Мятеж - Акибо Тэнсей

— Чрезвычайные меры законны, я их не отменяю, — сказал он, — Всё, что произошло в бою, разбору не подлежит.

Сай с облегчением выдохнул.

— А теперь то, чего вы оба не понимаете, — Кальдекотт остро взглянул на Сая. — Вы смогли запустить «Колосса»?

Сай втянул голову в плечи.

— Да. Это было нелегко, знаешь ли.

— Гм. Тебе известно, откуда взялись «Колоссы»? И что это вообще такое?

Сай молчал.

— Это личное оружие лорда. Когда пришёл новый порядок, их переделали в боевые машины, устроив так, чтобы водил их сам лорд. Лично. Своей рукой, под своим именем. Не наследник, не наёмник, не толковый паренёк из деревни. Потому что машина такого веса — это не оружие. Это воля Дома, вышедшая наружу и научившаяся ходить.

— Знаю, — мрачно отозвался Сай.

— Тогда скажи мне, кто сидел в моём «Колоссе».

Сай молчал.

— Я, — встрял Вик.

Кальдекотт перевёл на него взгляд.

— Наёмник.

— Так точно.

— И ты из него стрелял.

— Да. Мы поставили мазер и батарею плазменных пушек.

Лорд снова обернулся к Саю, и его голос налился сталью.

— Кто раздавал приказы?

— Хорнет и Вик.

— Кто выбирал цели?

— Сам оператор.

— Кто мог его остановить?

— Финн. Отключением доступа.

— За сколько секунд?

Сай посмотрел на Вика. Вик молчал.

— Не знаю, — виновато признал Сай.

— Вот. — Кальдекотт приподнял палец. — Поэтому простолюдинов не допускают до управления ничем серьезнее молотилки. Твой наемник мог сжечь нам все поместье. Нельзя допускать чужих в такие мощные боевые устройства. Это преступление. А как говорят жрецы Ордо Квантория Санкта — это еще и ересь.

Повисло молчание.

— Мы поступим следующим образом. Про все произошедшее надо молчать. Наградить всех, кто дрался, — я не поскуплюсь, — а машины вернуть под управление нашего родового ИИ. Майордом снова тебя слушает, а у меня в ангарах сотни машин! Ты можешь поднять их разом, одним приказом, и жертвовать людьми не будет необходимости. Так объясни мне, зачем тебе после этого гражданские?

Сай ответил не сразу.

— Затем, что я дал слово.

— Ты дал его в критический момент, под обстрелом.

— Осада дала мне право взять с них присягу. Мы не должны забыть присягу, как только опасность миновала. Если слово правителя имеет вес, только когда мы в опасности, — грош цена такому правителю.

Кальдекотт молчал.

— Они были не помощники! — продолжил Сай, готовый вот-вот сорваться на крик. — Они шли в бой за наш Дом. И теперь я приду и скажу им: спасибо, ребята, вы свободны, ступайте дальше пахать и сеять?

— Скажешь, — согласился Кальдекотт. — И половина ответит тебе спасибо. За плугом безопаснее.

— Ну а вторая запомнит нас как лжецов.

— Послушай-ка, лорд, — вмешался Вик. — Вчера весь бой выбивали нашу сеть: сначала один ретранслятор, потом второй. Было бы всё завязано на этом вашем Майордоме — срубили бы его разом и выиграли. А люди пересели на резервный ретранслятор и закончили бой. Контур делает ровно то, чему его учили. А деревенские парни импровизировали. Живой оператор много гибче дурацкого ИИ. Надо оставить наших пилотов! Вместе у них больше шансов продержаться в бою.

— Хорошие доводы, — сказал лорд наконец. — Только для решения мне важно ещё кое-что. Мнение самих людей. Соберите их!

* * *

Плац выглядел довольно непрезентабельно. Восточный угол казармы пробило ещё в первое нападение Десмондов, и брешь заткнули мешками с песком. Вдоль стены лежали разобранные интерцепторы, притащенные с поля на запчасти, гарь пропитывала одежду насквозь.

В течение получала Вик и Сай собрали людей на импровизированный смотр. Рота Клегга стояла обособленно, гарнизонные бойцы в центре, стайка деревенских ополченцев угрюдмо встали по краям.

Кресло лорда выкатили на середину плаца.

Сперва было тихо: никто не мог разглядеть в измождённом седом старике их правителя. Потом кто-то в задних рядах сказал: «Лорд», — и шёпот побежал по рядам, пока весь строй не понял, кто перед ними сидит.

Кальдекотт поднял руку, и плац замолчал.

— Я вас почти не знаю, — сказал лорд, и Финн подхватил его голос в громкоговорители казармы. — Пока я лежал в медблоке, вы храбро сражались за свой и мой дом. Мне доложили, что вы спасли мои владения. Я приехал посмотреть, кто это сделал. Задам вам несколько вопросов. Надеюсь на откровенность, кто соврёт, чтобы мне понравиться, навредит и себе и мне. Итак, кто готов служить дальше?

Сай стоял справа от кресла, на полшага позади, и не вмешивался.

Строй помялся, но вскоре все подняли руки и загалдели.

— Тихо, тихо, — поморщился лорд. — Второй вопрос. Чего вы хотите от Дома?

Тут они хором затараторили про жалование, про лечение, про вдову с тремя детьми, и Роук рявкнул, чтобы говорили по одному.

— Мне ничего не нужно, ни машин, ни денег, — сказал под конец Мэлоу. — Дайте мне приказ и должность, ну и жалование, хотя бы как у егерей.

Кальдекотт сразу согласился.

Кэндалл решительно вышел и встал перед лордом с планшетом в руках.

— Раз пошёл такой разговор, лорд, то давайте по-честному, а то у меня, чёрт побери, руки чешутся. За вчерашний бой у нас двое убитых: Хиггс — егерь Роука, и племянник вот его, — Кэндалл мотнул головой в сторону Мэлоу. — Семеро раненых, и за жизнь одного я не поручусь. А если считать с боя за деревню, список я вам читать не стану. Вы его потом сами прочтёте, и вам будет худо…

Он опустил планшет.

— Задам только один вопрос, и с меня хватит. Эти люди — они чьи? Пока стреляли — были наши. А теперь?

Повисло молчание.

Кальдекотт обернулся к Саю.

— Что же, Кид, ты вел этих людей в бой, тебе и решать!

Сай развернулся к строю.

— Слушайте, что я скажу от имени Дома Гринсволд. Семьям убитых наш Дом платит содержание, и не разово, а пока дети не встанут на ноги. Раненых мы вылечим. Операторы получают жалование с того дня, как сели в кресло. И это про всех, кто дрался: гарнизон, егеря, ополчение, Вольная Рота. Дом не делит своих на нужных и случайных.

Он обернулся к отцу. Кальдекотт