Московский сыщик. 1903. Книга 3. - Максим Шаравин

арестуем его прямо сейчас, то, вполне возможно, он не станет отпираться и даст показания против своего хозяина. Тогда мы окончательно обезоруживаем Пруткова, — поддержал идею Аристарх Платонович. — И без Воропанова Прутков лишится возможности оперативно отдавать приказы своим наёмникам и продажным чиновникам.

Спустя пятнадцать минут карета въехала во внутренний двор доходного дома, где была квартира князя Долгорукова.

— Оставайтесь здесь, я быстро, — князь выскочил из кареты и побежал в свою квартиру.

Долгоруков отодвинул в сторону слугу, открывшего ему дверь квартиры, и быстро прошёл в свой кабинет. Схватив трубку телефона, он приказал соединить его с министром внутренних дел. Ждал он не больше двух минут, когда в трубке раздался голос:

— Слушаю вас, князь.

— Ваше высокопревосходительство, мы нашли личный сейф Пруткова. Изъяли оттуда бумаги. Там много всего, долго рассказывать. Прошу разрешить начать аресты. Но в первую очередь надо взять его правую руку, Воропанова, — быстро заговорил Долгоруков. — Я боюсь, что Прутков может его устранить.

Министр молчал буквально минуту, потом произнёс:

— Хорошо, князь. Специальный батальон лейб-гвардии из Санкт-Петербурга, отправленный поездом по Николаевской железной дороге, уже прибыл и скрытно развёрнут на подступах к Москве, недалеко от вашей усадьбы. Я свяжусь с командованием. Они прибудут к вам в имение с группой опытных офицеров и гвардейцев, чтобы оказать помощь в проведении ареста Воропанова. Свяжитесь со мной сразу после завершения операции, я буду ждать. Согласуем дальнейшие шаги.

— Спасибо, ваше высокопревосходительство, — связь прервалась. Долгоруков положил трубку и устремился к выходу из квартиры.

Князь выскочил из подъезда и скомандовал кучеру, открывая дверцу кареты:

— В имение!

Карета тронулась, как только Долгоруков хлопнул дверцей.

— Господа, министр полностью одобряет наш план! — громко произнёс князь, устраиваясь на диване возле Рябинина. — Более того, в имение прибудет группа гвардейцев, чтобы оказать помощь в проведении ареста Воропанова.

— Это прекрасные новости, князь! — сказал Белозёров. — С поддержкой лейб-гвардии ни полицмейстер, ни вооружённая охрана Воропанова не посмеют оказать прямого сопротивления.

— Я на это надеюсь, Василий Игнатьевич, — ответил Долгоруков.

Обратная дорога в загородную усадьбу князя Долгорукова заняла около сорока минут. Когда карета миновала ворота, у крыльца их уже ожидал внушительный эскорт. По обе стороны аллеи стояли осёдланные породистые кони, а у самого входа выстроилась группа мужчин в серых гвардейских шинелях поверх парадных мундиров, с пристёгнутыми к поясам шашками и револьверами в кобурах. Чуть в стороне стоял большой конный экипаж.

Из дома навстречу прибывшим вышли Мохов, Воронов и Румянцев. Вместе с ними на крыльце стоял высокий офицер с густыми усами и проницательным взглядом — полковник лейб-гвардии Семёновского полка Александр Францевич фон Раух.

— Ваше сиятельство! — полковник приложил руку к козырьку фуражки, приветствуя князя Долгорукова. — Полковник Александр Францевич фон Раух. Прибыл по личному предписанию Его Высокопревосходительства министра. Со мной взвод лейб-гвардейцев при полном боевом вооружении. Сводный батальон в данный момент по приказу министра блокирует все выезды из Москвы по Тверскому и Владимирскому трактам. Мы готовы к выполнению задачи по задержанию господина Воропанова.

— Рад вашему прибытию, полковник! — Долгоруков пожал руку офицеру. — Знакомьтесь, судебный следователь Рябинин и сыщик Белозёров. С остальными, я так понимаю, вы уже познакомились?

— Так точно, ваше сиятельство, — ответил полковник фон Раух и крепко пожал руки Василию и Аристарху Платоновичу. — Рад знакомству, господа. Министр передал мне краткую суть операции, сообщив, что дальнейшие приказы будут исходить от вас, князь.

— Воропанов — опасный преступник, — тут же начал рассказывать Долгоруков. — Мои люди сообщают, что он располагает целым штатом вооружённых бандитов из числа бывших каторжников. По их данным, его загородная усадьба превращена в настоящую крепость. Сейчас он не ждёт ареста, но его охрана обучена стрелять без предупреждения при любой угрозе.

— Это не имеет значения, ваше сиятельство. Мы всё сделаем быстро, — произнёс полковник.

— Тогда прошу в гостиную, обсудим детали и поедем, — сказал князь, приглашая всех пройти в дом.

Охрана князя вывела из кареты Ковалевского и повела его в комнату, где он ночевал. Остальные прошли в гостиную князя. Долгоруков забрал из рук Рябинина саквояж с документами и убрал в сейф. Потом разложил на столе подробную карту окрестностей Москвы.

— Усадьба Воропанова располагается вот здесь, — князь показал на карту. — Она окружена высоким бревенчатым забором с коваными воротами. Внутри — двухэтажный каменный дом с подвалом, также имеется флигель для слуг и конюшня. Сейчас там дежурит пятнадцать вооружённых человек под командованием верного подручного Воропанова — некоего Ефима по прозвищу «Крест».

— Ваши люди до сих пор продолжают следить за усадьбой? — спросил Белозёров.

— Да. Они сейчас там. Так что информация точная, — ответил князь.

Полковник фон Раух смотрел на карту, потом поднял глаза и посмотрел на князя:

— План будет следующим. Останавливаемся в пятистах метрах от усадьбы. Встречаемся с вашими людьми и выясняем обстановку. Потом мои гвардейцы окружают усадьбу и начинают штурм. Когда мы нейтрализуем охрану, вы войдёте в дом и арестуете Воропанова.

— Хорошо, полковник, — согласился Долгоруков. — Надеюсь, ваши люди не пострадают.

— Не переживайте, князь. Они опытные бойцы, — ответил фон Раух.

— В таком случае — по коням и по каретам! Время не ждёт, господа! — скомандовал Долгоруков.

Через десять минут из ворот имения Долгорукова выехала внушительная колонна из одной кареты, тяжёлого большого конного экипажа, запряжённого четвёркой мощных армейских коней, и взвода конных лейб-гвардейцев. Колонна на высокой скорости устремилась по направлению к усадьбе Воропанова.

— Вы уверены, ваше сиятельство, что Воропанов сейчас именно в усадьбе? — тихо спросил Рябинин, выглядывая в окно кареты.

— Абсолютно, Аристарх Платонович, — отозвался Долгоруков. — Мои люди следят за ним уже больше суток. Я уже говорил вам, что сегодня утром, до нашего отъезда в банк, мне сообщили, что он в усадьбе. Новой информации не было. Значит, он именно там.

Через полчаса быстрой езды колонна свернула с главной дороги на дорогу, вилявшую сквозь густой сосновый бор. Деревья смыкались над дорогой, создавая полумрак. Спустя ещё километр их остановил выскочивший из-за дерева мужик.

Он подскочил к карете и открыл дверцу:

— Ваше сиятельство, Воропанов на месте. Но дальше лучше не ехать. Иначе вас заметят.

— Хорошо, Степан, — кивнул князь.