Отдел по борьбе с милицией 2 - Анатолий Евгеньевич Матвиенко

— Прокололся, каюсь. В следующий раз, когда красотка расстегнёт лифчик, обязательно скажу ей: обожди, только спрошу разрешения у товарища майора из КГБ.

— Не паясничайте, Воронов! — он начал откровенно сердиться. — Вы даже не представляете, о миссии какой важности идёт речь!

— Пока мы говорим о прошлой миссии. Лишь благодаря моему контакту с подозреваемой и снятым её отпечаткам пальцев удалось размотать цепочку до «Де Бирс». Победителей не судят, а награждают — квартирами и машинами, за что отдельное спасибо.

— Вы не хотите проникнуться… А чего стоил ваша последняя встреча с Симоновой? Почти час записи на плёнке оперативной записи можно использовать на озвучивание порнографического фильма! Какой цинизм… Пара сотрудников 7-го управления МВД и наша группа мёрзнут на морозе у подъезда, а вы развлекаетесь в постели с уголовницей!

— Боюсь, это вы не поняли. Объяснить? В прошлые века принцы женились на принцессах, ещё слишком юных для немедленного исполнения супружеского долга. Брак считался окончательно заключённым, консумированным, лишь когда они совершили половой акт.

— Какое отношение…

— Самое прямое. Для профессиональной преступницы, мошенницы со стажем, переход к сотрудничеству с правоохранителями означает куда больше, чем бракосочетание. Она могла переспать со мной, с любым прокурором, да и гебистом, не отрицайте, ради воровского дела. По меркантильным соображениям. Сожительствовать с ментом из каких-то романтических или иных личных чувств — западло. Завербовать её удалось лишь благодаря достаточно душевному общению в Смоленске. Отдавшись в Москве не за деньги и не по поручению, она подвела черту — порывает с воровским миром и его законами. То есть консумировала свой союз с нашей и вашей конторой.

Чиновник КГБ смотрел на него со смесью недоверия и презрения. Но что-то подсказывало: в их организации зреет проблема, которую они пока не в состоянии решить.

— Хотя бы понимаете, что дальнейшие контакты с Симоновой с вашей стороны исключены?

— Естественно. Будут другие задания.

— Вы намекаете, что и там прибегнете к тем же методам?

— В Мяделе, это райцентр Беларуси, бывшая любовница не разоблачённого на тот момент убийцы обронила единственную неосторожную фразу, за которую я уцепился, и мы размотали клубок, приговор к зиме вступил в законную силу. Почему потеряла бдительность? Наши головы лежали на одной подушке. Так что если Родина потребует, я выполню любое задание. Признаюсь — с удовольствием. Так что у вас за дело к нашей тройке?

— Для него столь сомнительных подходов не потребуется. Председатель дам нам срок до 2 января включительно. Если наше собственное расследование не сдвинется с места, будем вынуждены расширить круг поисков, привлекая вас и МВД. Кандидатуры сотрудников, кто будет допущен к тайне, отбираются уже сейчас. Генеральный прокурор рекомендовал вашу тройку… хоть меня гложут обоснованные сомнения.

— Ваше право. Обещаю до 2 января и в последующие дни ничего опрометчивого не совершать. Дать письменное обязательство?

— Просто сдержите обещание. Более не задерживаю. До свиданья.

На коридоре Леонид перевёл дух. Пронесло! Поверил или нет, комитетчик принял байку про «консумацию».

На самом деле всё сложнее, и на контакт с Симоновой не стоит идти ни при каких обстоятельствах по другой причине. Она врала, что сбежала из Смоленска из-за нарождающихся чувств к объекту задания. Тут Леонид не строил иллюзий. Обвальный разгром на «Кристалле», который они учинили, моментально стал достоянием гласности, к полудню Маргарита осознала: поезд ушёл, пора рвать когти. Либо связалась с заказчиком и получила приказ на срочную эвакуацию. Чувствовала себя в безопасности, уверенная, что замела следы, и её точно не имело смысла ликвидировать, в отличие от толстого ОБХССного лейтенанта. Но как только Леонид переступил порог её квартиры — всё пропало. Она сама и её связи взяты под пристальное наблюдение, заказчик упрётся в необходимость зачистить ведущий к нему след. Просчитала в голове ходы как в шахматной партии и с готовностью устроила секс-шоу, памятуя про внутреннюю установку Леонида спасать женщин, тем самым укрепила в мужчине стремление её уберечь… Даже согласившись на вербовку, продолжала манипулировать, в том числе используя постель. Он поддался и получил удовольствие, ничего не теряя, кроме жалоб комитетчиков, замёрзших в ожидании, пока отрабатывал саму приятную часть миссии.

Но больше так нельзя. Опытная мошенница слишком поднаторела в обмане, беспринципна абсолютно. Нет ни малейшего шанса, что она откажется от преступной деятельности, откопает трудовую книжку и устроиться на завод ради жизни на одну зарплату. То есть при любой встрече с Леонидом, даже случайной и ни к чему не обязывающей, непременно попытается использовать его в своих интересах.

До банкета оставалось ещё довольно много времени, текущих дел — мизер. Надо понимать, что КГБ зарезервировал тройку Громова на «особо важное задание» до 2 января, их никуда не отправят, и вообще Новый год можно встретить спокойно. Например, с кем-то поделиться радостью, что в 1970-м году прокурорский бомж обретёт собственную квартиру в Москве.

Курочкина пришла в восторг от его звонка.

— Лёнечка! Наконец-то ты позвонил, мой зайчик! — зайчиком и прочими звериными словами его не называла, что-то новое. — А у меня столько новостей! С бывшим, наконец, развелась. Получила две новые роли в кино. Все вечера заняты очень плотно, прости, спектакли, концерты… Хочешь, устрою пару билетов на 30-е? Да, чуть не забыла, выхожу замуж!

— Поздравляю. Про билеты — отличная мысль, спасибо, возьму.

После чего набрал межгород, считая, что старшая Осипова не должна ещё вернуться с работы, а младшей с учёбы — самое время. После второго Смоленска звонил Леночке лишь раз и тоже кратко, сам не понимал зачем и что он хочет от бедной девочки. Сейчас предложение звучало вполне конкретно:

— Можешь приехать 30-го в Москву? Мне обещали пару билетов на классный новогодний спектакль.

Ответом был вопль восторга.

— Лёня! А можно — я останусь и проведу с тобой Новый год?

К этому он не был вполне готов. Хотя очередной временный сосед по общаге съезжает к родным, комната свободна.

— … Пойми, со студентами не могу. Сам знаешь, почему. А сидеть за столом вдвоём с мамой и слушать её бесконечные ахи-охи про «испорченную негодяями»? Она очень меня любит, но не понимает ничуть. Лёня! Одна такая встреча ничего не значит, не накладывает никаких обязательств. Но мы живём в разных городах. Просто посидеть и попить кофе 15 минут не выйдет. Я хочу тебя видеть и отбрасываю условности. Потом