Жрец Хаоса. Книга ХII - М. Борзых

Я прибыл в окрестности Херсонеса порталом, и закатного света ещё хватало для того, чтобы сделать с гарантией порядка пяти-шести прыжков через порталы вдоль побережья к своей новой собственности.

Кореиз встретил меня предзакатным золотом, густым, как растопленный мёд. Воздух был стылым от льдов, сковавших побережье. Люди внизу кутались в теплые тулупы от промозглой сырости и скорым шагом шли по своим делам, хоть немного согреваясь таким нехитрым способом. Сама деревня с воздуха казалась игрушечной: каменные ограды, утопающие в зелени кипарисов, узкие улочки, сбегающие к морю, как нити бус. Чуть поодаль, за поясом пыльных дорог, темнели крыши дворцов — причудливые, мавританские, с резными башенками и стрельчатыми окнами, напоминающие восточные сказки, застывшие в камне.

Вся соль ситуации была в том, что если небольшое селение Кореиз я смог отыскать достаточно быстро, то дворцов вдоль линии побережья оказалось не один, не два и даже не три. А посему приходилось приземляться, уточнять у местных, где располагался необходимый мне дворцовый комплекс, и отправляться на его поиски дальше, ориентируясь в нужном направлении.

Сам Дворец издалека казался призраком. Его белокаменные стены, опоясанные резной вязью, парили над кипарисовой рощей. В лучах заката стёкла окон полыхали кровавым отсветом, а горгульи на карнизах, казалось, провожали меня недовольными взглядами.

«Горгульи прям в тему для нашего рода», — мелькнула у меня отстранённая мысль.

В Дюльбере в субботу вечером не обрадовались появлению гостя. К тому же начальник охраны — старый ветеран с лицом, изборождённым шрамами, словно старая фронтовая карта, и с просто впечатляющими бакенбардами, пышными, как у боярина из древних гравюр, — долго и придирчиво изучал мою дарственную. Его пальцы в кожаных перчатках нервно перебирали край документа. Лишь спустя пять минут, бросив на меня последний цепкий взгляд, он спросил:

— А не тот ли вы Угаров, что при Верещице австро-венгров бил и здесь дирижабли приводнил?

Не думал я, что известность будет бежать впереди меня, но и правду скрывать не стал:

— Тот.

Настроение моего собеседника разом изменилось. Лицо его подобрело и даже часть морщин разгладилась:

— Да что ж вы молчали-то! У меня в Херсонесе племянник и два сына оборону держали!

— Надеюсь, живы?

— Боги миловали, отделались лёгким испугом да осколочными ранениями. Я их вчера в лазарете навещал, у них только и разговоров, что про ваших химер да про чудищ на нашу сторону вставших. Мол, наше дело правое, раз с нами по одну сторону баррикад даже твари встали. Да что ж мы стоим-то… проходите! Вашу… — тут начальник охраны запнулся, не зная, как обозвать Гора… — вашу химеру в стойло отведут и накормят. Только вы уж прикажите, чтобы не сцапала никого. Чем она у вас питается?

— Мясом и мороженым фруктовым, — без раздумий передал я запрос Гора, пришедший по мыслесвязи.

Начальник охраны только крякнул от таких предпочтений.

— Мясо сыщем, а вот с мороженым могут быть проблемы, его летом в основном готовят.

Пока облизывающегося во всю пасть Гора увели кормить, у меня ещё четверть часа ушло на то, чтобы сперва пригласить ко мне управляющего всем этим богатством, а после и главного садовника, ответственного за содержание парка с экзотическими растениями.

Пока же меня провели в греческую гостиную, что располагалась на первом этаже.

Внутреннее убранство дворца встретило меня теплом и запахом воска. Паркетный пол, набранный из карельской берёзы и красного дерева, мягко пружинил под ногами. На стенах коридоров висели картины русских художников-пейзажистов и баталистов. Сцены императорских охот и героических баталий сменялись морскими и горными пейзажами, на которые, я признаться, даже засмотрелся.

Управляющий появился из-за поворота коридора тихо, по-кошачьи, будто вырос из-под земли. Сухой, жилистый старик с руками, похожими на корни столетних деревьев, и глазами, в которых застыла вековая усталость, в мгновение ока окинул меня оценивающим взглядом и тут же составил неизвестное мне мнение. Его ливрея была выглажена, воротник рубашки накрахмален, а из прически не выбивалось ни единого волоска. Всем своим видом он демонстрировал врождённый педантизм и въедливость, столь необходимые на его должности.

— Васнецов Виктор Петрович, Ваше Сиятельство, к вашим услугам.

— Князь Угаров, Юрий Викторович, — в свою очередь представился я. — Рад знакомству.

— Ваше Сиятельство, нас предупреждали, что мы вышли из ведомства короны, но не уведомили под чью юрисдикцию перешли. Могу ли я ознакомить вас с текущей ситуацией в Дюльбере?

Я не планировал тратить на это время, а с учетом вероятного педантизма управляющего, это могло затянуться надолго, потому пришлось немного охладить его пыл:

— Виктор Петрович, я пока с кратким визитом. Узнал о дарственной не так давно…

Во взгляде управляющего промелькнуло нечто «и сразу примчались оценить подарочек», но Васнецов тут же опустил взгляд в пол, чтобы не дай боги не выказать собственного отношения.

— … но имея представление о проклятии и о парке с экзотическими растениями, прибыл уточнить, нужно ли вам что-то по части артефактов или финансов для сохранения парка в его первозданном виде? Уверен, образцы растений здесь собирались долго. Не хотелось бы загубить труды нескольких поколений магов природы.

Кажется, мне удалось удивить управляющего. Он даже немного смутился.

— Ваше Сиятельство, я, пожалуй, пошлю за главным садовником, Розинцевой Марией Андреевной. Она маг-природник пятого ранга и ответственная за парковое хозяйство.

Марию Андреевну искать долго не пришлось. Спустя пять минут ожидания в гостиную вошла дама, которой с лёгкостью могло быть как сорок пять, так семьдесят пять лет. Всё-таки пятый магический ранг уже позволял влиять на собственную внешность, оставаясь стройной блондинкой с зелёными глазами и почти полным отсутствием морщин, не считая мимические, на глазах и вокруг губ. Будто бы дама любила улыбаться.

Но вот по одежде сразу можно было узнать её род занятий. Поверх серого платья у неё была холщовая накидка с пятнами земли и сока растений и со множеством карманов, заполненных всякой всячиной от старенького секатора до пакетиков с явно алхимическим содержимым.

— Виктор Петрович, да напишу я вам обоснование на новые алхимические удобрения! Не до того сейчас! Сами видите какая погода. За всем глаз да глаз нужен! — с порога начала она, не обращая на меня никакого внимания. — Я с ног сбиваюсь а. вы меня по пустякам выдёргиваете! Завтра к утру всё будет. К моменту, когда новый владелец соизволит явиться, к вам никаких претензий не будет! Валите всё на меня!

Управляющий закашлялся, но всё же прохрипел:

— Он уже…

— Кто уже⁈ Не морочьте мне голову!

— Я уже, — мило улыбнулся