Первая буква Севера - Лина Винчестер

она. — Предупреждаю, я собрала все клише: латиноамериканка из трейлер-парка, моя мама работает в клининге, а я иногда помогаю ей по работе. Обычно, люди бегут, узнав, где я живу. Все еще хочешь пойти в гости?

Да, у меня есть предвзятое отношение к трейлер-парку, о нем по городу ходят страшные байки, но после дома Бетти Янг мне уже ничего не страшно. К тому же сама мысль, что Микки обходят стороной и не хотят дружить просто из-за места, в котором она живет, заставляет мой желудок больно сжаться. Стыд обжигает вены, когда до меня доходит осознание, что до недавнего времени я бы и правда сбежала, узнав об этом.

— Да, почему нет? — развожу руками я, и губы Микки расплываются в какой-то по-детски широкой улыбке.

По дороге в трейлер-парк мое воображение рисовало страшные картинки, но на деле все выглядит мило и безопасно. Крошечные домики, ухоженный газон и никакого мусора. Даже хочется приехать сюда с камерой и сделать серию снимков.

Нас тепло встречает мама Микки. Миниатюрная женщина с карими глазами и широкой улыбкой. Миссис Рамирес не делает замечания по поводу испорченных джинсов и нисколько не ругается, когда Микки заявляет, что не собирается сегодня возвращаться в школу. Вау.

Мы устраиваемся на улице за столом рядом с трейлером, миссис Рамирес приносит такос и общается со мной так, будто знает меня с самого детства. Снующие мимо соседи желают хорошего дня, неподалеку дети со смехом плещутся в надувном бассейне, в воздухе царит дружелюбная атмосфер, и я не понимаю, почему так сильно опасалась трейлер-парка?

— Угощайся, пожалуйста, — миссис Рамирес двигает ко мне тарелку, я делаю вдох, аромат специй напоминает мне о Марте, а рот наполняется слюной.

Я с удовольствием откусываю такос, позволяя соку течь по пальцам. Клянусь, на вкус они такие же вкусные как у Марты.

— Поделитесь рецептом? — бубню я с набитым ртом, а Микки смотрит на меня с таким изумлением, словно ждала, что я побрезгую есть.

— Вау, — доносится сбоку с придыханием. Рядом с нами останавливается девушка лет пятнадцати, ровный срез рыжих волос по линии подбородка, растянутая футболка с засохшими пятнами соуса на груди. Медленно опускаясь на стул, она смотрит на меня так внимательно, что такос застревает в горле.

— Угощайся, Рут, — предлагает миссис Рамирес.

— Ты откуда родом? — Согнув ногу в колене, Рут оглядывает меня с головы до ног. — Из фотошопа?

Рассмеявшись, я вытираю рот салфеткой и делаю глоток воды.

— Я Бэйли, приятно познакомиться.

— Клянусь, ты самая чистая и красивая вещь, которая была в этом месте.

— Хватит, — стонет Микки, потирая лоб. — Прости ее, она всегда говорит то, что думает, не фильтрует.

— Все хорошо, — усмехаюсь я.

Миссис Рамирес продолжает угощать меня даже тогда, когда еда уже не лезет, своей заботой и теплом она так сильно напоминает мне Марту, что я не могу отвести от нее взгляда.

Я пишу Айзеку, что сбежала из школы и провожу день в трейлер-парке, скинув фото такос. Не веря, он просит прислать геолокацию, а после обещает приехать. В животе появляется щекотливое чувство от мысли, что мой прежний и новый мир вот-вот столкнутся. Айзек познакомится с Микки и, может быть, это хоть немного сгладит вражду между нашими школами.

Когда машина тормозит в облаке пыли перед трейлером, я поднимаюсь из-за стола. Айзек хлопает дверцей, оглядывается и, опустив солнечные очки на переносицу, не скрывает брезгливости на лице.

— Ты серьезно, Бэйли? — смеется он. — Поверить не могу, что мы в «Восьмой миле».2[2]

Черт возьми, не так я себе представляла это знакомство.

Все замолкают, пока я сгораю от стыда. Айзек умеет вести себя в обществе, так почему сейчас он даже не пытается вести себя вежливо?

— Простите, мне пора, спасибо большое за угощение. — Избегая смотреть на миссис Рамирес и Микки, я спешу к машине, пока Айзек продолжает тихо смеяться.

— Клянусь, я до последнего думал, что ты шутишь.

— Не сейчас, поговорим в машине.

Сев в салон, я оборачиваюсь и вижу, что Микки опустила голову. Произошедшее только что — как раз то, о чем она говорила, когда предупреждала меня о своем доме. Предубеждение и заведомо пренебрежительное отношение только из-за места, мне хочется ударить Айзека за то, что даже не попытался быть приветливым с девушкой, протянувшей мне руку помощи.

Глава 19 Роял де Мария

Скрестив руки на груди, я сверлю Айзека недовольным взглядом до тех пор, пока он не поворачивается.

— В чем дело? — со смехом спрашивает он.

— Ты мог обойтись без насмешливых комментариев в сторону трейлер-парка.

Спустив очки на переносицу, Айзек смеряет меня долгим взглядом, словно ждет, что я рассмеюсь.

— Ты серьезно? Детка, тебе самой не смешно? Видеть тебя в трейлер-парке, все равно что увидеть Мэрилин Монро посреди помойки.

— Я наконец-то нашла в этой чертовой школе человека, с которым могу подружиться, а ты высмеиваешь ее дом.

— Хочешь, вернемся? — предлагает он, пожав плечами. — В качестве извинения могу предложить им денег.

Сжав челюсти, я провожу пальцами по волосам.

— Ты издеваешься?

— Не понимаю, почему ты злишься, Бэйли? — Машина подпрыгивает на кочке, и Айзек морщит нос. — Это не место, а дыра, одна дорога чего стоит. Какой реакции, ты ждала от меня? Восторга и оваций?

Прищурившись, я притопываю ногой.

— Знаешь, кого ты сейчас напоминаешь мне?

— Парня, который прогулял уроки и сорвался к тебе?

— Мою маму, она тоже с пренебрежением относится к людям.

— К каким людям? — Айзек взмахивает рукой. — Ну же, Бэйли, произнеси это вслух. К бедным?

— Моя семья теперь тоже в шаге от бедности, — напоминаю я. — Что будет, если ситуация станет хуже, ты начнешь относиться ко мне как-то иначе? С пренебрежением и насмешкой?

— Я планирую всю жизнь купать тебя в подарках и баловать, несмотря ни на что. Не приплетай себя к этим людям.

— Говоришь так, будто трудности с финансами — это заразная болезнь.

— Я сейчас не о деньгах, а в целом о школе «Мемфис». Там нет нормальных людей, за столько лет пересечений с ними ты должна была в этом убедиться.

— Что ж, — скрестив руки на груди, я отворачиваюсь к окну, — на самом деле