Неразрывная цепь - Гюнтер Ф. Вендт

В мае самая мощная ракета-носитель в мире, могучий «Сатурн-5», отправилась в свой последний полёт. Её задачей было вывести на орбиту космическую станцию «Скайлэб», созданную из переоборудованной третьей ступени «Сатурна-5». Станция, получившая название «Орбитальная мастерская», имела жилые отсеки, разделённые на два уровня перфорированной перегородкой. Назвать её полом было бы соблазнительно, но нужно помнить: в космосе нет ни верха, ни низа. Передний уровень был по большей части открытым и использовался главным образом для крупного оборудования или экспериментов, требующих доступа к шлюзовым камерам. Он также открывал проход к секции стыковочного адаптера. Задний уровень был разделён на три комнаты, выходившие в нечто вроде прихожей. Это были: спальный отсек, санитарный модуль (проще говоря — туалет) и кают-компания. В прихожей располагались рабочие станции для разнообразных экспериментов и множество ящиков для хранения. Приготовление и приём пищи проходили в кают-компании, оснащённой иллюминатором с видом на Землю.

Вскоре после запуска возникли неполадки. Тепловой экран станции отломился, и в ходе этого оторвал одну из солнечных панелей. Хуже того, выяснилось, что оставшаяся панель заклинена обломками. Наша просторная орбитальная лаборатория вышла на орбиту искалеченной.

Начались работы по созданию теплового зонтика, который астронавты первого экипажа могли бы развернуть, обеспечив станции необходимую защиту от солнца. После этого предполагалось вручную раскрыть солнечную панель и вернуть «Скайлэб» электропитание.

Три пилотируемых запуска «Скайлэб» были назначены к стартовому столу 39B. Поскольку ракета «Сатурн IB», которая должна была вывести экипаж на орбиту, была значительно короче «Сатурна-5», всю конструкцию собирали на подставке, которую мы называли «табуреткой для дойки». Это позволяло по-прежнему использовать существующие кабельные башни и мобильную сервисную конструкцию для обслуживания корабля «Аполлон».

Нумерация миссий «Скайлэб» немного сбивала с толку непосвящённых. Беспилотный полёт, выведший на орбиту саму станцию, именовался «Скайлэб-1». Первый пилотируемый полёт с экипажем из Пита Конрада, Джо Кервина и Пола Уэйца официально назывался SL-2, однако сами экипажи называли его «Скайлэб-1». Следом шли SL-3, известный как «Скайлэб-2», и SL-4, известный как «Скайлэб-3».

В Хантсвилле инженеры и астронавты работали в огромном бассейне, известном как «нейтральная взвесь», отрабатывая процедуры ВКД, которые потребуются для ремонтных работ. Одновременно в Хьюстоне изготавливался специальный ящик для транспортировки теплового зонтика. Как он будет выглядеть, мы понятия не имели. У нас были его основные габариты — примерно 30 на 45 сантиметров и около 90 сантиметров в длину — и больше ничего. Мы знали, что его загрузят в командный модуль и разместят под средним ложементом, но и только.

Запуск экипажа Конрада был назначен на май. В НАСА беспокоились, что «Скайлэб» медленно поджаривается под солнечным излучением, и все — от Космического центра Джонсона до Космического центра Кеннеди — торопились с запуском. «Сатурн IB» стоял на стартовом столе, обратный отсчёт начался, а ящика с зонтиком мы так и не видели. Более того, он не появился даже после заправки. Его везли самолётом на полосу здесь, на мысе, и мы нервно ждали его прибытия.

Когда ящик наконец прибыл, его немедленно доставили к стартовому столу B на машине охраны с особым разрешением. Оказавшись в белой комнате, мы впервые увидели серый алюминиевый контейнер. Мы сразу принялись укреплять его под ложементами с помощью ремней и литых металлических кронштейнов. Установить ящик на место было немного неудобно, но мы справились. Однако в ходе затягивания ремней один из кронштейнов сломался. У нас появилась проблема.

Не желая разглашать подробности на весь свет, я вызвал по гарнитуре Скипа Шовена и попросил его «перейти на чёрный телефон». Это была маленькая кодовая фраза, заранее условленная на случай, если нам нужно поговорить конфиденциально. У меня в белой комнате чёрного телефона не было, и Скип понял: я хочу переговорить по одному из немониторируемых каналов. Но Джордж Пейдж тут же вышел из себя.

— Какого чёрта у вас там происходит? У него нет чёрного телефона!

Исторический старт «Меркурий-Редстоун-3» с Аланом Б. Шепардом на борту. Вдали виден бункер стартового комплекса 5, а также его нынешний вид (снизу).

Стартовый комплекс 14 и запуск «Меркурий-Атлас-6» с Джоном Гленном на орбиту Земли. Сегодня в конце рампы стоит монумент в честь исторического полёта (справа). Башня обслуживания демонтирована.

Наземная команда у стартового комплекса 14. Астронавты Джон Гленн и Скотт Карпентер — в центре на переднем плане. Гюнтер — второй слева в переднем ряду, в своих фирменных очках в роговой оправе.

Член наземной команды в революционном огнезащитном костюме Nomex, обязательном для всего персонала площадки при опасных операциях. Вставка: вид стартового комплекса 14 через перископ бункера управления (наши дни).

Стартовый комплекс 19 перед запуском «Джемини-Титан-5». При опущенной монтажно-заправочной вышке белая комната не видна. Вставка: бункер управления комплекса 19; кабинет Гюнтера — слева.

Аэрофотоснимок стартового комплекса 34 в начале программы «Аполлон». Площадка расположена на возвышенности к северу от комплексов «Джемини» и «Меркурий».

На снимке слева — старт «Аполлона-7» на ракете-носителе «Сатурн IB» фон Брауна. Снимок сделан из-за бункера управления, видного на переднем плане в центре фотографии выше.

Бункер управления, оснащённый множеством камер и перископов, расположен на удивление близко к стартовому столу.

Сегодня от стартового комплекса 34 осталась лишь бетонная конструкция, видная у основания красной башни прямо над бункером управления.

На конструкции установлена мемориальная доска в память об экипаже «Аполлона-1».

Гюнтер едет вместе с ракетой «Аполлон — Сатурн-V» на вершине огромного мобильного стартового стола. Транспортировка к стартовому столу проходила со скоростью 1 миля в час, вызывая резонансные колебания башни и ракеты. Водителя внизу это нервировало, зато Гюнтер в дни вывоза всегда стремился оказаться именно здесь.

Один из членов наземной команды подбирает перчатки для астронавта Джима Макдивитта, командира «Аполлона-9». Гюнтер делает заметки справа от Макдивитта.

Гюнтер помогает астронавту Джону Янгу во время тренировки по программе «Аполлон». Другой член команды держит вентилятор и кондиционер Янга. На переднем плане — аварийное дыхательное оборудование.

Директор Маршалловского космического центра Вернер фон Браун беседует с Куртом Дебусом в центре управления запуском «Аполлона».

Величественная ракета «Аполлон — Сатурн-V» покидает