всю эту пафосную лабуду, но... Ты ревёшь практически над каждой романтической мелодрамой, поэтому я хочу сделать это красиво. Ради тебя, Вер.

Ошалело распахнув глаза, наблюдаю за тем, как Денис встает с кресла и опускается передо мной на одно колено.

– Говоря по правде, до нашей встречи я думал, что так и помру холостяком. Но потом в моей жизни появилась ты, и я наконец понял, о чем были написаны стихотворения, которые я читал еще в школе, – Денис открывает бархатную коробочку, и моему взору открывается невероятной красоты кольцо с большим прозрачным камнем по центру. – Ты показала мне, что такое настоящая любовь, Вер. Научила доверять и получать удовольствие от отношений. Мне с тобой хорошо. Ты мой дом, мой друг и моя крепость. Давай не будем размениваться и рушить то, что построили. Давай будем вместе. Навсегда.

На глаза нaворачиваются слезы.

Изо рта вылетает приглушенный всхлип.

Слова Дениса – такие простые и в то же время такие искренние – зацепили потаенные струны моей души и вызвали настолько сокрушительный всплеск эмоций, что я начисто потеряла дар речи.

Только и могу что восторженно улыбаться и потрясенно хлопать ресницами.

– Ты согласна, Вер? – с улыбкой продолжает Денис. – Станешь моей женой?

– Господи... Ну, конечно! Конечно, стану! – я бросаюсь ему на шею и едва не сбиваю с ног. – Я и подумать не могла, что ты... Что мы... Ты ведь был противника штампа в паспорте!

– Я был противником штампа ради штампа, а ради достойной женщины можно хоть все документы проштамповать.

Звягинцев говорит что-то еще, но я почти его не слушаю. Покрываю поцелуями его глаза, лоб, губы. Ласкаю, трогаю, трусь щекой. В общем, без стеснения выплескиваю на него всю гамму обуявших меня чувств.

– Погоди-погоди, – смеется он. – Кольцо! Ты его хоть примеришь? А то я два дня по ювелирным таскался...

– Давай сюда!

Я выхватываю из коробочки украшение и водружаю его на безымянный палец.

– Ну надо же! – восклицаю с восторгом. – Село как влитое.

– И правда,