Однажды 30 лет спустя - Лия Султан

— Лиза, ты просто знай, что я порву за тебя любого, я могу даже убить. Я ведь и гниду сегодня чуть на тот свет не отправил. И отправил бы, если бы Даник не остановил. Но я ужаснулся потом, когда все закончился, что мог. Мог убить.

— Тише, тише, мой хороший, — успокаиваю его, а сама дрожу.

— Я вспыльчив. Ты и сама видела. А сегодня не контролировал себя, столько злости во мне. И если ты примешь меня таким, я обещаю стать лучше для тебя.

— Ты уже для меня самый лучший. Лучше не бывает.

Игорь поднимает на меня усталые, воспаленные глаза, а я взяв его лицо в ладони, долго всматриваюсь в них.

— Спасибо, что боролся за меня, Игорь. Спасибо, что ты искал. Я люблю тебя, как в тот первый день. Даже сильнее. С каждым днем сильнее тебя люблю уже не той юношеской любовью, а взрослой, настоящей. Будь тем, кто ты есть, потому что я люблю тебя любого.

И больше слов не надо, поэтому я целую его, обнимаю, сама тяну вверх свитер и бросаю его в сторону. Я хочу любить этого мужчину столько, сколько позволит мне Бог. Но я буду молить его, чтобы он дал нам больше времени и здоровья испытать то, чего мы были лишены все эти тридцать лет.

Глава 44

Месяц спустя

Лиза

Сидя на идеально белом и гладком бортике ванной, смотрю, как наполняется горячая вода и на поверхности образуется ароматная пена, которую я купила сегодня днем в лавке на стамбульском рынке.

Только подумать, я в Стамбуле! В городе, куда мечтала когда-нибудь съездить, но все время откладывала. Я была, как говорится в ближнем зарубежье. Сначала в Баку, затем в Тбилиси с дочерью. Еще на Иссык-Куле в Кыргызстане. Но Стамбул так и оставался моей несбыточной мечтой. И вот я здесь, в шикарном гостиничном номере, с террасой и видом на Босфор, в просторной ванной в восточном стиле, где на мраморной столешнице раковины горят свечи из пчелиного воска, зажгла их и вдохнула сладко-медовый аромат.

В мягком полумраке смотрю на себя в зеркало и не могу поверить, что в отражении на самом деле я. Еще осенью эти голубые глаза не светились так, как сейчас. В них не было огня, жизни, энергии. А сама я жила в привычном и понятном графике дел и забот. И куда занесла меня жизнь?

Приглаживая пальцами нежный шелковый пояс халата цвета слоновой кости, улыбаюсь воспоминаниям. Вероника заставила меня купить этот комплект, когда увидела, что я беру с собой в Стамбул.

— Мама, ты с ума сошла брать в медовый месяц вот эту бабскую пижаму? — воскликнула она, размахивая перед носом штанами.

— Они удобные, — пыталась выхватить их из ее рук, но не получилось.

— Мам, ну удобные, носи их просто в номере, но спать-то надо в красивом. Ну что это такое?

— Игорю все равно! — парирую я. — Ему и так нравится

— А понравится еще больше, если ты будешь в красивом шелковом пеньюаре и халатике.

— Я не люблю короткое. У меня целлюлит!

— Не хочешь короткое, выберем тебе длинное. Собирайся.

Она бросает скомканные штаны на кровать и идет в прихожую.

— У тебя гормоны шалят, дорогая? Куда ты собралась?

Гормоны у Ники шалили не зря, потому что она в положении и скоро подарит нам еще одну внучку или внука. Как Бог даст.

— Мы с тобой едем в “Гранд Парк”, там есть отдел нижнего белья. Ди, собирайся, мы с бабулей в торговый центр.

— Ура! — внучка откладывает в сторону планшет и спрыгивает с дивана.

Да, мы все еще живем в моей малогабаритной двушке, потому что Игорь просто привез ко мне вещи, да так и остался. В его квартире я была. Она в двух шагах от моей работы, но далеко от дочери. Просторная, светлая, но в то же время будто пустая, холодная. Поэтому он и говорил, что у меня ему нравится больше.

Еще до свадьбы Игорь пришел как-то с работы и сказал:

— Так привык ездить сюда по всем пробкам мира, что решил купить квартиру в этом районе.

Но я-то знаю настоящую причину. Он не хотел отрывать меня от дочери и внучки, ведь теперь мы с ним вместе отводили Диану в садик по утрам, периодически встречая там Виктора. Тот дружелюбно здоровается с нами, кивает на прощание и идет по своим делам. Я искренне желаю ему счастья, от всего сердца.

А квартиру Игорь все-таки купил, и весной нас ждет ремонт.

Мы поженились неделю назад. Это была тихая, маленькая регистрация и такое же небольшое празднование в ресторане, куда мы позвали только самых близких: дочь, зятя, внучку, семью Ибрагимовых, моих сватов и сына Игоря с его невестой. Коля даже пошутил, что папа опередил его и оказался шустрее.

Коля Завьялов… Когда я увидела его, думала в обморок упаду. Насколько Ника похожа на меня в юности, настолько и Николай похож на своего отца. И это удивительно и невероятно, чудны дела твои, Господи!

Он одного роста с Игорем, но не такой крепкий и широкоплечий. Носит очки, гладко выбрит, серьезен, но видно, что у него хорошие, доверительные отношения с отцом. Меня, к счастью, принял и после свадьбы сказал, что никогда в своей жизни не видел папу таким счастливым. Мне показалось, в его словах было немного грусти и сожаления, ведь Игорь сам признавался, что не любил маму Коли, а мальчик, видимо, это чувствовал.

В медовый месяц мы в итоге уехали в конце февраля, когда мне, наконец, дали отпуск. Теперь я работаю по новому графику и выхожу только в будни. Знаю, что Игорь хотел бы посадить меня дома, но я решила, что буду стричь, пока руки держат ножницы, а ноги — меня. Девочки на работе в шоке, что я вышла замуж за Игоря Сергеевич, а Алина даже немного обиделась, что я увела у нее клиента, ведь теперь его стригу я, и обычно он приезжает в конце рабочего дня, чтобы никто нам не мешал. Больше всего он любит, когда я мою ему голову. Так и признался недавно, что его возбуждают мои пальцы. И вообще все началось именно с них и именно здесь, в этом салоне.

Ванна наполнилась, я выключаю кран и опускаю пальцы в воду, чтобы проверить температуру. Горяченько, но