Хозяйка жемчужной реки - Ольга Иконникова

Были тут рыбник с сёмгой, кулебяки с визигой, запеченная оленина, соленые грузди и рыжики, сладкие пряники (козули), украшенные белой и розовой глазурью.

Но когда мы наслаждались всеми этими вкусностями, я не могла не думать о том, что совсем неподалеку от нас люди в деревнях голодали. И мы заранее решили, что в этот день поедем в ближайшие деревни Воронинскую и Острецовскую и отвезем крестьянам кое-что из продуктов.

На обе эти деревни приходилось всего чуть больше двух десятков дворов, так что мы хотели привезти подарок в каждый дом. Каравай хлеба, мешочек крупы, мешочек овощей, мешочек муки и леденцы для ребятишек. А поскольку от праздничного стола у нас осталось немало угощений, я добавила в каждую корзину еще и их — сдобные пироги и кому мясное блюдо, а кому рыбное. Да, мы не могли помочь всем, но мы могли помочь хоть кому-то.

На этот раз со мной поехала не только Варя, но и ее старшая сестра. Татьяна еще не могла скрыть некоторого высокомерия и даже брезгливости, когда входила в крестьянские избы. Но я хотела, чтобы она увидела, как жили простые люди. И урок, кажется, возымел действие. Потому что в одном из домов она расплакалась от жалости.

А Глашиной семье, помимо продуктового набора, мы привезли и рулон ситца. Но больше всего ее братья и сестры обрадовались простому хлебу и тем самым леденцам, которые в двадцать первом веке я едва ли сочла бы настоящим лакомством. Я разрешила Глаше остаться дома на пару дней, сказав, что потом Степан приедет за ней (мне совсем не хотелось, чтобы она шла на работу одна по зимней дороге, где могли встретиться и волки).

Домой мы вернулись усталые, но довольные. Теперь можно было подумать и о нанесении других визитов.

Первого января мы были приглашены в дом градоначальника. И стол у Дубининых тоже ломился от всевозможных яств. На сей раз на званый вечер были приглашены не только взрослые, но и дети, так что в комнатах было особенно шумно.

Не успели мы сесть за стол, как под окном раздалась песня славльщиков. Наскоро надев шубы и тулупы, мы высыпали на улицу.

Во дворе ряженые пели особые колядки, называемые виноградьями.

«Виноградье красно-зелёное,

Уж мы ищем ле не ищем господинов двор,

Виноградье красно-зелёное,

Господина-то Зиновия Петровича.

Виноградье красно-зелёное».

Эти слова «Виноградье красно-зелёное» повторялись после каждой строчки. Наверно, этот виноград, про который они пели и который сами они никогда не видели, был для них символом процветания и богатства, которое они желали хозяину дома.

«Прикажи, сударь-хозяин, виноградье спеть,

Виноградье красно-зелёное,

А хозяин-то дарил да золоту гривну,

Виноградье красно-зелёное,

А хозяйка-то дарила бел-крупищатой калач,

Виноградье красно-зелёное,

Малы деточки все по копеечке,

Виногралье красно-зелёное».

У ряженых были большая звезда, обклеенная цветной бумагой, трещотки и колокольчики. А некоторые держали в руках медные тазы и чугунные сковородки, по которым били ложками. Всё это создавало невообразимый шум, который тут назывался кудесничеством.

Славльщиков одарили сладостями и мелкими монетами, и они пошли по улице дальше. А мы вернулись к столу.

Граф Меркулов, как и прежде, был посажен рядом с хозяевами во главе стола, и по правую руку от него сидела Анастасия. И вдруг в какой-то момент я увидела, что ее место (как и еще несколько мест за столом) оказались пусты. Но не успела я этому удивиться, как Варя шепнула мне на ухо, что девушки пошли на улицу гадать.

Как оказалось, не я одна обратила на это внимание, и когда гадальщицы — раскрасневшиеся и немного испуганные — вернулись в дом, присутствовавший за столом священник укоризненно попенял им за такое недостойное христианина занятие.

А Анастасия уже, смеясь, рассказывала, что они спрашивали на улице имена у встречных мужчин. Считалось, что так можно было узнать имя будущего мужа. И по ее словам выходило, что тот, у кого спросила имя она, оказался Ильей.

Говоря это, она бросила кокетливый взгляд на графа. И тот сдержанно улыбнулся в ответ. А вот Евгения Васильевна выглядела весьма довольной.

Мне было интересно, действительно ли всё было так, как рассказывала младшая Дубинина. Или она придумала это, чтобы дать намек Меркулову. Впрочем, в маленькой Онеге она наверняка знала многих местных жителей и могла нарочно обратиться с вопросом именно к тому, от кого гарантированно получила бы нужный ответ.

Глава 52. Настоятель

Царившее за столом настроение переменилось с приходом еще одного гостя. Это был мужчина лет сорока в монашеском одеянии.

— Просим за стол, ваше высокопреподобие! — засуетился хозяин. А поскольку другие гости с вновь прибывшим знакомы еще не были, он тут же его представил: — Прошу любить и жаловать — новый настоятель Пертоминского монастыря архимандрит Кирилл.

Новость о приезде нового настоятеля в расположенный на побережье Белого моря Пертоминский Спасо-Преображенский монастырь я уже слышала. И теперь смотрела на архимандрита Кирилла с большим любопытством. Он производил впечатление интеллигентного и скромного человека.

— Ваше высокопреподобие, вы прибыли к нам на север прямо из столицы? — спросила Евгения Васильевна.

— Да, именно так, — подтвердил он. — Но в Петербурге я лишь получал назначение. А до того служил инспектором в Смоленской духовной семинарии.

— Его высокопреподобие имеет степень кандидата богословия, — не преминул отметить Дубинин.

Гость лишь покраснел, кажется, не слишком довольный тем, что его персона привлекла такое внимание.

Хозяйка стала предлагать ему то одно, то другое блюдо.

— Благодарю вас, госпожа Дубинина, — он покачал головой, — но не считаю возможным вкушать такие яства, зная, сколь много людей голодают сейчас рядом с нами.

Он сказал это не слишком громко, но слова его услышали многие, и за столом сразу установилось неловкое молчание. Он произнес не осуждающе, скорее кротко, но в этой кротости был свой упрёк. И каждый из гостей, наверно, принял его на свой счёт.

Градоначальник покраснел и насупился. Ему уж точно был неприятен этот разговор.

— Стоит ли, ваше высокопреподобие, говорить об этом именно сейчас, в праздник? Поверьте, я как глава города делаю всё возможное, чтобы помочь тем, кто особо в этом нуждается. Но, к сожалению, мои возможности не так широки. А неурожайные годы у нас на Севере случаются часто, и каждый крестьянин знает об этом и должен быть к этому готов. Уж сколько было