Юрий Шевченко - Александр Юльевич Бондаренко

самым он не только зарабатывал себе авторитет среди своих лиссабонских контактов, но и получал удачный повод завести знакомства в военных кругах в Бисау. «Мне не надо было искать там какие-то связи, – вспоминал Юрий Анатольевич. – Офицеры, в основном (так почему-то получилось) капитаны, сами выстраивались в очередь ко мне на аудиенцию».

Прекрасно можно понять людей, надолго оторванных от дома, от родных, которые не просто берут переданные им письма и, поблагодарив, сразу исчезают, но стараются подольше пообщаться с человеком, буквально ещё вчера разговаривавшим с их родственниками или друзьями, ходившим по уютным лиссабонским улицам и площадям. Каждому хотелось хоть сколько-то его расспросить – ну и, разумеется, как вежливые люди, они, в свою очередь, сами старались рассказать гостю что-нибудь интересное про страну своего пребывания, дать ему какие-то советы. Юрий охотно продолжал завязавшиеся таким образом знакомства, с видимым удовольствием принимал приглашения «где-нибудь посидеть». Свой особый интерес к этим людям он объяснял так: «Потому что я видел этих капитанов, когда мы собирались все вместе за кружкой пива: все были возбуждённые, но молчали, военные секреты хранили… Зато говорили: “Скоро будем дома все!” А это был март месяц 1974 года – в апреле будет революция, через три недели, но кто тогда это знал? “Скоро будем дома!” – утверждали они. Странно: идёт война, а они все собираются домой. Что-то тут неладно».

Тогдашняя обстановка на «заморской территории» показалась ему предгрозовой, этакое затишье перед бурей. Вроде бы никто ничего конкретно не говорил, но что-то такое чувствовалось и в общении с теми самыми капитанами, и в разговорах с бизнесменами, и ещё с одним человеком, очень сведущим, про которого Юрий Анатольевич говорил, что он фактически держал весь секретный архив Португальской Гвинеи – был его директором или кем-то там в этом роде. «Это был мой самый интересный человек!» – так характеризовал его «Джеймс», и с ним он мог обсуждать самые щепетильные вопросы.

«Разведка – это искусство! – считал Шевченко. – Надо человека к себе расположить и завоевать его доверие. Показать, как он может тебе помочь. И главное – быть с ним правдивым».

«Что-то здесь неправильно, какая-то ненадёжная ситуация! – напрямую заявил Ксавье этому своему знакомому. – Если я вложу деньги…» – И он доверительно поведал ему ту историю, что якобы приключилась в своё время с его семьёй в Бельгийском Конго. «Не хочу я такого повторения! Правду скажи мне, что здесь будет?» – «Да нет, ну что ты!» – отводил глаза его собеседник, но «Джеймс» продолжал нажимать: «Я думал, ты настоящий товарищ и друг! Ведь это же для меня жизненно важно! Это мои деньги! Как ты потом мне в глаза посмотришь?» Довод был убедительным, а потому в конце концов его знакомый поддался на уговоры. Он заявил: «Ты проницательный человек – хотя и молодой, но проницательный! Как ты всё это увидел? В общем, руки прочь – здесь наше время сочтено. Это я точно знаю, я – личный друг Спинолы»[63].

И тут он совершенно откровенно рассказал про так называемое Движение капитанов, подпольную армейскую организацию, некоторые члены которой были лично известны Ксавье, о том, что скоро будет революция, которую эти ребята и будут делать, а нынешний генерал-губернатор провинции станет первым президентом демократической Португалии. Мало того что этот архивариус «раскололся», сообщив очень интересную информацию, так он ещё и принёс ряд документов, подтверждавших его слова о близящихся переменах в Португалии. «Информацию о ситуации, выполненную тайнописью, сразу же направил в Центр. Там были в восторге, но о том, что будет революция, я прямо не написал…»43 – сказал Юрий Анатольевич корреспонденту «Воронцова поля». Нам же он рассказывал об этом более подробно, однако в самые подробности не вдаваясь. Поэтому очень сложно понять, как, на какой основе ему удалось следующее: «А от этого моего доброжелателя я получаю два солидных тома, по триста страниц, секретных документов по всем, по всем вопросам. Говорю: “Можешь мне их дать?” – “Ну, тебе я их могу доверить – на два дня!” – “Но мне их нужно как следует посмотреть, чтобы принять обоснованное решение”. – “Ладно, только никому! Я за них отвечаю”». Грубо говоря, шестьсот страниц секретных документов просто для того, чтобы принять решение об открытии архитектурной мастерской? Не совсем понятно. Хотя чего только на этом свете ни бывает! Главное, необходимые материалы были получены.

И вот теперь ему нужно было передать в Центр очень большой объём информации – ответы на все поставленные вопросы. А он именно на всё сумел ответить. Не вдаваясь в подробности, уточним, что передать это сообщение было очень непросто, к тому же сначала текст ещё следовало зашифровать.

Из Центра поступило указание: «Можете переслать из Португальской Гвинеи медицинскую книгу. Такой-то почтовый ящик в Европе, в одной из стран». Стоит заметить, что этот ящик Ксавье сам себе снимал, только на другое, не на своё, имя.

И вот тут-то перед ним встала, как оказалось, очень сложная задача: найти какую-нибудь медицинскую книгу в этой Португальской Гвинее. Он обшарил все книжные магазины: ну не занимаются они там медициной, так что никому и ни для чего там такие книги не нужны! Однако нашёл в конце концов. Толстая книга – не то учебник, не то справочник, он вникать не стал, главное, что о болезнях. Обзаведясь необходимой литературой, «Джеймс» предоставил своей секретарше трёхдневный отпуск, объяснив, что ему нужно составить бизнес-план, а потому никто не должен его беспокоить. Загрузив холодильничек бутербродами и пивом, он на три дня заперся в номере, никуда оттуда не выходил и начал карандашом заносить в книгу свою тайнопись. В итоге исписал полкниги. Все пальцы были в мозолях, зато по всем вопросам была представлена документально подтверждённая информация.

«Чтобы убедить Центр в своём всезнании, – улыбнулся Юрий Анатольевич, – я закончил чем? Указал: “Из бюджета провинции на прокорм собаки генерал-губернатора ежегодно выделяется 275 долларов”. То есть я знаю абсолютно всё! Поиздеваться над Центром всегда доставляет удовольствие… А чего они сами мне такие дурацкие вопросы задают: как охраняется аэропорт и сколько негров в парламенте? Но они тоже поняли юмор.

Однако, ответив на все вопросы, я им не сообщил про грядущую революцию – предпочитал сделать это потом, лично».

Но перед тем, кстати, ещё раньше, секретарша навела на него контрразведку. Это была его первая, но не единственная встреча с данной организацией во время работы «в поле». Встрече предшествовал следующий незначительный, казалось бы, эпизод. Шевченко вспоминал:

Когда я разбирался с этими самыми депутатами парламента, у меня там получалось, что из белых и чёрных