Министр товарища Сталина 2 - Ал Коруд

меня откровенно побаивались. Потом я станцевал фокстрот, много шутил — ребята оттаяли. Да и предложение для них на самом деле неплохое. Ведь кроме самих денег важна и кормёжка. Доставать продукты в полуголодной Москве — настоящий квест. Да и публика тут собирается приличная. В дальнейшем помогут по старой дружбе. Обещал Лундстрему, что если получится, замолвлю за джаз словечко.

Похоже, музыкант принял меня за высокопоставленного покровителя. После войны и похода по Европам в столице страны поселилась некоторая вольность. В XIX веке это кончилось восстанием наивных декабристов. Здесь же — фрондерством золотой молодёжи. Но на самом деле метастазы пошли дальше, особенно в культуре. Мы в очередной раз невольно ощутили себя частью Европы. Но политически себя противопоставляли ей. Вот такой дуализм в итоге и разрушил страну без чётко выверенной идеологии. Но это уже к товарищу Жданову. У меня пока есть стремление набить как можно больше ништяков и разыграть козырные карты. Потом посмотрим! В «Москве» же — шкурный интерес. Хотя нет — постельный.

Там у меня постоянно забронирован номер для Маши. Чертовка! Не выходит у меня из головы. Пытался забыть… но не получилось. И непонятно, чего тут больше — влияния самого Абакумова или мой личный интерес. Влюбился, что ли? Всё-таки Антонина досталась мне в приданое. Для меня, по сути, чужая женщина. А Машенька — она воздушная. Смелая и в меру наивная. К тому же доставшаяся ей от природы изумительная фигура тщательно отполирована спортом. Я такого тела не щуп… не видел никогда. Кроме младых лет в бабниках не ходил. Так что слаб человек, не могу без неё. Но опять же, на разврате меня не поймаешь. С Антониной мы не расписаны. Другие мужчины в мундирах меня поймут и не осудят. Хозяин лишь благосклонно улыбнётся в усы. Что с этого мерзавца возьмёшь — горяч и молод! Куда ему в политику⁈ То есть одни плюсы. Чем и пользуюсь.

Жданов являлся инициатором и организатором крупнейших идеологических кампаний. Например, борьбы с формализмом в искусстве в 1934–1936 годах, а также послевоенных кампаний против интеллигенции и космополитизма. Он лично курировал работу Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б), разрабатывал проекты постановлений по вопросам культуры, науки, образования. Его идеи легли в основу реформы школьного образования, создания новых учебников истории, формирования творческих союзов под жёстким партийным контролем. Он выступал за коренную реорганизацию системы пропаганды и агитации, усиление партийного контроля над культурой, наукой и образованием. Он инициировал создание новой системы партийного просвещения, ориентированной на воспитание советского патриотизма и преданности «линии Сталина». Такой вот реал-политик. Пожалуй, если его пнуть в правильном направлении, вышел бы толк. Сейчас же он занят партией и её строительством. Война прервала естественный ход развития и сильно повлияла на новую расстановку сил. К тому же многие поняли, что Вождь не вечен.

Принципиальное решение о необходимости проведения послевоенного съезда большевистской партии приняло Политбюро в январе 1947 года по инициативе Жданова. Его тут же поддержал Лаврентий Берия. В последний день пленума 1947 года, 26 февраля, именно Жданов объявил собравшимся партийным руководителям, что «в конце 1947 года или, во всяком случае, в 1948 году наверняка предстоит созыв очередного XIX съезда нашей партии». Кроме того, в целях оживления внутрипартийной жизни, он предложил принять упрощённый порядок созыва партийных конференций, проводя их ежегодно с обязательным обновлением по их итогам состава пленума ЦК не менее чем на одну шестую. Решением Политбюро от 15 июля 1947 года в связи с намечавшимся созывом съезда партии создаётся комиссия во главе с А. Ждановым для подготовки новой Программы ВКП(б).

Глобальные изменения в стране и мире после Второй мировой войны должны отразиться и в основном документе правящей в СССР партии. Жданов неожиданно вносит в проект новой партийной программы следующие слова:

— «Особо выдающуюся роль в семье советских народов играл и играет великий русский народ… [который] по праву занимает руководящее положение в советском содружестве наций.…Русский рабочий класс и русское крестьянство под руководством ВКП(б) дали всем народам мира образцы борьбы за освобождение человека от эксплуатации, за победу социалистического строя, за полное раскрепощение ранее угнетённых национальностей».

По сути, такая формулировка не только официально закрепляла ведущее и центральное значение русской нации в СССР, но и провозглашала для неё почти мессианскую роль в мире. Сталин на полях этого черновика поставил отметку: «Не то». В подготовленном Ждановым проекте программы партии подчёркивалась и особая роль русской культуры как самой передовой из культур составляющих СССР народов. В ждановской формулировке это звучало так: «ВКП(б) будет всячески поощрять изучение русской культуры и русского языка всеми народами СССР». Это положение также отвергли Сталин, и оно не вошло в итоговый вариант проекта.

Я к тому же вспомнил любопытный разговор, который записал сын Жданова Юрий:

— 'Анализируя итоги прошедшей войны, в узком кругу членов Политбюро Сталин неожиданно сказал:

— «Война показала, что в стране не было столько внутренних врагов, как нам докладывали и как мы считали. Многие пострадали напрасно. Народ должен был бы нас за это прогнать. Коленом под зад. Надо покаяться».

Наступившую тишину нарушил отец:

— «Мы, вопреки уставу, давно не собирали съезда партии. Надо это сделать и обсудить проблемы нашего развития, нашей истории».

Отца поддержал Н. А. Вознесенский. Остальные промолчали. Сталин махнул рукой:

— «Партия… Что партия… Она превратилась в хор псаломщиков, отряд аллилуйщиков… Необходим предварительный глубокий анализ…»

Вернувшись домой и рассказав о случившемся матери, отец вздохнул: «Не дадут…»'

Вот так поворот, не правда ли? Сам Вождь понимает, что партия выращена не та. Не было столько изменников, но гонения продолжаются. Какой-то несусветный маразм. И вот как в такой обстановке работать? А просто: жёстко и эффективно! Пока машина едет — следует использовать её во благо и сохранение нации.

— На ваш вопрос, Виктор Семёнович, ещё раз поясняю. Новый устав партии, принятый на XVIII съезде ВКП(б) в 1939 году, впервые официально закрепил за партийными организациями предприятий, колхозов и государственных учреждений не только право, но и обязанность контролировать деятельность соответствующих администраций. Цитирую:

— «Для повышения роли первичных партийных организаций производственных предприятий… и их ответственности за состояние работы предприятий этим организациям предоставляется право контроля деятельности администрации предприятия». Оговорку сделали только для высших органов государственного управления — наркоматов. В них установили особый порядок партийного контроля: «Наркоматские партийные организации, которые в силу особых условий работы советских учреждений функциями контроля пользоваться не могут, обязаны сигнализировать о недочётах в работе