Московский сыщик. 1903. Книга 3. - Максим Шаравин

Все сразу стали выходить из кареты, а к ним подъехал полковник и спешился.

— Степан, расскажи всё полковнику и ответь на его вопросы, — приказал Долгоруков.

Через три минуты полковник начал командовать гвардейцами, ставя им задачу. Степан и присоединившийся к ним ещё один наблюдатель за усадьбой повели гвардейцев вперёд.

— Пойдёмте ближе, будем наблюдать за штурмом, — сказал полковник. — Как только охрану нейтрализуют, войдём в дом.

Все осторожно двинулись вперёд; вскоре за деревьями показалась высокая глухая ограда, увенчанная железными пиками, и массивные кованые ворота. За оградой виднелась крыша двухэтажного каменного дома Михаила Павловича Воропанова.

У ворот на бревенчатой вышке дежурил мужик в тулупе с двуствольным охотничьим ружьём через плечо.

На дороге послышался топот лошади, и все удивлённо переглянулись: к воротам на полном ходу летел один из лейб-гвардейцев. Осадив коня перед самыми воротами, он закричал:

— Отворяй быстро!

Мужик в тулупе перегнулся через перила и хрипло крикнул:

— Кого там принесло⁈ Хозяин никого не принимает! Проваливай!

— Открывай, дурачина! Срочное сообщение Михаилу Павловичу от самого Казимира Владимировича! Быстрее, идиот, если не хочешь, чтобы тебя Михаил Павлович за задержку на дыбу подвесил! — заорал лейб-гвардеец.

Услышав имена начальства, охранник замялся. Пробормотал что-то нечленораздельное, спустился с вышки и стал отпирать тяжёлый засов.

Едва тяжёлая створка ворот приоткрылась на пару метров, как лейб-гвардеец прямо с коня прыгнул на охранника, заваливая его на спину. В ту же секунду с разных сторон хлынули другие гвардейцы, вырываясь на территорию усадьбы.

— Лейб-гвардия! Оружие на землю, стреляем на поражение! — огласил окрестности раскатистый голос одного из гвардейцев.

Глава 17

Во дворе усадьбы мгновенно поднялась тревога. Из флигеля и конюшни с бранью и криками выскочили пятеро вооружённых бандитов. Их возглавлял коренастый, свирепого вида мужик с кривым носом — Ефим по прозвищу «Крест».

— Засада! Враги! Вали их! — заревел на весь двор «Крест», вскидывая револьвер и стреляя в сторону ворот.

Раздался синхронный залп, гвардейцы больше не говорили. Грохот выстрелов эхом отозвался в сосновом бору. Двое нападавших с воплями повалились на землю, раненые в ноги. Ещё двоих гвардейцы мгновенно сбили с ног, тут же выкручивая им руки и надевая наручники. Лейб-гвардейцы хлынули со всех сторон, перемахивая через забор усадьбы.

Сам «Крест», понимая, что перед ним не обычная полиция, а элитная регулярная армия, попытался метнуться к служебному входу в каменный дом, но один из гвардейцев прицелился и точным выстрелом из револьвера раздробил бандиту кисть правой руки, в которой тот сжимал оружие. Револьвер отлетел на камни, а «Крест» взвыл от боли и закружился на месте, схватившись за окровавленную руку. В ту же секунду двое гвардейцев прижали его к земле и заломили руки за спину.

Вся схватка во дворе заняла не более двух минут. Сопротивление пятнадцати человек охраны было полностью и беспощадно подавлено.

— Двор очищен! — доложил сержант лейб-гвардии вошедшим во двор полковнику, князю и всем остальным. — Можно заходить в дом.

— Отлично! Со двора никого не выпускать и не впускать! — отдал приказ полковник фон Раух. — Идём в дом!

Гвардейцы взбежали по гранитным ступеням парадного крыльца. Тяжёлая дверь дома оказалась заперта изнутри на массивный засов.

— Ломай! — приказал полковник.

Двое здоровых гвардейцев с разбегу ударили в дверь. С треском ломаемого дерева дубовая дверь вылетела внутрь, и сыщики ворвались в просторный холл, выстланный мраморными плитами.

Из глубины дома доносились крики испуганных слуг и топот ног.

— Сюда! На второй этаж! — указал Белозёров на широкую лестницу с коваными перилами.

Сыщики и часть гвардейцев рванули на второй этаж и выскочили в длинный коридор. В самом конце коридора хлопнула дверь. По коридору потянуло запахом сжигаемой бумаги.

— Обыскать все комнаты! — крикнул Белозёров, а сам рванул в конец коридора.

Белозёров первым подскочил к кабинету и со всей силы ударил в дверь плечом. Дверь распахнулась, и перед глазами ворвавшихся открылась картина панического замешательства.

В просторном, богато обставленном кабинете царил полный хаос. Сейф был открыт. Возле пылающего камина суетился Воропанов. С диким, перепуганным выражением лица он судорожно швырял в огонь пачки документов, писем и векселей, пытаясь уничтожить следы своей деятельности.

— Ни с места! Руки вверх! — громко крикнул Аристарх Платонович, вскидывая револьвер и стреляя в потолок.

Воропанов от неожиданности подпрыгнул, роняя на ковёр пачку документов, и медленно повернулся.

— Вы⁈.. Рябинин⁈ Белозёров⁈ — заикаясь и едва переводя дыхание, пробормотал Воропанов. — Какое вы имеете право… Вы с ума сошли⁈ Это частное владение! Я немедленно дам знать полицмейстеру и градоначальнику! Вас гнить отправят на каторгу!

— Заткнитесь, Воропанов! — отрезал Василий Белозёров, подбегая к камину и тростью отбрасывая от огня ещё не успевшие разгореться пачки бумаг и тетрадей. — Ни полицмейстер, ни градоначальник вам больше не помогут. Они сами сейчас судорожно ждут своего ареста!

В этот момент в кабинет шагнул полковник фон Раух с обнажённой шашкой в руках. За его спиной замкнули кольцо четверо гвардейцев.

При виде полковника лейб-гвардии и императорских солдат Воропанов окончательно потерял самообладание. Его ноги подкосились, и он с глухим стоном опустился прямо на ковёр возле камина, судорожно хватаясь руками за грудь.

— Михаил Павлович Воропанов, — заговорил Рябинин. — Вы арестованы по обвинению в совершении государственных преступлений, участии в противозаконном тайном синдикате, организации убийств, мошенничестве и подкупе должностных лиц.

— Это… это ошибка… — пролепетал Воропанов. Губы его дрожали, а взгляд бегал по кабинету, полному гвардейцев. — Я простой управляющий… Я выполнял лишь приказания… Казимир Владимирович Прутков… Он заставлял меня! Это всё Прутков!

— О ваших отношениях с Прутковым вы подробно расскажете на допросе, — произнёс Белозёров, собирая с пола и из сейфа оставшиеся документы, векселя и личную переписку Воропанова. — Но смею вас заверить, ваш хозяин уже не сможет вам помочь. Его теневая империя полностью разгромлена, а из сейфа в Московском купеческом банке на Ильинке мы изъяли его личную документацию.

При упоминании сейфа Воропанов окончательно сломался. В его глазах погасла последняя надежда. Он моментально понял, что всё кончено. Сопротивление бессмысленно, а заступники в Петербурге и Москве предадут