Хранители чудес - Элиот Стайн

— А вы рассказывали пчелам какие-нибудь другие новости или сплетни? — спросил я, застегивая одолженный мне Элисон костюм пчеловода и пробираясь через траву высотой по колено к деревянным ульям.

— Конечно, — ответила Элисон. — Я вот сказала им, что сегодня приедете вы.

Затем она осторожно приподняла крышку одного из ульев, открыв спрятанную под ней замысловатую цивилизацию.

Пчелы — одни из самых приспособленных к жизни существ на Земле. Спустя две тысячи лет после того, как Зевс якобы дал им силу противостоять холоду и ветру, они обитают на всех континентах, кроме Антарктиды, и отлично устраиваются и на высоких горах, и во влажных тропических лесах, и в жарких пустынях планеты{203}. Альпийские шмели могут перелететь через вершину Эвереста, изменяя частоту взмахов крыльев, чтобы выжить на экстремальных высотах с низким содержанием кислорода{204}. Пчелы в Амазонии строят сложные плетеные конструкции на нижнем ярусе тропического леса, чтобы колония оставалась сухой даже при самых сильных ливнях{205}. А в 2016 году в Долине Смерти был обнаружен новый вид пчел, которые выживают, выкапывая гнезда в прохладных песчаных скалах, чтобы не сгореть под палящим солнцем{206}.

На сегодняшний день известно более 20 тысяч видов пчел. Только 10 % из них социализированы, и всего два вида пчел считаются домашними: азиатская медоносная пчела и западная медоносная пчела — как раз последних и разводит Уэйкман{207}. Хотя о большой части диких и не живущих колониями видах пчел многое остается неизвестным, исследования показали, что, несмотря на мозг размером с кунжутное семя, медоносные пчелы, которых люди издревле почитали и почитают, являются удивительно умными существами, способными учить, учиться, давать указания и даже вести демократические дебаты{208}.

Типичная колония медоносных пчел состоит из одной королевы-матки, сотен трутней-самцов и 10–60 тысяч рабочих пчел. Матка контролирует население улья и обладает уникальной способностью самостоятельно определять пол своих детей, откладывая оплодотворенные женские яйца или неоплодотворенные мужские. У трутней всего одна цель — спариваться с маткой. Трутни не работают, не производят мед и не могут жалить. В основном они сидят на месте и лакомятся медом. А поскольку матки способны спариваться только очень короткий промежуток времени, большинство трутней даже не получают возможности выполнить свою единственную в жизни задачу{209}.

Вот что объяснила Уэйкман:

— Поскольку трутни, как типичные мужчины, не хотят вставать слишком рано, улей они покидают обычно около десяти утра и собираются в эдаких «мужских зонах», местах скопления себе подобных. Там они ждут, пока девственные королевы совершат брачный полет. Молодая королева пролетает через зону скопления трутней, и тут уж каждый трутень сам за себя. Тараща свои смешные глазищи и напрягая мощные мышцы крыльев, самые сильные и быстрые трутни гонятся за королевой со скоростью примерно 35 километров в час и пытаются вцепиться ей в спину. Затем — и это, должно быть, один из самых драматичных брачных ритуалов в животном мире — самец осеменяет самку, причем его гениталии взрываются со звучным хлопком, который слышно за несколько метров. После этого трутень теряет сознание от возбуждения, переворачивается и героически падает навзничь, в то время как его гениталии остаются в репродуктивных органах матки. Это способ природы убедиться в том, что еще одного трутня не выбросило за борт, — говорит Уэйкман. — Десяток-два других трутней повторяют этот эпический акт во время первого вылета матки, и вся эта сперма остается жизнеспособной до конца ее трех-четырехлетней жизни.

За весь период своего существования пчелиная матка может отложить более миллиона яиц, и от 90 до 99 % из них будут пчелами-работницами, которые отвечают за строительство, содержание и размножение гнезда и колонии. Хотя у каждой пчелы в колонии есть своя роль, все рабочие пчелы сменяют множество специальностей за свою короткую жизнь, которая длится от 30 до 60 дней. С момента рождения пчела начинает работать уборщицей и чистит соты, в которых вылупилась. Затем она может превратиться в кормилицу, которая кормит расплод; в терморегулятор, который машет крыльями синхронно с другими пчелами, поднимая водяной конденсат и коллективно управляя его движением внутри улья для коррекции микроклимата; в архитектора, который вырабатывает воск для строительства сот; в генерального подрядчика, который заделывает трещины прополисом; в телохранителя, который блокирует вход в улей от врагов; в гробовщика, который поддерживает гигиену в улье, убирая мертвых пчел{210}.

