Кристофер Нолан. Архитектор реальности. От «Тарантеллы» до «Довода» - Гийом Лабрюд

падают?» – вспоминает Брюс вопрос, заданный ему в детстве Томасом Уэйном, когда тот отправился за ним на дно пещеры, где родилось его альтер эго, – Брюс вспоминает его именно в тот момент, когда в очередной раз терпит неудачу в восхождении к свету.

Это воспоминание приходит вскоре после галлюцинаторного видения Ра'са аль Гула: два духовных отца Брюса помогают ему вернуться к жизни. Чтобы выбраться, Брюсу не нужна страховочная веревка: если он промахнется, то умрет. Только искренне испугавшись смерти, он может вернуться к жизни. Страх определяет все его существование и служит лейтмотивом воскрешения, так же как и лейтмотивом его борьбы с преступностью. Это жуткое чувство, кажется, уже побеждено персонажем Хита Леджера, который даже не пытается делать вид, что в конце погони в «Темном рыцаре» отходит в сторону, когда Бэтмен настигает его на бэтподе. Он даже проклинает его между двумя очередями Томпсона: «Давай! Пристрели меня!» Эта форма бесцеремонности достигает апогея в финальной сцене, отдающей дань уважения фильму Бертона: Джокер, хихикая, падает в пустоту, не в силах испугаться, прежде чем попадает на крюк его заклятого врага.

Голливудский музей

Кристофер Нолан стал Темным рыцарем Голливуда: режиссер, признанный публикой за свой бескомпромиссный ответ на вызов Warner, теперь завоевал репутацию автора, чей стиль мгновенно узнаваем, но при этом остался свободным, как электрон[129].

Три его фильма благодаря их успеху теперь рассматриваются как образцы для подражания, в то время как сам художник решает заняться своими самыми амбициозными проектами. Основа Расширенной вселенной DC Зака Снайдера во многом обязана ему: хотя графический почерк режиссера фильмов «Рассвет мертвецов» (2004) и «300 спартанцев» (2007) с его контрастными цифровыми изображениями и замедленной съемкой делает «Человека из стали», «Бэтмена против Супермена» и «Лигу Справедливости» авторскими фильмами, кажется очевидным, что психологическая сторона и желание показать горе и семейные узы – это аспекты, подсказанные Ноланом и его навязчивыми художественными идеями[130].

В 2014 году Нолан спродюсировал «Превосходство», первый полнометражный фильм своего главного оператора Уолли Пфистера, в котором Джонни Депп, ставший бессмертным благодаря цифровым технологиям, сыграл вместе с несколькими нолановскими единомышленниками – Ребеккой Холл, Морганом Фриманом или Киллианом Мерфи. Фильм оказался не слишком успешным (сборы составили 103 миллиона долларов при бюджете в 100 миллионов долларов) и получил весьма неоднозначные отзывы критиков; на сегодняшний день он остается единственной работой Нолана за пределами DCEU, автором которой он не является. Наряду с художественными фильмами Нолан пишет, продюсирует (совместно с компанией Syncopy[131]), режиссирует и монтирует короткометражный документальный фильм «Куэй», вышедший в 2015 году, – о братьях-близнецах Стивене и Тимоти Куэй, которые снимают анимационные фильмы в своей лондонской студии, странно напоминающей некоторые декорации «Престижа». В перерывах между прогулками по студии и отрывками из их фантасмагорических фильмов лента рассказывает о работе двух художников, а режиссер обращается к широкой публике, используя своюй авторитет, чтобы пролить свет на малоизвестные таланты. Фильм «Куэй» представлен в трейлере не как снятый Ноланом, а как «курируемый Кристофером Ноланом», режиссер выступает не как автор-постановщик, а как куратор, то есть хранитель и транслятор культуры.

Но если есть жизнь после Готэм-Сити, то есть и жизнь между двумя фильмами. Как и в случае с экранизацией романа Кристофера Приста «Престиж», режиссер берет личный перерыв между второй и третьей частями трилогии, воплощая в жизнь давний проект, который синтезирует как навязчивые идеи, уже развитые в его предыдущих полнометражных фильмах, – нарушение приватности, травма от потери любимого человека, преследование и отношения с реальностью, приправленные замысловатой наукой, особенно на визуальном уровне, – так и желание вдохнуть жизнь во вселенные, которые всегда существовали в его воображении. Слышны раскаты оркестровки Циммера, ощущается томительная неизбежность, и вот уже здания поднимаются ввысь, чтобы снова рухнуть, как на гравюре Эшера: в 2010 году, между «Темным рыцарем» и «Темным рыцарем: Возвращение легенды», Нолан снимает один из своих самых личных фильмов, который подытоживает всю суть его кинематографа в популярных образах.

Глава 5. Металепсис и метафизика

В 1867 году барон Леон д'Эрвей де Сен-Дени, синолог, специализировавшийся на поэзии Тан, анонимно опубликовал «Сновидения и способы ими управлять: практические наблюдения». Это был сборник его личных исследований о сновидениях, который он начал вести, делая подробные записи еще в подростковом возрасте. Так он написал работу, которая и по сей день остается новаторским трудом для онирологов: «Разве сны не являются третьей составляющей нашего существования? Для тех, кто ищет, феномен сновидений связан с той великой тайной дуализма „разум – тело“, которую мы никогда не устанем исследовать. Наконец, среди тех, кто чувствует себя живым, найдется ли хоть один человек, который хотя бы смутно не хранит воспоминания о каком-то чарующем видении, оставившем в его памяти неизгладимое впечатление?»

Кажется, все дорогие Кристоферу Нолану темы собраны воедино всего в нескольких строчках. И хотя кинематограф нередко заходил на территорию снов и воображения, предлагая фантасмагорические видения, связанные с фэнтези, а иногда и с хоррорами (вспомним франшизу Уэса Крэйвена про его бугимена Фредди Крюгера, появившегося в 1984 году), очевидно, что британский режиссер собирался трансформировать свои навязчивые идеи, чтобы создать полнометражный фильм, беспечно смешивающий жанры и тем самым создающий точку опоры в его фильмографии. Действительно, этот долгоиграющий проект, на реализацию которого ушло целое десятилетие, стал для Нолана настоящей вехой. Благодаря успеху «Темного рыцаря» Нолан перестал быть просто режиссером триллеров или реалистичных супергеройских кинолент. Со своим научно-фантастическим подходом к криминальному фильму он достиг статуса полноценного автора. Помимо метафизических вопросов и того, как он пишет свою историю с диалогами и персонажами-функциями, которые служат более широкому дискурсу, в фильме «Начало»[132] Нолан представляет размышления о снах, реальности, видимости, иллюзиях и – в логическом продолжении «Престижа» – личный образ кино: прежде всего то, что подразумевает его профессия.

Первый уровень сновидений. Основы кошмара

В совместном интервью с коллегой Эммой Томас для журнала Collider Кристофер Нолан рассказывает журналисту Стиву Вайнтраубу о том, как медленно создавался его седьмой полнометражный фильм. Первый сценарий, начатый на заре 2000-х годов, насчитывал чуть менее ста страниц и строился вокруг персонажа – похитителя снов. В интервью Джону Хискоку для The Telegraph режиссер объяснил, что в то время это был фильм ужасов. Именно вернувшись к базовому сценарию, Нолан трансформировал жанр фильма о воровстве снов, уделяя больше внимания эмоциям и характерам персонажей, чтобы полностью охватить интимный аспект повествования и темы, связанные с разумом. Из-за фантастической природы некоторых эпизодов, исследующих сны, проект