В своей новаторской книге «Демократия медоносных пчел» (Honeybee Democracy) биолог и эксперт по поведению медоносных пчел доктор Томас Сили объясняет, что количество дней, которые каждый работник проводит за выполнением своей задачи, зависит от потребностей улья. Медоносные пчелы — невероятно чувствительные существа, поэтому, когда повышается приоритет некоторых задач колонии, у медоносной пчелы меняется гормональный фон, отчего пчела получает новую специальность. Как пишет Сили, колония медоносных пчел — это не просто тысячи отдельных насекомых, а «монолитный живой организм, который функционирует как единое целое»{211}. Другими словами, подобно муравьям-листорезам, термитам и людям, медоносные пчелы представляют собой исключительный вид — сложный суперорганизм.

«Подобно человеческому телу, состоящему из множества клеток, но функционирующему как единое целое, суперорганизм колонии медоносных пчел функционирует как единое целое, хотя и состоит из множества пчел», — пишет Сили{212}. Поэтому распространенное мнение о том, что колонией управляет ее величество королева, неверно. Королева не управляет колонией, наоборот — коллективная целостность колонии управляет ею. И, подобно людям, медоносные пчелы также собираются для общего «мозгового штурма» как равноправные носители коллективного разума, принимая таким образом фундаментальные решения, которые могут определить будущее и судьбу колонии. Нигде это не проявляется так ярко, как на последних и самых опасных должностях в жизни рабочей пчелы: пчела-разведчик, а после — пчела-фуражир.

По сути, пчела-фуражир и пчела-разведчик покидаю улей, чтобы отправиться на поиски чего-либо — в первую очередь пыльцы и нектара{213}. На протяжении большей части истории считалось, что пчелы-фуражиры передают информацию о местонахождении источника пищи в улей с помощью приносимого на себе запаха, а другие пчелы-фуражиры затем отправляются на поиски этого запаха. Однако в 1944 году австрийский этолог Карл фон Фриш сделал поразительное открытие, которое принесло ему Нобелевскую премию. Он заметил, что пчелы-разведчики способны сообщать своим собратьям о направлении, расстоянии и качестве цветков, богатых нектаром, гениальным способом: танцуя. Их маленькие движения известны как «виляющий танец»[22], и это, по сути, краткое повторение недавнего полета пчелы. В процессе танца пчела виляет брюшком, пролетая по прямой линии. Угол этой линии указывает на местонахождение источника пищи относительно положения солнца. Время, в течение которого пчела движется по прямой линии, представляет собой расстояние до источника, причем каждая секунда равна примерно километру полета. Пролетев определенное расстояние, пчела поворачивает налево или направо, возвращается к началу линии по кругу и снова вытанцовывает эту «восьмерку» в течение нескольких минут, пока достаточное количество пчел не узнает местоположение цветника, чтобы полностью опылить его и принести в улей как можно больше нектара{214}.

В конце весны, когда матка откладывает до двух тысяч яиц в день, ульи медоносных пчел переполняются настолько, что от 40 до 60 % пчел покидают улей и отправляются на поиски нового дома. Такая массовая миграция называется роением, и именно так медоносные пчелы размножаются, образуя новые колонии{215}. Выбор правильного места для нового улья — это вопрос жизни и смерти. В своей книге Сили отмечает, что, если колония выберет слишком маленькое гнездо, в котором будет недостаточно меда, чтобы улей смог пережить зиму, или если оно будет плохо изолировано от хищников или стихий, пчелы все до единой погибнут. Как и во многих других человеческих обществах, когда пчелы сталкиваются с жизненно важными решениями, определяющими их коллективную судьбу, они принимают эти решения не индивидуально, а только путем достижения всеобщего консенсуса{216}.